Серые Ангелы (СИ)

У тех, кто таки поднялся, из ушей и носа шла кровь и они не соображали что произошло и происходит. Тяжёлая контузия. Как от взрыва фугаса рядом.
Те, кто не попал в полосу максимального поражения всё равно оглохли. Те же, кто находился ещё дальше, подумали, что начался обстрел. Ведь они знали только одну причину такой мощной ударной волны. Поэтому в небеса никто не смотрел. Однако зря. Впрочем, никто из англичан, кому посчастливилось не попасть под максимум воздействия ударной волны не подозревал, что скоро и они всё равно на очереди. Что это только начало.
В лагере осаждающих было всё иначе, но и на таком расстоянии от Кимберли, ударная волна шибанула что надо. Даже предупреждённые о том, что последует, бойцы инстинктивно пригнулись. Что творилось в тех частях, что не ушли с полосы можно описать только одним словом — хаос.
Командующий «северянами», не внявший предупреждению, с запоздалым раскаянием понял, что русский говорил правду. И что стоило прислушаться к его словам.
Помня, что это только первый «залп», слегка восстановив порядок в своих частях он спешно начал отход. По большей части бегом.
Надо отдать должное бойцам. Они хоть и изрядно оглушённые, но не теряли присутствия духа. Похватали своих товарищей, кто всё-таки потерял сознание от контузии, и поспешили на новое место дислокации.
Как только спала перегрузка и неимоверная тяжесть перестала сковывать уста Натин, она снова разразилась потоком проклятий.
Отнявший пальцы от ушей, после прохождения ударной волны, Григорий с облегчением услышал в эфире этот «поток сознания» и тут же поспешил выяснить что случилось. На минуту в эфире повисла тишина. И наконец, послышался обиженный голос Натин.
— Я слегка ошиблась… Или не слегка… — зачастила она и было видно, что изрядно разозлена и напугана. — Ввела программу в автопилот, и поздно заметила, что перегрузка… десятикратная! Киберпилоту всё равно — он не даст самолёту в манёвре разбиться, только и всего а то, что перегрузка близка к предельной его не волнует. Ведь не за пределами…
— Короче — тебя там не хило поплющило! — беззлобно и с облегчением рассмеялся Григорий.
— Тебе там хорошо! — мрачно заметила Натин. Но продолжать не стала.
— Но я всё равно рад, что всё не так фатально, как выглядело.
— А что, я разве в эфир?…
— Ещё как! — ехидно заметил Григорий. — Ты мне потом, те выражения запиши пожалуйста. Много нового узнал.
— Ах ты гад!!!
— Ну… Я не настаиваю! — ерническим тоном «спохватился» он.
Натин замолчала, видно успокаиваясь. Потом уже по деловому сообщила.
— Сейчас разверну аппарат и перепрограммирую. Теперь возьму чуть восточнее… Оу! Вижу что у северных наконец проснулся здравый смысл и они убираются из полосы поражения… Пройду ещё раз восемь-десять. Чтоб там у этих англичан уши поотваливались!
На второй заход, Натин ещё уменьшила высоту полёта. Автомат позволял и местность тоже. Эффект был достигнут максимальный.
Англичане же оценили его в полной мере. Не было никого, в полосе поражения, у кого бы не шла кровь из носа и ушей. Многие, не выдержав жёсткой ударной волны, потеряли сознание. Да и те, кто всё-таки ещё оставался на ногах хорошо себя не чувствовали. В той или иной мере, контузия наблюдалась у всех.
Кто-то, мельком видел какие-то движущиеся огоньки в небе, какие-то отблески пламени, мелькающие в небесах, но все они списали это на вспышки разрывов снарядов, которыми буры обстреливают Кимберли. Кстати, этому же впечатлению способствовало и то, что целых крыш в посёлке не осталось. Всё было сметено.
А маленький самолёт всё продолжал свои бешеные «качели»: разгон со снижением на предельно малую высоту, так, что возле носа появлялось свечение раскалённого воздуха; проход «по головам» англичан; набор высоты со сбросом скорости; разворот и повтор прохода. И так десять раз.
И с каждым новым проходом, обороняющиеся всё больше и больше теряли боеспособность. До полной утраты таковой.
После десятого прохода, Натин развернула самолёт, и на небольшой скорости прошла над Кимберли внимательно рассматривая результаты.
 
— Лису от Валькирии. — послышалось в эфире. — Иду над Кимберли. Смотрю результат…
— Лис слушает! — тут же отозвался Григорий.
— …Теперь я понимаю, что значит, по настоящему, ваша фраза «ездить по ушам» — послышался смешок Натин. — Я их заездила. Берите их тёпленькими! С твоей стороны наименьшее количество стоящих на ногах.
— Понял! Атакую!
Когда в воздух взвились ракеты, как осветительные, так и сигнальные, Натин уже успела развернуть аппарат и поднять его повыше. Теперь снова компьютер, оглядев через свои датчики местность, оценив обстановку выдал на тактический дисплей положение войск. В том числе и их состояние.
Как это удалось аппаратуре самолёта сделать — оценить ещё и состояние — Григорий даже не брался предполагать. Всё-таки цивилизация студенточки-прогрессора ушла далеко от землян. Но то, что ясно было видно — очень скверное состояние личного состава частей, обороняющих Кимберли — его немало порадовало. Это как-то даже напоминало компьютерные игры. Но тут всё было сейчас по-настоящему.
Теперь, на закуску англичанам — небольшая артиллерийская подготовка и атака. Снаряды пали на головы ещё не пришедших в себя англичан, довершая разгром, разнося те огневые точки, которые ранее, предварительно были разведаны. Вот теперь можно было пускать пехоту.
Подчиняясь команде своего «Команданте», русские части рванули вперёд. И как приказал перед этим на сборе своих командиров Григорий — молча. Солдаты растянувшись в цепи, в тишине ясной полнолунной ночи, бросились к укреплениям врага.
Тут не обошлось без некоторых «придумок» Григория.
Кавалерию он тоже бросил в атаку на англичан. Но коней кавалерия использовала только для того, чтобы быстро преодолеть расстояние до противника. Дальше бойцы спешивались и уже в пешем порядке атаковали глушёных англичан сидящих по окопам.
— Валькирия лису! Твои соседи, с обоих флангов, не атакуют!
— Чёрт! — ругнулся Григорий и развернув своего коня, полетел в сторону «соседей».
Оказалось, что всё более чем прозаично. «Соседи» ждали, когда русские поднимутся в атаку. И сразу не разглядели что те уже преодолели половину расстояния до противника. Ну, те, что пешие были. Те, что в конном строю атаковали, уже вовсю занимались зачисткой от англичан наличных укреплений.
— Какого чёрта!!! — стал тут же ругаться Григорий. — Ведь был сигнал к атаке! Ракетами! Ведь всё было оговорено!!!
Что он увидел в ответ, так это растерянность.
Видно им тоже хорошо досталось, когда Натин англичан утюжила. Да и некоторые сомнения в целесообразности атаки на «превосходящего и хорошо укреплённого противника» ещё сохранялись.
Однако, вскоре, буры таки пошли в атаку. Особенно, когда стало ясно что «соседи» уже давно шерстят укрепления англичан и, как видно, потери у них не только не «запредельные», но и вообще как-то не наблюдаются.
Со стороны атакованных укреплений раздалось от силы с десяток выстрелов. Да и то, можно было предположить, что стреляли не англичане.
Когда Григорий вернулся на свой участок «фронта», получил рапорт, что «зачистка продолжается, вошли в город».
Тут уже англичанам ничего не светило.
Те из английских офицеров, что успели отвести своих солдат, в полную меру ощутили стратегии и тактики военных действий в населённых пунктах. Ведь англичан этому не обучали. А вот русских — более чем. Действуя где карабинами и ручными пулемётами, а где выкатывая пушки на прямую наводку, отряды стремительно двигались к центру.
 
Вскоре город был взят. Кто не успел сдаться — полегли в полном составе. Невиданная доселе плотность огня, совмещённая с её убийственной точностью, слаженностью действий как отдельных воинов, так и их подразделений, сделали своё дело.
И первым, кто прорвался к шахтоуправлению, был отряд Котовского.