Верните мое тело! (СИ)
Подсевший к ней на корточки виконт, легко взял её за ладони и придерживая их в руках как невесомую ткань, светло улыбнулся.
– Это ты? Я имею честь с тобой познакомиться. Вернее – это честь, познакомиться. Здравствуй знакомая душа!
– Здравствуй, – от счастья Ника, казалось, могла взглядом поджечь факел. – Я у себя внутри. Никогда не испытывала ничего приятнее в жизни. Я счастлива до такой степени, что готова всем и вся простить всё! Привет, Мариш, ты там? Офигеть! – обратилась она к Ольфу.
Ольф громко, ломая эмаль заскрежетал зубами.
– Простить можно не убившего, - суровым голосом вмешался виконт. - Или убившего по неосторожности, если не было умысла. Но не продуманного убийцу. Позволь мне представить тебе Ника, твою лицемерную подругу, кровавую ведьму, не гнушавшуюся ничем. А также мою предыдущую жену – мадам Адриенну. Не подумай про меня чего – когда я был женат на ней, она выглядела… более женственно.
Глава 18
Есть такая старая байка о том, как легко организовать вообще невозможные к реализации планы. Допустим, как поймать дракона? Очень просто, нужно поймать двух драконов и одного отпустить.
Сейчас, Ника чувствовала себя, как человек, легко поймавший парочку драконов, который перед этим вообще сомневался в том, что они существуют. Родное тело, несмотря на то, что долгое время находилось в пользовании у черт знает кого, встретило её более чем радушно. Оно было замечательно удобным, послушным и уютным. И именно того размера и комплекции, которые были её необходимы.
Какое же это огромное, непередаваемое словами удовольствие – ощущать себя в своём теле, и как легко мы про это забываем, принимая за должное. Даже не то, что забываем, а вообще не думаем про это. А помнить об этом и радоваться – это, наверное, первая наша задача перед той неведомой, великой силой, которая создала эти неимоверно сложные сплетения атомов и привязала к ним душу, чтобы им было не скучно – думалось ей.
И ее атомам немедленно стало не скучно, потому что Ника крутанулась на одной ноге и, едва закончив вращение, прошлась колесом по полу, заставив окружающих удивлённо вытаращить глаза.
– Эх! – Ника еле сдержала переполнявшее восторг тело, чтобы не сесть на шпагат. Вот этого точно делать не стоило – без разминки и после стольких лет. Не просто хотелось летать, а буквально почти получалось.
Злобно отвернувшийся в сторону Ольф, казалось, испытывал физическую боль от её прыжков, корёжась и вздрагивая.
– Я не хочу показаться невежливой, – остановилась Ника напротив Ольфа, – но, если честно, то подруга ты, Марина, так себе. Средненькая, если не сказать большего. Мне кажется, мы должны идти каждая своим путём. Даже если и есть теперь очень много тем, на которые можно поговорить – как собеседник ты не очень правдива, мне кажется. А если уж совсем честно… ну и подлючая же ты гадина!
Ольф проскрипел намертво сомкнутыми зубами.
– Конечно, очень обидно, что всё это время, ты, Мариш, просто врала и подличала. А я видела в тебе человека. Честно. Вот не хочется над поверженным врагом измываться, но, по-честному, так тебе и надо. Я ведь твоё письмо нашла в альбоме. Прочитала. Кактус, говоришь, поливать? Сама ты кактус. Вот и сиди теперь тут. Сама себя поливай, под себя.
Виконт, с улыбкой слушавший эту речь, гостеприимно предложил:
– Если сильно хочется, можно его пару раз ногой пнуть. Ольф к побоям привычный, а ей необычно будет, запомнится.
– Нет, – помотала головой Ника. – Не хочу связанного бить, ей и так досталось. Уверенна – то, что она видит, больнее всяких пинков.
– Я сразу угадал в тебе благородную душу, Ника, – разулыбался виконт. – И рад, что не ошибся. Но, прошу меня извинить, у меня личные счёты. Ольф, парень, извини. Просто передай это мадам, которая в тебе, – с этими словами виконт влепил пинка под зад пленнику.
– Ужасно жалко, что она в его теле сейчас. Было бы огромнейшим удовольствием дать ей под зад где-нибудь на балу, среди гостей. Она бы это оценила – правда, дорогая?
– Ты об этом пожалеешь, – процедил Ольф, с ненавистью глядя снизу вверх. – Время ещё придет!
– Извини, – обратился виконт к Нике. – Удержаться не могу. И он влепил ещё один мощный пинок по ягодицам сидящего. – Формально, я бью мужчину. Меня ужасно расстроили мысль, что она с её гадостной мадам Мелиссой решили превратить меня в овоще-подобного мужа и пользоваться мной, стерев мой разум. Вот ведь мерзкие твари. Но жечь в этот раз мы её не будем. Дрова пригодятся на кухне. А посидит она в подвале, покуда сидится. Даже кормить её будем. Лекаря приставим. Чтобы за её здоровьем приглядывал. Правда, методы у него так себе, но тут уж извини. Что есть, то есть.
– А где сейчас мадам Мелисса?
– В теле кухарки Клары. В свите короля. И он, к сожалению, её у меня выкупил. Так что я не могу организовать встречу двух высокородных мадам в единственном подобающем им месте.
– Вы имеете в виду подвал? – улыбнулась Ника.
– Вот именно. Я бы ещё кого туда прибавил, но тут недалеко до преступления против короны, поэтому не будем. Адриенна, хочешь сказать что-нибудь, что облегчит твою участь?
Ольф злобно ощерился в ответ.
– Тщательно обыскать на предмет всяких вещей, которые можно использовать в колдовстве и посадить в темницу, – отдал распоряжение страже виконт. – Заботиться, умереть не давать. Будем хранить её на память о её злых делах. Было бы забавно забыть о ней совсем и случайно вспомнить, через много лет, наткнувшись, как натыкаются на засушенный лист дерева в старом фолианте.
***
На кухне ничего не изменилось с последнего её сюда визита. Так же по-деловому булькали котлы, варилась и жарилась еда, копошились помощники повара.
– Отправь за нами мальчишку с корзиной еды, – сообщил виконт согнувшемуся в поклоне повару. Мы будем есть на природе. Значит, вино, вяленное мясо и пару свежих хлебов.
– Я покажу тебе самое красивое место на сторожевой башне, – он придержал Нику за локоть.
– С удовольствием посмотрю, – улыбнулась Ника. – Правда, я уже видела.
– Важно соблюсти все формальности, – улыбнулся он. – Я там был с другой тобой. Верно?
Они начали долгий подъем по знакомой винтовой лестнице наверх.
– А что с мадам Мелиссой? Она в курсе что Маринка разоблачена? – поинтересовалась Ника, когда они остановились передохнуть.
– Вот в этом-то самое интересное, – загорелся виконт. – Я отправил её к королю по его просьбе до всего этого. Она, получается, совсем не в курсе ничего. Так что ты изображай из себя твою подругу, так долго, как сможешь. А я буду мешать вам общаться. Это будет забавно. Заодно, попробуешь у неё выяснить всё, что только сможешь. Никогда не веселился более, чем сейчас!
– Она сразу поймёт, что я не та, за кого себя выдаю. Вернее, что я – это я. В общем, я запуталась, но она меня сразу раскусит.
– Это точно, – кивнул, соглашаясь виконт. – Или нет. Там видно будет. Но это всё здорово!
Пришедший почти следом за ними мальчишка с кухни притащил корзину с крышкой, откуда виконт немедленно выудил бурдюк с вином. Затем, отрезав кинжалом верхушки у пары толстенных перцев, выбил оттуда семечки и на их место влил туда вино, наполнив перцы до краёв.
Вручив перцы с вином Нике, он отрезал несколько длинных кусков от каравая с хлебом и, кинув их, как тарелки, на крышку корзины, принялся тонко строгать на хлеб вяленное мясо. На вид это стоило того, чтобы пустить слюнки, что Ника незамедлительно и сделала.
– Я скажу слово, о том, как мне приятно познакомиться с тобой, Ника, – сообщил виконт, принимая у неё один из импровизированных бокалов. – Как удивительна жизнь! Какие волшебные хитросплетения она устраивает! Как же нужно постараться попасть в букет обстоятельств, чтобы оказаться вот именно в этом куске жизни! Удивительная Ника, – он поднял свой бокал на уровень глаз, и глядя поверх него, сообщил. – Я благословен и весьма польщён жизнью, раз мне удалось найтись тут в одном моменте с тобой!