Острова жизни (СИ)

Лейт встала, волоча за собой табурет, дернула задвижку и отпрыгнула назад. Дверь приоткрылась, но ей почему-то остро захотелось оглянуться назад, и она не удержалась, дернулась, зацепилась взглядом за некрасиво смятую кровать, почему-то потянулась поправить подушку… А когда сообразила, что ее намеренно отвлекли, испугалась и вновь кинулась к табуретке, но ее гость уже закрыл дверь.
— Переодевайся быстрее и уходим, — сказал Джерхейн Холгойн, протягивая ей сверток с одеждой.
— Как ты сюда попал? — шепотом, полным изумления и восторга, спросила она. Разглядеть его не получалось — взгляд все время соскальзывал на что-нибудь постороннее. Лейт решила, что на нем лежит знаменитое ройговское заклятие невнимания.
— Потом расскажу, — сказал он, улыбаясь. — Давай быстрее, мы вошли не так тихо, как рассчитывали.
Пока Лейт переодевалась, Джерхейн через щель разглядывал коридор. Одежда превратила ее в мальчишку-подростка, волосы она завязала в узел и спрятала под шапку. Оглянувшись, Джерхейн взял ее за руку и бесшумно выскользнул в коридор.
Купол служб, который требовалось пересечь, чтобы выйти из святилища, оказался полон народу — хильды замерли в странных, неловких позах, словно заснули на ходу, но их глаза, живые, полные ненависти и злости, внимательно следили за каждым движением тех, кто пересекал зал.
— Что с ними? — испуганно спросила Лейт.
— Ловушка, — пояснил Джерхейн. — Это ненадолго.
Ройг появился откуда-то сбоку, одетый в точности как хильдский воин, таща за собой молодого парня, который выглядел избитым и нетвердо стоял на ногах. Лейт узнала в нем самого молодого и очень талантливого иллара Ильфейна — его звали Тройвен.
— Быстрее, они скоро оживут, — бросил он, кивком приветствуя Лейт. — Да и те, кого я оглушил, вот-вот очухаются.
— Говорил же, не суйся сюда в одиночку, — буркнул Джерхейн.
Уже у дверей, обойдя все расставленные Ройгом ловушки, за их спинами раздались проклятия, топот ног и звон оружия. Хорошо знакомый голос Койдра выкрикивал приказы.
Тэйн обернулся и наскоро сплел ловушку, перегородив проход, но выйти они не успели — двери распахнулись им навстречу, впустив хильдов. Джерхейн схватился за меч, но те, не зная, что происходит внутри, растолкали беглецов и один за другим бросились навстречу застрявшим с той стороны воинам.
— Река кипящей грязи затопила улицы! — закричал один из них
— Она течет по двум переулкам прямо сюда! — добавил другой.
Тэйн отодвинул Лейт и Джерхейна в сторону и первый выбрался на улицу.
  
18. Кйти на улицах
 
(Сезон Ветров. Риаллар, Эргалон)
Там, на противоположном конце площади, за статуей Хэллиха, уже блестела знакомая золотистая жидкость. Казалось, она стоит на месте, но все уже знали, как быстро и незаметно она может двигаться.
— Подождите здесь, — велел Ройг, спускаясь по ступеням на площадь. Джерхейн и Лейт остановились, Холгойн поднял меч, готовясь, если понадобится, сражаться хоть со всей засевшей в храме шайкой хильдов. Не доходя до края, Тэйн остановился, следя, как кйти медленно, но верно прибывает и подбирается к ногам статуи. Статуя может рухнуть, если кйти разъест основание… Он попятился, оглядывая крыши домов, но здесь они отстояли друг от друга на значительное расстояние. Вряд ли раненый и девушка осилят такой путь отступления… Хорошо бы спрятаться в доме и соорудить нечто вроде плота, чтобы переплыть на не залитую часть улиц и отыскать нормальную лодку, но там, в храме, осталась целая свора одержимых, им не дадут такой возможности.
Кйти ползла по камням мостовой с удивительным для нее проворством, она уже вылилась из переулков и теперь медленно заполняла площадь. Чахлые деревца дейда и колюче кустики дивоки погружались в нее без вреда для себя, а вот ближайший хэльд Свеча распался прямо у него на глазах, растаяв, словно кусок льда. Лейт и Джерхейн пятились назад с ужасом и отвращением, Тройвен зачаровано глядел на маленькие многопалые ручки, вскинувшиеся там, где только что был хэльд, а Тэйн сделал несколько бестолковых шагов навстречу, оказавшись у самой кромки. Там, за спиной, он скорее почувствовал, чем увидел Койдра и еще одного хильда в синем ранде, оцепеневших на ступенях, и Джерхейна, прижавшего Лейт к себе, словно собираясь защищать ее от всех на свете, и неожиданная ярость бешеной волной нахлынула на него. «Ах ты гадина, да что же ты с нами делаешь! — он закрыл глаза и поддался невыносимому потоку отвращения — ему казалось, что золотистая вязкая субстанция уже обволакивает его, пожирает и переваривает, как тела погибших лайдов и людей, и он сам превращается в кйти и течет, течет по улицам Эргалона…
 
Он непроизвольно вскинул руки к лицу и почувствовал невыносимый жар, словно окунулся в жидкий огонь, который, казалось бы, стеной окружил и отрезал его от остального мира. Щупальца кйти змеями ползли по телу, жгли и душили, и он дико закричал, отбиваясь инстинктивно и бестолково, сбрасывая их с себя с удвоенной силой, и когда, наконец, ни одного из них не осталось, он пришел в себя и снова увидел площадь, дома, друзей, храм Хэллиха…
Но кйти на площади не было. Не было ее и на улицах, по которым она стекалась к святилищу. Лейт, Даллан и Тройвен смотрели на него с восхищением и ужасом, второй хильд на крыльце храма пропал, испуганный Койдр выглядывал из-за двери, очумело глядя на опустевшую площадь.
— Что здесь…было? — выдавил из себя Тэйн, вспомнив стену огня и ползущие по телу щупальца кйти.
— Ты закрыл лицо руками и закричал, — прошептал Тройвен. — Потом она, — он кивнул на землю, — кйти… стала таять…
— Она впиталась в землю, — добавила Лейт неуверенно.
— И растаяла совсем, — закончил Джерхейн.
— Я не…не делал никаких движений?
Лейт покачала головой.
— Ты стоял неподвижно. Кйти так до нас и не дошла, остановилась вон там, — она показала на край постамента статуи Хэллиха, — а потом стала исчезать, словно впитываясь в землю. Как ты это сделал, Тэйн? С помощью Огня жизни?
Ройг медленно покачал головой.
— Не знаю. Мне показалось, что… — он бросил взгляд на храм, — потом расскажу. — Может быть, кончено, я сам не зная, применил какое-нибудь заклятие. Может быть, я…
Он не договорил — из распахнувшейся с лязгом двери один за другим вываливались воины, следом за ними вышел Койдр, лицо которого все еще носило следы пережитого потрясения.
— Живыми всех четверых, — раздался отчетливый приказ.
Холгойн сгреб Тройвена и подтолкнул Лейт в ближайший переулок. Ройг шел последним, на ходу сплетая и бросая за собой урд-знаки и простенькие ловушки-препятствия. Улица перед ними была удивительно чистой, здесь не осталось и следа кйти, не осталось даже специфического острого запаха, но бежать было тяжело — Тэйн осознал, что изрядно выдохся. Хильды же не чувствовали себя уставшими, они топали в нескольких шагах, Тройвен тяжело спотыкался, Лейт и Джерхейн поддерживали и тянули его за собой. Имевшийся в запасе план отхода провалился из-за потерянного по вине кйти времени, срочно нужен был новый. Поравнявшись с Холгойном, Тэйн шепнул ему «У Риан ал Джара» и отстав на шаг, неожиданно развернулся, сбил налетевших на него хильдов с ног и кинулся в ближайший переулок, к его великой удаче, тоже очистившийся от кйти. Он бежал, увлекая за собой большую часть погони, постепенно проигрывая им в скорости, затем принялся петлять, сворачивая в каждый попадавшийся на пути переулок, в конце концов заскочил в тупиковый дворик и оказался лицом к лицу с пятерыми разозленными хильдами. Его почти сразу же окружили, и тот, что казался старше всех, вежливо предложил сдаваться. «В ранде, — подумал Ройг, — значит, иллар» Он вытащил меч из ножен и осторожно вытянул его вперед, демонстрируя хильду клинок. Расчет его был прост — если Следящий смотрит, реакция последует незамедлительно.
 
— Клинок отчуждения, — сказал Ройг тихо. — Слышал о таком?
Иллар повторил свое предложение сдаваться.