Острова жизни (СИ)
Смотреть было невыносимо. Даллан устал и шатался, с усилием отбивая атаки. Казалось, еще немного, и все закончится. Лейт перевела глаза на группу рядом с помостом — верхушку хильдов и эргалонцев. Взгляд ее зацепился за высокую фигуру плакальщика в сером традиционном одеянии, стоявшем рядом, почти вплотную к ним. Вот мерзавцы, подумала она гневно, заранее подготовились… Что ж только одного притащили, несолидно это, плакальщиков должно быть несколько… Она глядела на нелепую, скрытую балахоном фигуру, и что-то в его позе показалось ей неправильным. Приглядевшись повнимательнее, Лейт заметила, что руки он держит не в рукавах на груди, как положено, а опущенными вдоль тела, причем на разном уровне. Не сводя с него глаз, она заметила, как нервно подрагивают его пальцы… Вельг следил за поединком, азартно комментируя каждый удар, потом, оторвавшись, неожиданно уставился на Койдра, который настороженно оглядывался, словно выискивая кого-то, потом стал делать странные знаки своему помощнику, находившемуся на другом конце помоста.
— Что-то происходит, — встревожился Вельг. — Даже я чувствую движение сил, а уж они… — он кивнул на Койдра, затем замер и уставился на гигантскую скульптуру Хэллиха слева от помоста. Лейт заметила, что ярко-голубые глаза бога, сделанные из драгоценных камней, медленно наливаются кроваво-красным огнем, так же, как и его клинок. Глаза становились все ярче и ярче, и огненный свет кровавой полосой ложится на землю, растет, растет… пока не достигает помоста. Хильд, на которого пала огненная тень ожившего меча, с воплем ужаса отшатывается назад, а Даллан, не замечая, что ступает по огненной полосе, подается вперед и наносит удар…
Когда раненого и вопящего от ужаса хильда оттащилиназад, Лейт отыскала глазамиплакальщика и убедилась, что во всеобщем смятении он остался холоден и спокоен. И по-прежнему очень знакомо сжимает и встряхивает кисти рук. Чуть в стороне от тела.
Даллан оглянулся и с любопытством уставился на бога. Огненная копия клинка на земле неожиданно сместилась, острием указав на Койдра. Из толпы кто-то крикнул «Хэллих гневается! Вы прогневали собственного бога!», и волна ругани и проклятий поднялась с новой силой.
Оторвав взгляд от Хэллиха, Вельг снова принялся искать кого-то в толпе, на этот раз — позади себя, он подпрыгивал и расталкивал людей, которые лишь отмахивались и ворчали. Койдр совещался со своими помощниками, и в конце концов навстречу Даллану вышел третий боец, тоже молодой и сильный, к тому же, как показалось Лейт, не обремененный интеллектом — огненный меч не вызывал у него никаких эмоций. Даллан устало поднял меч, собираясь продолжать смертельный поединок.
Огненный клинок разгорелся еще ярче, но хильд не обращал на него никакого внимания, Даллан пятился, оступаясь и пошатываясь. Он был ранен повторно — лезвие меча прошло по касательной по левому боку, разрезав одежду. Он отступал, редко парируя и старательно увертываясь от ударов, а его противник, не напрягаясь, гонял его по помосту, словно издеваясь. Огненный меч стал таять, потускнели глаза грозного бога… Вельг продолжал вертеться, и Лейт раздраженно пихнула его в бок, прошипев «Да успокойся ты уже!» Хильд в очередной раз замахнулся, нанося удар, да так и замер, словно статуя, не имея возможности шевельнуться. Лейт показалось, что на миг в воздухе вспыхнуло нечто похожее на густую паучью сеть, тоненькие ниточки которой сплелись над всеми, стоявшими поблизости от помоста. В это же мгновение на площадь обрушилась непроглядная тьма, волна ледяного ветра неистовой силы пронеслась сначала в один конец, затем — в другой, валя с ног всех, кто находился на площади, а статуя бога неожиданно вспыхнула огненно-кровавым светом. Раздалась череда панических воплей — и народ рванул во все стороны, прочь от кошмарного зрелища, не разбирая дороги и сшибая все подряд. В небо взлетело несколько тусклых знаков Небесного Огня, слегка рассеявших мрак, но судя по крикам, паника охватила не только эргалонцев, но и самих хильдов. Вельг, тоже засветивший небольшой огонек, схватил Лейт, которая только что поднялась на ноги, сбитая на землю ледяным порывом, и обхватил ее руками, стиснув и прижав к себе.
Разрываемая вспышками Небесного Огня искусственная тьма быстро рассеялась, но было уже поздно — на площади царил хаос. Даллана, естественно, на помосте не оказалось, а его третий противник лежал с отрубленной головой. Лейт поискала глазами плакальщика, не сомневаясь, что не найдет его. Переполняемая радостью, она попыталась вырваться из хватки Вельга, но тот еще сильнее прижал ее к себе, стиснув руки так, что она не могла даже вздохнуть.
— Он все-таки пришел, — процедил он сквозь зубы. — Так я и думал. Эх, жаль, упустили… Ну ничего, — и он еще сильнее сдавил Лейт, которая и так уже бессильно обвисла у него на руках. — Еще не все потеряно. Пойдем, — он встряхнул ее и принялся выбираться из толпы по направлению к храму Хэллиха. — Теперь твоя очередь быть приманкой.
17. В плену
(Сезон Ветров. Риаллар, Эргалон)
Ночь Лейт провела, колотясь в двери своей темницы и проклиная Вельга всеми проклятиями, которые только сумела вспомнить. Комната — обычная келья илона или иллара, не предназначенная для содержания пленников, сухая и теплая, не имела решеток на окнах, однако находилась весьма высоко от земли. Загоревшись идеей побега, она внимательно осмотрела постельное белье и убедилась, что даже ее небольшого веса оно не выдержит, да и зацепить его не за что. Храм Хэллиха хорошо охраняется — заметят ее посредине стены, нелепо висящую на тряпках — вот смеху то будет…
Когда гнев изрядно поуменьшил ее силы, она вытянулась на кровати, размышляя над целью своего пленения. Хотел бы Вельг силой заполучить ее в любовницы — давно бы уже это сделал, но он обмолвился насчет приманки… Кого же он ждет? Холгойна? Вряд ли Джерхейн явится сюда сам только ради нее одной, скорее пошлет кого-нибудь на выручку, да и то — не скоро. Пройдет несколько дней, прежде чем станет известно, что она исчезла. Даже если он явится, то уж точно не безоружным. Сегодня хильды убедились, что имеют дело с хитрым и хорошо подготовленным противником, а значит, стеречь ее будут с особой тщательностью. Нет, риск слишком велик…
Промаявшись страхами полночи, к утру она все-таки заснула. Проснувшись только к обеду, она тщательно привела себя в порядок и съела все, что обнаружила на столе — вполне приличный по нынешним голодным временам обед. Что ж, отлично, что морить ее голодом никто не собирается… Немного воспряв духом, она забралась на подоконник и принялась наблюдать за улицей.
Окошко выходило на противоположную от площади Хэллиха сторону, раньше оживленную, теперь — пустынную. Зная, что именно в храме Хэллиха разместилось хильдское командование, эргалонцы старательно обхдоили его стороной. Лейт наблюдала, как дозор совершает регулярный обход святилища, отмечала, куда и в какую сторону направляются отряды и конные патрули. Складывалось впечатление, что хильды прочесывают город, видимо, пытаясь отыскать Даллана и его спасителей, и Лейт искренне пожелала им успешно скрыться от преследователей. Небо над городом было по-прежнему багровым, Остров Колдунов светился на нем тусклым золотисто-лиловым пятном, и только ночи теперь напоминали прежний Теллар: ночное солнце поднималось, светило и садилось, как и раньше — ярким белым диском на иссиня-черном небосводе. Наземный мир превратился в настоящий ад — раскаленный душный день сменялся ледяной ночью. К вечеру холодало до заморозков, мостовые и крыши покрывались колючими кристалликами инея. В домах, где имелись дровяные печи, сжигали последнюю мебель, заколачивали окна, утепляли двери. Лейт не знала, сколько дней осталось до конца. Но раз кйти выступила на поверхность — немного…
Вечером, уже после восхода ночного солнца, дверь ее каморки отворилась и Вельг, галантный и довольный собой, предложил ей разделить вечернюю трапезу вместе с ним и Койдром. Мгновенно разозлившись, Лейт хотела выдать ему очередное проклятие, но поспешно прикусила язычок и согласилась с милейшей улыбкой. Пора было провести небольшую разведку и вызнать, что хильдам от ее нужно.