Острова жизни (СИ)
Боль, причиненная излишними усилиями тела, в этот момент стала невыносимой. Понимая, что сейчас свалится, он внимательно рассмотрел каждый элемент, такой обыденный и привычный, все еще недоумевая, что удерживает противодействущие друг другу знаки вместе. В ушах уже звенело, Тэйн покачнулся, налетев на собственную сетку линий, взвыл от ощущения, будто его хлестнули молнией, испугавшись до безумия, что нарушенная структура очень сложного заклятия, воспроизведенного с таким трудом, его и уничтожит. Когда он восстановил равновесие, волна страха схлынула, а висящее перед ним заклятие браслетов тускло полыхнуло и уменьшилось в размерах. «Страх, — подумал он с горечью и облегчением, — в основе заклятия лежит обыкновенный страх. — Каков же должен быть тот мерзавец, что сумел выстроить заклятие, удержав с его помощью элементов Кэлленара! И как это вообще возможно — привязать его к каноническим урд-знакам?» Это была последняя мысль, потому что потом он все таки упал, конструкция полыхнула алым и исчезла, надолго выключив его из реальности.
В себя он пришел опять же, от уже хорошо знакомого пинка в бок. Толстый телларианин разглядывал его с противной ухмылочкой, поставив перед ним поднос с едой. По запаху Тэйн убедился, что еда вполне приличная и голодом морить его никто не собирается. Хотя сам процесс вряд ли будет приятным. Сначала нужно было дотянуться до подноса.
— Может, поделишься своими приключениями, а, парень? — спросил толстый, разглядывая его с плотоядным удовольствием. — Послушаю, глядишь, и словечко за тебя кому надо шепну.
Ройг осторожно перекатился на бок, сел, уставившись в маленькие, глубоко посаженные глазки.
— Шел бы ты отсюда, — сквозь зубы процедил он.
Пока толстяк описывал ему подробности жизни здешних рабов, Тэйн ел с демонстративным равнодушием, стараясь не обращать внимания на болтовню. Подробности вызывали злость, от которой его тошнило, и мысль, что его сейчас вывернет прямо на роскошный, тонкой работы пейер болтуна-сластолюбца, доставила мрачное удовольствие. Завершив скудную трапезу, он бросил столовые приборы на пол и отполз назад, к стене, прислонившись к ней спиной и закрыв глаза. Толстяк чего-то бормотал себе под нос, вынужденный собирать за ним тарелки, и в конце концов убрался, пообещав что-то невразумительно-угрожающее. Тэйн презрительно хмыкнул в ответ. Посмотрим, кто кого.
Толстый приходил еще два раза, принося еду, прежде чем Тэйн закончил ломать голову над конструкцией заклятия и составил ключ. Браслеты глухо щелкнули, разломившись пополам, боль отпустила в то же мгновение. Тэйн осторожно отодвинул их в сторону и, пошатываясь, поднялся на ноги. Прежде чем бросаться размахивать кулаками или кидаться знаками Небесного огня, следовало немного прийти в себя. Несмотря на пьянящую радость победы, тело слушалось плохо и настоятельно требовало сна. Тэйн улегся на живот, спрятав руки с широкими следами от браслетов, и сами браслеты, на груди. И почти сразу же заснул, вяло подумав, что неплохо бы отыграться на толстом за издевательство…
9. В сердце Острова
Образ Даниры возник на грани сна и яви, словно прорвался сквозь плотную завесу беспамятства.
«Наконец-то я тебя слышу!»
«А я — тебя. А что, браслеты тебе мешали?»
«Да. Тэйн, все пропало. Все кончено. Они знают»
«Жрецы? Кто из них? Кимр? Менарт?»
«Да. Оба, наверно. Кимр со жрецами храма Феоллона уже пришел в мой дом, но меня там нет, я в одной маленькой часовне в Зар Изране, слежу за ними через хэльд. Какое-то время я побегаю от них, но потом меня все равно поймают».
«Могут и не поймать, если ты уйдешь в раканы. Или из санара. Ты же помнишь, какой путь проделал я, когда добирался сюда…»
«Бежать в Наземный мир? Куда я там денусь? Без тебя?»
«Бери Лейт и Кельхандара, уходите отсюда в Наземный мир. Я справлюсь сам. И Вельга заставлю…»
«Мы не успеем, — крикнула она в отчаянии. — Еще немного, и меня выследят! А у жрецов есть такие способы допроса, что мне не выдержать. И я могу… я вас всех выдам, Тэйн, я ведь не такая сильная, как ты или Лейт!»
«Успокойся, — ответил он внезапно исказившемуся в его сознании облику. — Я что-нибудь придумаю. Кстати, откуда Кимр мог узнать о нас с тобой?»
«Через илларов твоего святилища. Кто-то, кроме Даллана, узнал, что ты отправился на Остров. Следящий сообщил об этом одному из старейшин клана, а тот — Кимру. Естественно, тот сразу заподозрил меня в измене. Вчера я обнаружила, что за мной следят. Тэйн, честное слово, тебе лучше оставаться там, где ты есть. Хэльды не помогут им тебя искать, а обыкновенная, городская система сыска тут бессильна, пока ты не попытаешься вернуться в ту башню…»
«Попытаюсь хотя бы потому, что там остались Кельхандар и Лейт. И мой меч. Да и этот паршивец Вельг, если уж честно… А что, ты предлагаешь мне остаться в Ала Ари?» — спросил он с усмешкой.
«Так вот ты где! — ахнула она, и Тэйн едва успел отгородиться от шквала возмущения и ревности. Успокоившись, она продолжила уже совсем другим тоном. — Может быть, так даже лучше. Там тебя точно не найдут…»
«Данира…Тот человек, что предупредил тебя… Может он спрятать тебя хотя бы на время?».
«Помнишь, я говорила, что меня выдадут замуж? Так вот, меня предупредил тот самый человек, которого прочат мне в мужья. Он будет очень рад, если я попрошу у него помощи, но после этого я больше никогда не выйду из его ракана»
«Тогда беги в нашу башню и возьмись за мой меч. На Острове, среди своих, они тебя не найдут».
Он почувствовал волну облегчения, прокатившуюся в их соединенных разумах.
«Я попробую, — сказала она чуть более уверено. — Может быть, и правда поможет.»
"Будь осторожна, — предупредил он ее на прощание. — Сейчас ты не Следящий, а беглянка, за которой началась охота»
«Знаю, — ответила она со смешком. — Стану простой горожанкой, немного вульгарной и ужасно высокомерной. Никто не обратит внимания. А ты сиди тише мыши и не высовывайся»
«Предлагаешь заняться тем, что мне наобещали?» — хмыкнул он. Ответа не последовало — рассерженная Данира протянула руки к арангисам и образ ее растворился в темноте.
Он сел, потягиваясь и убеждаясь, что тело достаточно отдохнуло от власти черных браслетов. Браслеты, кстати, лежали здесь, рядом. Полезная вещь, если что… Теперь оставалось только хорошенько подготовиться, выбрав из созданного за недолгий срок запаса ловушек и боевых заклинаний самые необходимые.
Ждал он недолго. Когда толстяк, многозначительно улыбаясь, снова появился в его каморке с подносом еды, Тэйн перехватил его за лодыжку и уложил на свое место, оседлал толстое туловище и выкрутил руки к лопаткам. Тот попытался заорать, но Тэйн живо пресек эту попытку, прижав ладонью его рот.
— Задушу, — пригрозил он, вытаскивая у толстяка из-за пояса длинный кинжал телларинаской работы. Осмотрев оружие, усмехнулся. — Что, не доверяешь здешним девочкам? Правильно, я бы на твоем месте тоже не доверял. Ну-ка, раздевайся, — приказал он, отпуская толстого. — И имей в виду — ты немного ошибся, когда рассказывал своей хозяйке мою биографию. Видишь это клеймо? А как я держу нож? — Тэйн демонстративно прокрутил кинжал в руке. — Я- иллар. И воин тоже. Колдун — убийца — как тебе такое нравится?
Толстяк затрясся, покорно снимая роскошный ярко-синий пейер и серые шаровары.
— Тебя все равно поймают, — прошептал он дрожащими губами, глядя, как Тэйн одевается. Пейер сидел неплохо, а вот шаровары оказались коротковаты. — Темнокожий без браслетов…
— Браслеты я себе найду, — пообещал Тэйн весело. — Золотые браслеты — игрушка по сравнению с черными. Кстати, — он наклонился и забрал их с собой, спрятав в просторный внутренний карман пейера. — Какая сейчас часть триады?
— Ир, — буркнул толстяк.
— Прекрасно. Ты, наверно, устал после тяжелой трудовой ночи, — хмыкнул Тэйн. — Отдохни немного.
Нажав нужные точки на толстой и не очень чистой шее, Ройг осторожно уложил обмякшее тело на пол.