Моя страна - прежде всего! (СИ)

— Мягко… Я бы тоже так хотел!
— Нет у нас ничего, мужики… — продолжил Тихон, не глядя на них. — Побойтесь Бога, уходите, не трогайте Елену Викторовну..
— Что ж, добром она говорить не хочет… Значит, спросим по другому. Студент, давай! — скомандовал матрос, вставая с кровати. Тот снова улыбнулся и, подхватив с пола женщину, бросил её на освободившуюся постель.
Алексей под ними услышал треск рвущейся ткани и отчаянный крик матери:
— Нет!!! Отпусти, грязная скотина!
— Ну уж нет, сударыня!.. Я не даром столько ждал этого случая чтобы сейчас отступить! Тогда ваш муженёк помешал мне получить вас, а теперь его нет!.. И на помощь никто не придёт! — торжествующе захохотал он, навалившись на неё. Мастеровые и матрос посмеивались, глядя на эту сцену.
Внезапно всё изменилось. Тихон, зарычав, попытался отбросить державшего его рабочего, тот усилил напор, и между ними завязалась драка. Другой рабочий и матрос кинулись на помощь подельнику. На полу образовался клубок из тел. Тихон сумел мощным ударом отбросить одного из грабителей, но матрос достал откуда-то нож, и с размаху всадил его верному слуге в грудь. Тот выгнулся, широко открыл рот, из которого хлынула кровь, и резко обмякнув, затих. Так закончил свой боевой путь фельдфебель 124-го Воронежского полка Сидорчук Тихон Герасимович, награждённый солдатским Георгием 4-й степени.
Тем временем, Студент вскрикнул и встал с кровати, шатаясь.
— По… Помоги. те… — и упал на пол, содрогаясь. Его сообщники недоумённо уставились на него, пытаясь понять что ещё случилось. Переведя взгляд на женщину, матрос прошептал:
— Вот же блядь..
Алексей видел в зеркале, напротив кровати, что женщина, залитая кровью Студента, сидела на постели и сжимала в руках маленький ножик. Открыв рот, он смотрел как из внутренней части бедра парня хлестала толчками кровь, а его лицо бледнело на глазах. Широко открытый рот, казалось, пытался что-то сказать, но сил уже не было… Дёрнувшись в последний раз на глазах изумлённых сообщников, Студент умер, так и не успев осуществить своё гнусное желание.
— Эта стервь прирезала Студента! — воскликнул один из мастеровых. Алёша знал, что его мать некоторое время работала сестрой милосердия одного из столичных госпиталей и, скорее всего, знала куда можно ткнуть ножом, чтобы защититься. В это время второй рабочий, который уже оклемался от удара Тихона, молча поднял винтовку и, зло ощерившись, в упор выстрелил в Елену Викторовну. Тихо всхлипнув, женщина повалилась на кровать, а по комнате поплыл запах пороха. Алёша под кроватью онемел, превратившись в соляной столб.
Матрос, в последний момент заметивший действие рабочего, попытался помешать ему, но не успел.
— Что ты наделал, дурья твоя башка!? — со злостью накинулся он на стрелявшего. Вырвав у него винтовку, отпихнул в сторону, к стене.
— А что такого-то? Она, значит, нашего прирезала, а мы..
— А как мы теперь узнаем куда она всё своё добро припрятала, бестолочь фабричная?! — заорал ему в лицо матрос с бешеными глазами.
— Точно, Ванька, телок ты ещё несмышлёный… — поддержал его второй мастеровой. — Да и развлечься с ней хотели… такая чистенькая, породистая, голубая кровь, чтоб её… А ты взял и похерил нам всю сладость..
Тот сплюнул на пол и, поколебавшись, ответил:
— Ничего, в городе ещё полно таких осталось… не одна так другая..
После этого трое оставшихся «революционеров» начали громить дом, лазать по шкафам и искать ценности. Ничего не нашли, кроме столового серебра и одежды. После этого, усталые и разочарованные, он подожгли дом и ушли.
Алёша, вместе с Машей, выбежали на улицу когда дом уже серьёзно полыхал. Сам он был в какой-то прострации, безмолвно выполнял то что ему говорила служанка и просто бежал за ней куда-то. В голове и сердце образовалась какая-то пустота. Маша, как он понял позже, привела его в какую-то квартиру снятую на те скудные деньги, которые ей дала его мать заранее…
Этот день, на протяжении двадцати трёх лет, очень часто вспоминался ему. Горечь утраты пришла позже, он плакал, даже выл, на груди у Маши, которая прижимала его к себе и тоже плакала вместе с ним. А потом началась для него новая жизнь..
 
Прервав его воспоминания, рядом с ним зашевелилась молодая девушка с красивым лицом и прекрасным телом. Под одеялом она была голая, как он и любил.
— Ммм… Ты уже проснулся, Алёша? — протянула она, прижавшись к нему.
— Да, Катюш… А ты спи, если хочешь. Сегодня на работу не пойду, что-то слабость сильная… — проговорил он, погладив её по русым волосам.
— Ты не заболел? — встревожилась она и потрогала его лоб. — Вроде, нормальный..
— Не знаю, просто полежу. А тебе сегодня на службу?
Катя зарылась носом в подушку и застонала.
— Угу… А так хочется остаться с тобой.
Алексей засмеялся и взъерошил ей волосы.
— Ничего, я же никуда не убегу. Встретимся вечером или завтра. Вставай, а то опоздаешь!
Снова застонав, девушка села на кровати. Потом медленно встала и взвизгнула, получив шлепок по своей круглой попке. Сонная и взлохмаченная, она показала ему язык и начала одеваться, нарочито медленно, поглядывая на него. Сначала трусики, потом лифчик, пояс для чулок, сами чулки. Затем настал черёд форменной юбки и гимнастёрки. И наконец, своё место занял берет. И вот, перед ним стояла сержант госбезопасности Екатерина Цветкова.
Алексей усмехнулся. Какая ирония судьбы! Знай она что встречается с самым настоящим врагом советской власти, что бы сделала? Пристрелила на месте? Или сдала своим? А ведь эта дурочка любит его, он по глазам видит. Встретились случайно, почти год назад, когда она, задумавшись, врезалась в него на улице, пока он покупал мороженое. Тогда Катя была в гражданском платье и он, конечно, не знал о ней ничего.
Девушка извинилась, он предложил познакомиться, прогуляться… Вот и результат. Девушка ему понравилась, и уже через несколько дней она была в его постели. Неопытная девственница, она познавала с ним уроки любви, и страстно влюбилась в него, правда, пытаясь скрыть это от него. Напрасно! Он это быстро понял, её глаза всё сказали сами.
Открылась о своей работе она ещё через несколько месяцев, когда он случайно встретил её на улице в форме, застыв от удивления. Последовал прямой разговор, и горячее его завершение в постели.
Алексей не сразу смог прийти в себя от такого афронта судьбы. Подумать только, он спит с сержантом госбезопасности, службы, которая с радостью бы пообщалась с ним, будь такая возможность. Некоторое время он сомневался, опасаясь, что она специально свела с ним знакомство и он уже на крючке, но время шло, а её поведение оставалось таким же. И Алексей вынужден был признаться сам себе что это, видимо, одна из шуток судьбы. К тому же, его чуйка, которая всегда сигнализировала об опасности и уже несколько раз спасла его, молчала.
Однажды, на её дне рождения, они выпили больше обычного и девушку развезло. Сама, без всякого его принуждения, она начала рассказывать о своей работе, хоть это и было запрещено. Видимо, всё это копилось внутри неё и она хотела выплеснуть напряжение, рассказать кому-то кто, по её мнению, достоин доверия.
На утро она извинялась и просила никому не рассказывать про то что он услышал и Алексей с готовностью пообещал, добавив, что она всегда может рассказать ему то что хочет, дальше него это всё равно не уйдёт.
С тех пор, периодически, он иногда наливал Кате чуть больше чем надо и язык у неё распускался. Выложив ему всё что хотела, девушка шутливо говорила что теперь ей придётся убить его чтобы сохранить тайну, но есть возможность на милосердие… После этого, он наваливался на неё своим крепким телом и все мысли о работе и тайных сведениях вылетали из её головки и их место занимало желание..
Вчера вечером она снова пришла к нему, в его комнату. Другие жильцы, соседи, уже начали привыкать к её частым визитам, и каждый раз старались не показываться ей на глаза, кто знает эту девчонку из госбезопасности? Попадёт ей вожжа под хвост, арестует ни за что ни про что и отвезёт куда следует… Нет уж, лучше, пока она здесь, сидеть и не отсвечивать. Да и к этому жильцу, её любовнику, тоже не соваться.