Моя страна - прежде всего! (СИ)

— А теперь уже я вынужден сказать тебе спасибо, Мария! — поднял он бокал. — И предлагаю тост! За тебя, Мария! От всей души желаю чтобы ты всегда улыбалась, не грустила и часто радовала нас своим смехом! Правда, Ребекка?
— Полностью согласна с тобой, Гюнтер! — подхватила графиня. — Но для этого ты сам должен постараться!
— Обещаю! Ну что, выпьем? — подмигнул он обеим.
— Выпьем! — хором ответили женщины и весело рассмеялись, несколькими глотками допив шампанское.
Гюнтер ощутил как хмельной туман снова начал постепенно заволакивать ему голову. Нет, надо притормозить. Он сюда не пить пришёл. Взглянул на женщин и понял что шампанское также действует и на них, глаза заблестели, щёки покраснели… Что ж, может это и к лучшему?
— А теперь, я хочу сделать одно объявление! — внезапно сказала баронесса, удивив и Гюнтера и графиню.
— Какое объявление, дорогая? — спросила Ребекка с изумлением.
— Сейчас узнаете. Идёмте со мной! — она взяла их под руки и повела к центру зала. Удивлённые Гюнтер с графиней не сопротивлялись. Мария остановилась в центре, отпустила их и высоко подняла руку. Музыка опять стихла и гости начали оборачиваться к ней. Баронесса подождала ещё несколько секунд и громко заговорила:
— Дамы и господа! Все вы знаете что несколько дней назад, я и мои дочери едва не погибли при пожаре! Я не стояла бы тут сейчас, с вами, если бы не случилось чудо! И зовут это чудо — оберштурмфюрер СС Гюнтер Шольке! — она взяла смутившегося Гюнтера за руку. — Он не пожарник, служит в батальоне охраны нашего любимого фюрера. Он просто проходил мимо. Но Гюнтер не остался равнодушным зевакой, а сразу стал спасать людей из нашего дома, ловя их когда они прыгали из окон. Более того! Когда все кто мог выпрыгнули, он забежал в дом и, сам рискуя жизнью, вывел нас из него. Благодаря именно ему я сейчас жива, разговариваю с вами и радуюсь жизни. И мои дочери тоже!
Она обвела собравшихся взглядом и закончила:
— Такие офицеры это гордость всей нашей страны. Он поступил так как положено не только офицеру элитной части, но и как просто настоящий мужчина! Поэтому предлагаю, дамы и господа, поприветствовать настоящего героя и пожелать ему дальнейших успехов на службе и в личной жизни! Хайль!
— Хайль!..Хайль!..Хайль! — раздалось в зале. Покрасневший от смущения Гюнтер видел что многих аристократов действительно зацепила речь баронессы и они искренне ему аплодируют. Впрочем, были и такие, которые хлопали, кричали дежурно, но это тоже было понятно. Он им никто, даже не аристократ, и сама баронесса, видимо, им тоже не так важна.
Подбежали Амалия, Грета и Ирма и дружно поцеловали его в щёки. Он видел, как графиня слегка толкнула баронессу и что-то шепнула. Та покраснела, но тоже подошла и легко поцеловала в щёку. Раздались аплодисменты, приветственные крики.
После этого гости вновь разошлись, оживлённо переговариваясь. Гюнтер решил, наконец, поговорить с баронессой и шепнул ей:
— Мария, мне надо с тобой поговорить.
Та вскинула на него встревоженный взгляд.
— О чём? Что случилось?
— Ничего серьёзного. Просто небольшой разговор… — успокоил он женщину. Стоявшая рядом Ребекка навострила уши и Гюнтер, улыбнувшись графине, отвёл Марию в уголок.
— Гюнтер, что случилось, расскажи? — спросила его аристократка, с тревогой глядя ему в глаза.
— Я хочу поговорить с тобой о машине.
— Какой машине? — с удивлением спросила она, поправив волосы.
— О своей машине. То есть, о твоей! — поправился он.
— Ничего не понимаю, Гюнтер… — покачала она головой и отпила шампанского.
Гюнтер вздохнул. Похоже, она на самом деле уже забыла про свой подарок… Или хорошо притворяется.
— Я про тот Опель который ты мне подарила! — наконец, прямо сказал он. Баронесса несколько секунд смотрела на него, а потом улыбнулась.
— Вот оно что… А я-то думаю, про какую машину он говорит? — рассмеялась аристократка. — А что с ней не так? Не понравилась?
— Не говори ерунды, Мария! Такая машина не может не понравиться! Дело не в этом! — ответил Гюнтер.
 
— Тогда в чём же? — снова улыбнулась Мария, не глядя на него, любуясь пузырьками шампанского в бокале.
— Этот подарок… Он слишком дорогой! Я не могу его принять! — прямо рубанул Гюнтер. В конце концов, сколько можно ходить вокруг да около?
— Слишком дорогой, говоришь? — спросила его баронесса, по прежнему не смотря на него. Гюнтер заметил краем глаза как любопытная графиня, словно ненароком, шажок за шажком, приближается к ним.
— Да! Дарить машину за..
— Гюнтер, ответь мне, пожалуйста, на один вопрос? — вдруг прервала его Мария холодным голосом. Изумлённый Гюнтер увидел её глаза, которые смотрели на него с гневом или даже яростью.
— Какой? — спросил он, удивлённый такой метаморфозой.
— Сколько, по твоему, стоит моя жизнь? Кстати, и жизнь моих дочерей тоже? Какая цена? — от её слов можно было порезаться. Насколько он помнил, она ни разу не говорила с ним таким тоном и невольно посочувствовал тем с кем она так разговаривает.
— Твоя жизнь? Не понял… При чём тут это? — он был в замешательстве от неожиданной смены темы разговора.
— Именно в этом, Гюнтер! Ты так и не понял? Хорошо, объясню! — она залпом допила бокал и так резко поставила его на поднос что тот чуть не упал. Тем временем, графиня уже подобралась совсем близко и вполне могла слышать их разговор, но Гюнтеру было не до неё.
— Жизнь бесценна, понимаешь? А жизнь моих дочерей мне намного дороже своей! Так неужели ты думаешь что я, ради этого, пожалею какую-то машину!? Да если надо, я готова скупить десятки, сотни машин! Продать всё что у меня есть, дом, акции, украшения… лишь бы они были живы!! И я сама тоже! Почему ты сравниваешь в цене наши жизни и автомобиль?! Да это самое меньшее чем я могу тебе отплатить! Боже, ты хочешь так меня оскорбить? Как ты мог хотя бы подумать о том чтобы вернуть мне этот дурацкий Опель!? — она почти кричала, а в конце, видимо, потеряв самообладание, попыталась ударить его в грудь своим кулачком.
Гюнтер легко перехватил её руку и естественным жестом прижал женщину к своей груди. Она попыталась вырваться, но быстро затихла, вздрагивая. Он обнял её одной рукой, другой же стал поглаживать по голове, приговаривая:
— Ну, успокойся, милая… Не кричи. Не подумал я, как это выглядит с твоей стороны..
— Потому что ты дурак… — донеслось снизу. — И все мужчины дураки!
Гюнтер усмехнулся. Похоже, успокаивается… Мда, в чём-то она права, с её стороны действительно выглядит не очень. И что теперь делать?
— Мария, позволь я объясню? — начал он.
— Не надо… Но объясни! — глухо сказала она.
В который раз удивившись женской логике, Гюнтер сказал:
— На самом деле, мне машина очень нравится. Удобная, роскошная… Но… Понимаешь, я чувствую себя альфонсом! — наконец, высказал он свои мысли.
Видимо, удивившись, баронесса подняла голову и посмотрела на него. Глаза её слегка припухли но слёз не было. Либо успела вытереть, или они впитались в его китель.
— При чём тут это? — теперь уже спросила она.
— Просто принимать такой дорогой подарок от красивой женщины… как-то странно… Обычно бывает наоборот.
Несколько секунд она удивлённо смотрела на него, а потом начала смеяться. Смех поддержала Ребекка, уже стоявшая совсем близко. И пока баронесса, пыталась успокоиться, графиня, уже успевшая прийти в себя, пояснила:
— Гюнтер, ты всё напутал у себя в голове! Альфонс — это тот, который выпрашивает подарки и деньги у богатой женщины с которой он… ну… в общем, ты понял! — смутилась она. — Такого человека любая нормальная женщина презирает, для неё он не мужчина, а… просто одушевлённый, разговаривающий орган… который, к тому же, просит деньги за это… Ему плевать на саму женщину, для него это просто работа, как у проститутки, только мужского пола. А тебе Мария машину подарила в благодарность за спасение, своё и дочек. И поверь мне, я бы, на её месте, сделала то же самое! Жизнь одна, а деньги можно новые заработать, как и машину можно купить! Теперь ты понял свою ошибку? — с укором спросила графиня.