Моя страна - прежде всего! (СИ)
— Фройляйн Блюм?
— Да… я..
— Штурмбаннфюрер Отто Нойманн. Оберштурмфюрер Шольке здесь?
— Он спит… Послушайте, что случилось? — её голос дрожал, девушка ничего не понимала. Эти эсэсовцы вели себя так грубо и бестактно что она была в растерянности.
Штурмбаннфюрер несколько секунд смотрел на неё как на предмет мебели и приказал своему подчинённому:
— Отпусти её.
Громила тут же освободил её и, подчиняясь молчаливому кивку офицера, тоже прошёл в квартиру. Лаура начала массировать руку, грубый эсэсовец наверняка оставил на ней синяки.
— Во сколько часов пришёл Гюнтер Шольке?
— При. примерно в два часа… а что случилось, вы можете мне сказать? — набралась храбрости девушка. Чувство что её любимый попал в неприятности, заставило Лауру собраться и взять себя в руки.
Офицер, казалось, потерял к девушке интерес. Он отвернулся от неё и прошёл в квартиру. Из спальни раздался удовлетворённый голос одного из солдат:
— Он здесь, штурмбаннфюрер!
— Отлично! Выводите его! — приказал тот. Обернувшись к девушке, он произнёс: — Ваш любовник ночью устроил драку с патрулём и жестоко избил их. Все трое теперь в госпитале. Оберштурмфюрер Шольке задержан и будет предан суду военного трибунала. Думаю, разжалованием в рядовые он не отделается… — его рот растянулся в жестокой улыбке, от которой Лаура похолодела.
— Не может быть… — прошептала ошеломлённая девушка. Чтобы её Гюнтер устроил драку с патрульными? — Но… он же был пьяным!
— Вы считаете, это смягчает его преступление? — издевательски спросил штурмбаннфюрер. Он навис над ней и Лаура невольно попятилась. — Хочу сообщить что это наоборот, только усугубляет его вину.
В коридоре появились громилы, тащившие с двух сторон безвольное тело Гюнтера в майке и трусах. Глаза парня были закрыты, голова моталась из стороны в сторону, он что-то неразборчиво бормотал, ноги волочились по полу. Солдаты, крепко взяв его подмышки, пронесли его к выходу и потащили вниз, мимо довольного офицера и застывшей как столб Лауры.
Штурмбаннфюрер отошёл от неё и направился к двери. Стоя в проёме, он насмешливо улыбнулся и сказал:
— Вы красивая девушка, фройляйн Блюм. Советую вам тщательнее отбирать себе любовников… — увидев как она покраснела от злости, офицер улыбнулся ещё шире и не спеша стал спускаться по ступеням вниз.
Его шаги затихли внизу, а девушка всё так же продолжала стоять, словно оглушенная тем что произошло. Наконец, очнувшись, она закрыла дверь и, как сомнамбула, присела на полку для обуви.
Что делать?? Если всё так как сказал этот чёртов эсэсовец то её любимого Гюнтера ждёт суд и лагеря… Или вообще могут расстрелять, сейчас же война. От такой мысли ей стало плохо, сердце замерло и стало больно в груди… Боже, пожалуйста, помоги мне! Скажи что делать? Как помочь?
Она обхватила голову руками и прикусила губу чтобы не расплакаться. Сейчас не время для рыданий, надо действовать! Кто сможет вытащить Гюнтера на свободу? Гиммлер? Или сам фюрер? Но её просто не пустят ни к тому ни к другому.
Вдруг она вспомнила… Ева!! Ну конечно! Она же подруга фюрера, кто если не эта женщина сможет прорваться к Гитлеру и замолвить перед ним слово за Гюнтера? Лаура вспомнила как Ева посетила их в клинике Шарите и как она сама едва не обидела подругу фюрера… А вдруг та злопамятна и откажет ей? Нет, не может быть, она не такая! Лаура бросится ей в ноги, станет на колени но убедит Еву помочь Гюнтеру.
Воодушевлённая девушка вскочила с полки, наскоро оделась и выбежала на улицу. Там она растерянно остановилась. Перед ней возник вопрос, где искать женщину. В рейхсканцелярии? Или у неё дома? Но Лаура не знала где та живёт. Ладно, значит в рейхсканцелярию.
Оглядевшись, она заметила как недалеко от неё такси медленно подъезжает к двум нарядно одетым девушкам. Встрепенувшись, Лаура побежала к ним, хоть на каблуках это было не слишком удобно. Запыхавшись, она очутилась рядом с девушками, как раз когда машина остановилась возле них.
— Фройляйн, извините меня, пожалуйста, мне срочно надо ехать к жениху, он попал в беду… — проговорила торопливо она и впорхнула в машину, оставив девушек с открытыми от удивления ртами.
— Мне срочно надо в рейхсканцелярию! — сказала Лаура водителю. Тот пожал плечами и тронулся с места. Она ещё успела услышать как одна из девушек возмущённо сказала другой:
— Какая наглая эта особа! Подумать только..
— Хорошо, фройляйн! — усмехнулся водитель, полноватый мужчина лет сорока. Он дал газ и машина рванула вперёд ещё быстрее, оставив ошеломлённых дамочек позади.
До места они доехали быстро, Лаура в спешке вытащила из сумочки несколько купюр и, не считая, протянула водителю. Тот широко улыбнулся и спрятал их в карман, видимо, она дала ему больше чем надо. Но сейчас это волновало девушку в последнюю очередь. Лаура выскочила из машины и побежала ко входу в длинное здание, составленное из нескольких корпусов.
Прошмыгнув мимо неподвижно стоявших часовых, она влетела в большой холл и, оглядевшись, подбежала к девушке сидевшей за стойкой регистратуры. Рядом с ней стоял молодой унтерштурмфюрер и, видимо, рассказывал что-то смешное и приятное, так как девушка прыскала от смеха и смущалась.
Лаура, не успев перевести дыхание, впилась в девушку взглядом и, задыхаясь, спросила:
— Скажите, пожалуйста, фройляйн… Ева Браун тут?
Девушка до последнего момента не замечала Лауру, всецело занятая флиртом с эсэсовцем и вздрогнула от её голоса. Она посмотрела на неё и замялась, посмотрев на лейтенанта СС. Тот выпрямился и, приняв деловой вид, спросил:
— Вы кто, фройляйн? И зачем вам эта девушка?
— Меня зовут Лаура Блюм… уф… — она перевела дыхание и заговорила более спокойно. — Я хочу попросить помощи у фройляйн Браун… по личному вопросу.
Лицо унтерштурмфюрера приняло задумчивое выражение. Девушка за стойкой смотрела на него. Наконец, он согласно кивнул ей и она произнесла мягким голоском:
— Фройляйн Ева Браун находится в своём кабинете на втором этаже, комната 202.
— Спасибо вам, фройляйн! — искренне поблагодарила Лаура и, не теряя времени, побежала по лестнице наверх, провожаемая любопытными взглядами парочки.
Вихрем взлетев на второй этаж, она посмотрела по сторонам и понеслась налево, почти в самый конец коридора, минуя безмолвных охранников и других посетителей. Наконец, вот она, заветная дверь! Слегка отдышавшись, девушка постучала в дверь.
— Входите, открыто! — послышался знакомый женский голос. Лаура толкнула дверь и вошла внутрь.
Комната, в которой жила Ева, когда находилась в рейхсканцелярии, была небольшая но светлая и уютная. Два распахнутых окна, слегка прикрытых белыми занавесками, пропускали внутрь солнечный свет и щебет птиц во внутреннем дворе. Пахло свежими цветами, стоящими в вазе на столике в углу.
Сама Ева сидела на маленьком диванчике возле окна и читала какую-то книгу. Она была одета в белое свободное платье до колен и такого же цвета босоножки. Увидев Лауру Ева почему-то покраснела, её глаза расширились.
— Вы?! — дрожащим голосом спросила она.
Лаура облегчённо улыбнулась.
— Вы меня помните, фройляйн?
— Д-да… вы… вы та самая медсестра, которая ухаживала за Гюнтером… простите, герром Шольке, верно? — её голос дрожал но почему, Лаура не знала. Впрочем, какое ей дело? Главное, Ева помнит Гюнтера и теперь надо убедить её помочь..
— Да, фройляйн, вы правы..
— Прошу вас, называйте меня просто Ева, хорошо? — она пришла в себя, лицо приняло обычный цвет, и на нём появилась робкая улыбка.
— Хорошо, Ева… а меня тогда Лаурой! — улыбнулась в ответ девушка.
— Договорились!
Лаура, не выдержав, села рядом с Евой и схватила её руки своими. На глазах появились слёзы, которые она не сумела удержать. Ева с тревогой смотрела на неё.
— Лаура, ты плачешь? Что случилось?
— Ева… Прошу тебя! Только ты можешь помочь мне… и Гюнтеру! — всхлипнула она.
Ева вздрогнула.
— Помочь Гюнтеру? Но… но что случилось? С ним всё в порядке? — её голос был полон тревоги, и Лаура обрадовалась, значит, она помнит его и беспокоится о нём!