Университет языков (СИ)

Он стоял, а она сидела. Его взгляд горел, а её плечи мелко дрожали.
— Прости, но я не могу по-другому, — он наклонился, беря её руки в свои.
Ниа жалобно смотрела на него.
— Мне надо поговорить с Солом, посиди пока здесь. Можешь брать и смотреть, что хочешь.
Она кивнула.
Эридан вышел, а она закрыла лицо руками. Плакать Ниа боялась. Страшно было даже представить его лицо, когда он увидит её слёзы.
Ниа встала и взяла фотографию. Счастливые брат с сестрой… Ох, Сорора… Ниа прижала фотографию к груди, как будто это могло вернуть умершую девушку.
Она поставила фото и случайно задела рукой мышку. Экран на ноутбуке зажёгся. С рабочего стола улыбалась девушка с развевающимися на ветру волосами. Ниа села в кресло, несколько раз покрутилась на нём, потом резко остановилась и упала грудью на стол. Она не знала, сколько прошло времени. Просто в какой-то момент почувствовала, что больше не одна в комнате.
Ниа вскочила.
— Я нечаянно… — она показала на ноутбук. — Я рукой толкнула…
Эридан, не отрываясь, смотрел на неё. Ниа поняла, что сейчас он видел за столом не её, а свою сестру. И тут она сделала то, чего делать было нельзя. Она сказала:
— Эридан…
Это одно единственное слово сделало иллюзию настолько реальной, что он перестал дышать. Ниа тоже боялась пошевелиться, не зная, что будет больнее.
Эридан с усилием — словно она была чёрной дырой, а он светом — оторвал от неё взгляд.
— Я поговорил с Солом. И согласился встретиться с Хидори. Я попросил Тоби довезти вас до гостиницы, он пошёл за машиной. Так что у нас есть ещё несколько минут, — он быстро посмотрел на неё и опустил глаза.
— А как называется это место? — спросила какую-то глупость Ниа, чтобы заполнить тишину.
— Посёлок, где находится гостиница, называется Хадар, как и город. Странное слово: на местном языке оно означает «тяжесть», а на древне-алгольском — «крыло». Это же совершенно несовместимые значения, — вздохнул он.
— Здесь очень красиво, — сказала Ниа. — Озеро и дом с плющом, как будто из книги.
— Тебе нравится? — быстро спросил Эридан.
Ниа поняла, что он ждёт не её ответа. Он хочет знать, понравился ли этот дом его сестре.
— Да, очень…
Эридан улыбнулся.
Под окном послышался звук подъезжающей машины. Улыбка растворилась, на бледном лице остались живыми только глаза. Если бы можно было насмотреться впрок…
— Кажется, пора… — пробормотал он.
Ниа вдруг подошла к нему, коснулась руками бледного лба и прошептала, стараясь, чтобы в её словах он услышал голос сестры:
— Не грустите…
Его сердце стучало так громко, словно хотело вырваться из груди и разбиться об её сердце.
— Пойдёмте, — тихо сказала Ниа, опуская руки.
— Да… да, пошли…
Они спустились во двор. Солус Альгеди, стоявший у озера, подошёл к ним. На Ниа он даже не посмотрел, его взгляд был устремлён только на Эридана.
— Тоби высадит вас недалеко от гостиницы, он мог бы отвезти и дальше, но, думаю, так для вас будет безопаснее, — сказал Эридан. — Оттуда вам лучше пойти на станцию, спросите хозяйку, она объяснит дорогу. Там ходят электрички. Доедете до главного вокзала Хадара и пересядете на другой поезд. В воскресенье вечером будете в университете.
— Хорошо, — сказал Солус.
— Я свяжусь с тобой, сообщу место встречи.
Он кивнул.
— Всё, уезжайте, — он произнёс фразу так, словно умолял одновременно делать и не делать этого.
Солус открыл заднюю дверцу и кивком приказал Ниа садиться. Сам он сел рядом с водителем.
— Ниа, — сказал Эридан, подходя к машине, — в следующий раз, когда мы увидимся, привези мне что-нибудь.
— Хорошо.
Потом он наклонился к Солусу и произнёс несколько слов на языке Аин. Ниа поняла только два последних слова: «Береги её». Солус ответил: «Да».
Машина тронулась, Ниа закрыла глаза. Больше всего ей хотелось, чтобы этого путешествия никогда не было.
Через несколько часов молчания Тоби, оказавшийся человеком из Менкента, остановил машину. Солус спросил что-то по-менктентски. Тоби указал рукой в направлении поля. Видимо, говорил он только на том странном языке.
 
Солус с Ниа вышли на шоссе. Тоби развернулся и поехал назад.
— Идёмте, — сказал Солус. Оставшись с ней наедине, он снова заговорил по-албалийски.
Ниа шла за Солусом, стараясь раздавить его следы. Ей казалось, ещё немного — и она не выдержит. Он что же думает, она кукла, которую можно показывать покупателям, а потом снова убирать на полку? Но, похоже, именно так он и думал.
Когда они вернулись в гостиницу, Солус коротко приказал:
— Возьмите свои вещи и спускайтесь вниз.
Пока она забирала сумку, он взял свои вещи и выяснил у пожилой женщины дорогу до станции. Полчаса они шли по узким улочкам посёлка. Солус не сказал больше ни слова.
На платформе он пошёл покупать билеты. Ноутбук он ей не оставил, а она не спросила. Ниа подошла к самому краю, окрашенному поблекшей рыжеватой краской, и посмотрела на рельсы. В них отражалось заходящее солнце. Вдруг она услышала шум приближающегося поезда и пронзительный гудок.
Подбежавший Солус резко оттащил её от края платформы.
— Осторожнее! — строго сказал он, когда поезд проехал мимо.
— Оставьте меня! — не выдержав, крикнула Ниа. — Я знаю, почему вы это делаете! Я поняла его последние слова!
— Он сказал их на языке Аин не для того, чтобы вы их не поняли.
— А почему?
— Потому что я не могу нарушить обещание, данное на этом языке, — холодно ответил он.
Ниа в испуге посмотрела на Солуса Альгеди. Да, этот человек с безжизненными чёрными глазами будет охранять свою куклу, как самую большую драгоценность, но ему и в голову не придёт, что у куклы может быть душа.
Опустив голову, девушка побрела к скамейке.
Снова раздался шум приближающегося поезда. На этот раз он не проехал мимо, а остановился. Ниа взяла сумку и залезла в вагон.
Пассажиров почти не было. Она забилась в угол у окна, Солус сел напротив, ближе к проходу.
Доехав до вокзала Хадара, они пересели на другой поезд.
Ниа не знала, что делать. Читать не хотелось. Да и Солусу нечего теперь было искать в ноутбуке. Некоторое время он молча смотрел в окно. Сплетённые пальцы лежали на столике, почти сливаясь с его матовой поверхностью.
— Не сердитесь на Эридана, — вдруг сказал он. — С того момента, как он увидел вас, у него не было выбора.
— Я не сержусь на него, — прошептала Ниа.
Стоило бы сказать: «Я сержусь не на него». Это было бы честнее.
— И не осуждайте профессора Сатабиша, — словно в ответ на её мысли сказал Солус. — Если бы существовал другой выход, он бы никогда не заставил вас пройти через это.
«Это тоже не выход!» — закричала про себя Ниа.
— Что это за язык, на котором говорил Тоби? — спросила она вслух.
— Язык? — странным тоном повторил Солус. — А этот язык придумал Эридан.
— Чтобы общаться со своими людьми? Что-то вроде секретного кода?
— Что-то вроде того, — ответил Солус, и Ниа показалось, что презрения в его голосе стало больше.
— А что в этом плохого? Ведь профессор Сатабиша тоже придумал язык…
— Вы не понимаете, вы ничего не понимаете! — вдруг крикнул Солус и вышел из купе.
Дверь с шумом захлопнулась. Ниа расширившимися глазами смотрела на пустое место напротив себя. А она-то что не так сделала? Она всегда лишь выполняла его приказы. Она не понимает? Конечно, не понимает! Разве это вообще можно понять?
В который раз за эту несчастную поездку ей захотелось плакать. Ниа замотала шторку на окне, и посмотрела на своё отражение в стекле. А потом это отражение сказало громко и отчётливо:
— Какая же ты эгоистка!
Солус Альгеди никогда не хотел, чтобы Эридан увидел её. Если кто и виноват, то только профессор Сатабиша. Солус лишь выполнял его просьбу, также как и она. Они с Эриданом, наверное, дружили, когда он ещё только учился в университете. А она побыла с ним рядом несколько минут и уже считает, что имеет право судить! Глупая самонадеянная девчонка!