Университет языков (СИ)
— Простите… — прошептала она.
— Простите?.. И всё?
— Деньги…
— Заплатит Солус Альгеди, заплатит за всех ваших учеников! Я знаю! Дело не в деньгах! Репутация университета…
— Простите…
— С вами бесполезно говорить! Если бы я мог… — пробормотал Доминик, кусая губы. — Желаю удачного дня! — он бросил на неё презрительно-бессильный взгляд.
Значит, Вэле ушёл… Сразу стало холодно и одиноко. Порой он причинял ей боль, но только с ним можно было так долго говорить о Лабрии, о Гемме…
Она вытерла рукавом слёзы и пошла к Солусу. Конечно, это непедагогично, это нарушение правил, так нельзя, но…
Ниа постучала и остановилась на пороге аудитории.
— Почему ты не на занятии? — спросил по-алгольски Солус. — Вэле уехал, — жалобно проговорила Ниа.
— Как уехал? Куда?
— В Лабрию, наверное.
— Но… ты ведь ему говорила…
— Говорила, а он всё-равно уехал.
— Он сказал, что возвращается на родину, — догадавшись, что они говорят о Вэле, вставил Игни. — Он заходил утром попрощаться.
— Да, ко мне тоже… — тихо произнёс Нубес, не поднимая головы.
— Он не сказал тебе, что собирается уехать? — нахмурившись, спросил Солус.
— Сказал. Вчера вечером. Но я… я надеялась, он передумает. Что мне теперь делать?
— Ниа, он взрослый человек. Если он решил, ты не могла его остановить. Пожалуйста, успокойся.
— Можно, я посижу здесь?
— Конечно.
— Спасибо, — она прошла в конец класса и села за последнюю парту.
«Не могла его остановить…» А может, могла? Ошибка ученика — это всегда наполовину ошибка учителя… Ошибка? Почему ошибка? Если он, правда, нашёл способ вернуться в Лабрию… И всё-таки это казалось неправильным. Должно быть как-то по-другому. Не с таким сердцем.
Ниа легла на парту и закрыла глаза.
Когда первая пара закончилась, Векси встала и сказала, робко посмотрев на Игни:
— Давайте… давайте погуляем там… в коридоре…
Он кивнул.
Солус подошёл к Ниа и осторожно погладил по голове.
— Прости, это из-за меня…
— Нет, я сама что-то сделала неправильно, с самого начала… Я чувствовала, но не знала, как всё исправить… Ну, куда он пошёл? А если его там убьют?
— Ниа, его уже не вернуть. Но, ты сама говорила: есть другие, для которых ты ещё можешь что-то изменить.
— Халди?
— Да, Халди.
— Ты прав, — прошептала она. — Я пойду к нему, мы раньше начнём занятия и раньше закончим.
— Если хочешь, я могу сегодня позаниматься с ним, — предложил Солус.
— Нет, всё в порядке, — сказала она, вставая. — Спасибо.
Он ласково поцеловал её в лоб. Ниа слабо улыбнулась.
***
Девушка пришла, когда он повторял новые слова, и сказала, что теперь они будут заниматься утром. Он спросил, что случилось с первым учеником. Девушка ответила: первый ученик ушёл. У неё были очень грустные глаза, и, наверное, не надо было спрашивать, но он спросил: куда? Оказалось, первый ученик решил вернуться домой. Он спросил, где дом первого ученика. У девушки и её ученика был один дом. Он спросил, когда она вернётся домой. Девушка ответила, что не знает. А потом сказала, что у её дома есть место на карте, но самого дома уже нет. Он спросил, куда же тогда возвращается первый ученик. Девушка ответила: «Не знаю».
Глава 52. Сегодня
Нубес перевернул страницу учебника и снова посмотрел в окно.
У неё были такие грустные глаза… Зачем Вэле ушёл?.. Нубес, как никто другой, понимал его желание вернуться в Лабрию. Сам он в Бенеташ уже вернуться не мог, поэтому пытался с помощью языка, старых книг воскресить душу родной страны. Но разве нельзя было подождать? Зачем уходить сейчас, накануне её дня рождения? Зачем уходить, когда…
Он украдкой взглянул на Игни. Спокойное, надменное лицо — как всегда. Значит, Вэле не сказал… Почему же он сказал ему? Думал, что Игни будет всё равно?… Спокойное, надменное лицо — да, наверное, Игни будет всё равно.
А он догадывался. В последние месяцы профессор медленно превращался в свечу, у которой сгорает весь воск и остаётся один фитиль. Но услышать это слово было страшно — умирает.
Нубес всегда боялся умереть. С детства. А мир был наполнен людьми, мечтающими убить его. Один из них сидит сейчас в этом классе. Но умирает не Игни, не он…
Сегодня профессор ни разу не посмотрел на него — словно чувствует, что он знает.
Раздался быстрый стук, в класс вошла профессор Рубер. И у неё такие глаза. Наверное, она тоже знает.
— Привет. Извини, что врываюсь, — проговорила она, немного запыхавшись. — Я только что приехала. Думала вернуться вчера, но не получилось. Всё в порядке. Мэт обещал привезти даже Кайли.
— Ты ему объяснила? — спросил Солус.
— Да, он понимает… Кстати, у вас всё готово? — она повернулась к ученикам.
Нубес и Векси кивнули.
Игни взял карандаш и начал пририсовывать рожки какой-то девочке с картинки в учебнике. Не собирается он во всём этом участвовать! Что за дурацкая идея?
— А я занят, у меня дела! — крикнул он со своей парты. Вот, теперь брат с сестрёнкой уставятся на него с осуждением. И пожалуйста! Профессор тоже отвернулся. Ну и что, что она его девушка! Он теперь обязан всем его родным и близким подарки дарить?
— Я тебя вообще не имела в виду, — бросила красноволосая.
Ей палец в рот не клади — откусит и не подавится.
— Рейчел, сегодня Вэле уехал, — сказал Солус.
— Куда?
— В Лабрию.
— Вот идиот! Подождать что ли не мог?
— Видимо, не мог. Зайди, пожалуйста, к Ниа, со мной ей трудно об этом говорить.
— Конечно! Она у себя?
— Нет, на занятии с Халди.
— Ясно, ну, я пошла.
Иди, иди! Нечего вообще к ним в класс соваться. Придумали тоже — дни рождения, подарки. Вот профессор — молодец! Уже год с ним занимается, а о своём дне рождения ни разу даже не заговаривал. А тут! Нашлась, любимица школы! Знает он таких! Брату тоже праздники устраивали, машинки тащили, солдатиков, роботов. А ему…
— Запишите домашнее задание и можете быть свободны.
Он-то уже записал, а эта девчонка всё ковыряется, буквы выводит. Ну, вот, закончила.
— До завтра, Игни.
Тихо так, грустно. И во взгляде жалость. Кого это она жалеет? Его, что ли? Дурочка!
***
Мужчина пришёл вечером с книгой. Там были картинки. Мужчина сказал, что у девушки в четверг день рождения. Показал это в книге — «день рождения». Сказал, если Халди хочет, может подарить ей подарок.
Халди задумался. Девушка и мужчина сделали ему добро. Наверное, он хотел подарить ей подарок. Он спросил, какой подарок можно подарить девушке.
Мужчина нашёл в книге картинку.
***
Ниа посмотрела на кофту: брать — не брать? Всё-таки середина сентября.
— Идём? — спросил Солус.
— Да.
Решила взять.
В долину уже опустились сумерки, тёмно-синие, как его имя.
— Ты немного успокоилась? — Солус поправил её волосы, забившиеся под воротник кофты.
Ниа кивнула.
— На самом деле… Если бы в Лабрии было безопасно, я, наверное, даже бы обрадовалась. Свободного времени стало больше, да и вообще…
Последние занятия с Вэле ей плохо удавались.
— Может, всё обойдётся.
— Может быть…
Загорелись оранжевые фонари.
— Смотри, как красиво! Это мои любимые, от них на душе становится теплее. А когда мы ехали к Эридану были только белые фонари. Белые — они холодные.
Солус с улыбкой посмотрел на девушку, рассказывавшую чудесные истории о фонарях.
— А тебе какие нравятся? — спросила Ниа.
— Фиолетовые, только они редко встречаются.
— Да, на вокзале в Гемме есть один фиолетовый!
— А фиолетовые фонари какие — тёплые или холодные? — спросил Солус.
Она встала на носки и поцеловала его.
— Такие…
Солус обнял её, Ниа счастливо рассмеялась.
***
А ночью ей приснился сон.
Тихий осенний вечер. Вокруг оранжевых фонарей кружатся мотыльки и опавшие листья. Они с Солусом медленно идут по аллее. И вдруг она чувствует, что не может пошевелиться. Она пытается окликнуть его, но не может произнести ни звука. А Солус медленно идёт вперёд и исчезает в конце аллеи.