Университет языков (СИ)

Осторожно пробираясь через тела, Солус нашёл дядю, спорящего с начальником службы безопасности Албалии.
— Профессор Альгеди, и вы здесь! — улыбнулся Годри Перфи. — Насколько мне известно, вас не было в списке участников конференции.
— Мы можем уехать? — не глядя на него, спросил Солус у дяди.
— Вы?
— Я и та девушка.
— С моей стороны возражений нет, но, наверное, к ней будут вопросы со стороны службы безопасности Албалии.
— Со стороны службы безопасности Албалии возражений тоже не будет, не правда ли, господин Перфи?
— Конечно, — кусая кубы, ответил Годри.
— Тогда всё в порядке. На чём вы поедете? — спросил Кустус Альгеди племянника.
— У меня машина.
Полковник кивнул.
Забрав машину, Солус вернулся к Ниа.
— Я обработал рану и сделал укол обезболивающего, — сказал военный с аптечкой. — Скоро она заснёт и, надеюсь, проспит несколько часов. Если плечо снова станет болеть, сделайте ещё укол. Сможете?
— Да.
— Тогда держите, — он протянул Солусу пакет с лекарством и шприцами.
Солус отнёс его в машину и опустился на колени рядом с Ниа.
— Поехали домой, — тихо сказа он.
У Ниа в голове уже несколько минут вертелась мысль, которую она отчаянно боялась забыть. Собрав силы, она перевела мысль в слова.
— Сумка…
— Что? — не расслышал он.
— Моя сумка… в автобусе…
— Сейчас принесу.
Бросив сумку на переднее сиденье рядом со шприцами, он подошёл к девушке.
— Сама пойдёшь?
Ниа кивнула. Поднявшись, она схватилась за него здоровой рукой и заковыляла к машине.
— Хочешь прилечь? — спросил Солус.
— Не хочу… — сонно пробормотала она.
Он с беспокойством посмотрел на неё, потом на поднимающееся солнце. Скоро начнётся самая жара, но нужно ехать. Неизвестно, что может придумать Годри.
Оставалось ещё одно дело, вернее, одно слово.
К ним подошёл Кустус Альгеди.
— Поехали? — спросил он.
— Да.
— Ну, удачи тебе… И… — сейчас он не был похож на военного, просто усталый старый человек с виноватыми глазами. — Если будешь в Алголии, может, как-нибудь зайдёшь в гости…
— Может быть…
И уже садясь в машину, Солус сказал, не оборачиваясь:
— Спасибо.
Хотя по каменистой пустыне он ехал медленно, машину всё равно трясло. Ниа ничего не ощущала, тело превратилось в тяжёлую вату. Она уже с трудом могла пошевелить даже здоровой рукой, но всё пыталась бороться со сном. Солусу же наоборот, казалось, каждый камень причинял боль.
— Потерпи, пожалуйста, ещё немного осталось, — сказал он.
— Мне не больно… — попыталась улыбнуться Ниа.
Он не поверил ей.
Наконец, они выехали на шоссе. Солус остановил машину и, подойдя к Ниа, потрогал её лоб. Ниа сразу пожалела, что не может сейчас ничего чувствовать.
— Мне не больно… — повторила она.
— Тогда почему ты не спишь? — вздохнул Солус.
— Не хочу…
Это была неправда. Спать хотелось, и даже очень. Но заснуть значило потерять драгоценные минуты.
— Я хочу… я хочу, чтобыты поспала, — сказал он.
— Хорошо… — она послушно закрыла глаза.
Ей снилась жара. Много часов жары. Потом постепенно стала опускаться прохлада, и вместе с ней откуда-то издалека приходила боль. Боль становилась всё сильнее, некоторое время Ниа ещё могла терпеть, а потом тихо застонала.
Тонкие пальцы коснулись её лица. Они были очень холодными, а может, это она горела. И тут Ниа вспомнила, чьи это пальцы. Боль сразу потеряла значение, ведь вместе с болью она получала возможность чувствовать.
— Ниа, — тихо позвал её Солус.
Она посмотрела на него и попыталась улыбнуться.
— Больно?
Она отрицательно покачала головой. Перед глазами всё поплыло.
Солус достал шприц и пузырёк с лекарством.
— Не надо… — прошептала Ниа.
— Тебе больно.
— Я не хочу больше спать… пожалуйста…
Он закатал рукав её рубашки, потом открыл пузырёк и набрал в шприц лекарство.
— Пожалуйста…
Холодные пальцы коснулись руки. Ниа застонала.
— Теперь постарайся уснуть.
Он вернулся на своё место, и пейзаж за окном снова начал двигаться.
— Можно спросить? — прошептала она.
 
— Постарайся уснуть, — повторил Солус.
— Почему?
Он пристально смотрел на дорогу и, казалось, не слышал её. Ниа хотела ещё что-то сказать, но тело быстро становилось ватным, она уже не помнила, что нужно делать, чтобы заставить голос звучать. Свернувшись в странный, неловкий клубок, она кое-как приладила больную руку и заснула.
Солус повернул зеркало. Теперь в нём снова отражалось её лицо.
Ей снился холод. Много часов холода. Потом кто-то очень тёплый взял её на руки. Сквозь сон она слышала голоса. Они кричали.
«Это же Рейчел… и Мэт… — рассеянно подумала Ниа. — На кого они кричат?»
И тут вспомнила. Собрав все силы, она обняла его за шею больной рукой. Крики прекратились.
Солус отнёс её в госпиталь и бережно, как ребёнка, положил на постель. Потом над ней склонилось лицо медсестры, и стало темно.
***
Когда Ниа проснулась, за окнами светило солнце. Рядом сидели Рейчел и Мэт.
— Привет, — робко сказала подруга.
— Привет… — прошептала Ниа, смотря по сторонам затуманенным лекарствами взглядом.
— Как чувствуешь себя?
— Нормально… Что я… Почему я здесь? — она облизала пересохшие губы.
— Хочешь пить? — Мэт быстро налил ей стакан воды.
Ниа сделала два глотка и снова откинулась на подушку.
— Не помнишь, что произошло? — спросила Рейчел.
Было… было что-то очень важное…
Она ездила с Игни и Векси в Сайф, потом на конференцию… Люди из Шемали… «Я люблю её…»
— Где Солус? — она дёрнулась, пытаясь встать.
Лица друзей исказились.
— Не знаю, — первой справившись с собой, сказала Рейчел, — я не видела его после того, как он привёз тебя.
— Я тоже, — пробурчал Мэт. Ещё в себя не пришла, а уже за старое.
— Мои вещи? — спросила Ниа. — Сумка… там книги…
— Отнесла к тебе в комнату. Не волнуйся.
— Хорошо… Когда меня выпишут?
— Да тебя только положили! — не выдержал Мэт. — Лежи и набирайся сил!
— Нет… — пробормотала Ниа.
— Какое «нет»?
«Сегодня побуду ещё здесь, а завтра попрошусь домой. Какая разница, где лежать?» — решила она, но друзьям говорить не стала.
— Ниа, послушай меня… — начал было Мэт, но Рейчел остановила его и сказала тихо.
— Давай выйдем.
— Чего? — не понял юноша.
— Пойдём, Мэт, — повторила Рейчел.
Ниа повернула голову и увидела стоящего на пороге палаты профессора Сатабиша.
Мэт быстро встал и вышел вслед за подругой.
— Здравствуй, Ниа, — сказал Хидори, садясь на краешек её кровати.
— Здравствуйте…
— Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо.
— Наверное, я начал с неправильного вопроса. Нужно было спросить, ты сможешь простить меня?
Ниа испуганно посмотрела на профессора:
— Я?.. Вас?
— Я был неправ, очень неправ, — сказал Хидори, беря её за руку. — К сожалению, я осознал это, только когда понял, что могу навсегда тебя потерять… Эридан, Солус, а теперь ещё… — прошептал он.
— Солус?.. Вы знаете… Вы знаете, что он…
— Знаю.
Ниа закрыла глаза.
— Где он?
— Уехал в Алголию.
— В Алголию? Зачем? — испугалась она.
— Он каждый месяц ездит на процедуры, в конце недели вернётся.
— А… — она облегчённо выдохнула.
— Ты не сердишься на меня?
— Разве я могу на вас сердиться? — улыбнулась Ниа. — Вы для меня почти как отец…
Хидори вздрогнул, и она поняла, что сказала лишнее. Всё эти лекарства…
— Простите, я не хотела…
Он вдруг наклонился и поцеловал её в лоб.
— Спасибо, Ниа…
***
Современные лекарства вместе с отчаянным желанием поскорее выздороветь творили почти чудеса. На следующий день Ниа уже могла ходить и двигать левой рукой. Поэтому она убедила медсестру отпустить её домой, пообещав утром в среду обязательно прийти на перевязку. Попросила Рейчел пораньше погулять с Хаски, потому что хочет в десять уже лечь спать, собрала тетради и пошла к Венатору.