Три вдоха (ЛП)

Бренда опускает глаза, как будто сдерживает слёзы, пока мы ждём, что она что-то скажет.
— Мама, Крейн делает меня по-настоящему счастливой, — Айви свободной рукой берёт за руку мать.
Она кивает, пытаясь сдержать слёзы.
— Я вижу, — она быстро смотрит на меня, а затем снова на неё. — Я приехала сюда раньше вас обоих сегодня вечером и наблюдала, как вы общаетесь. Дело не в том, что я не хочу это принимать, мне просто трудно понять, как вы двое можете вести себя так, будто Зои никогда не существовало.
— Почему ты так говоришь? — спрашивает Айви, явно задетая словами своей мамы.
— А почему нет?
— Бренда, Айви и я оба любим Зои и так же сильно скучаем по ней.
— Если бы это было так, то ты бы не женился.
— То, что ты говоришь не честно, — произносит Айви. — Я влюбилась в Крейна так же, как и ты влюбилась в папу, ты не можешь это контролировать.
— Не сравнивай его с тем человеком, которым был твой отец, Айви.
— Нет, мам, я буду сравнивать. Крейн был самым удивительным мужчиной в моей жизни с тех пор, как я потеряла папу. Как ты думаешь, почему мы ужинаем в Лонг-Бич? — она пожимает плечами, и Айви признаётся: — Разве ты не помнишь каждое лето, которое мы проводили здесь, когда росли? Это было любимое место Зои во всём мире, и в ту ночь, когда она умерла, она попросила Крейна отвезти её сюда на следующий день.
— Она просила? — спрашивает Бренда, ошеломлённая этой новой информации.
— Она просила, — подтверждаю я. — Но, к сожалению, этого так и не произошло, и мы все знаем почему. Однако я всё равно приходил и продолжал приходить каждое утро сюда в течение шести месяцев. А потом однажды я привёл сюда Айви и поделился с ней этой историей. Бренда, это произошло незадолго до того, как я влюбился в Айви, прямо там, на том пляже, — я указываю на тёмный песок, освещённый светом луны. — Нам обоим трудно поверить в то, что именно Зои свела нас вместе.
Айви и её мать обе плачут. Это не тот итог, который я хотел получить сегодня вечером, но всё, что я могу сейчас сделать, это попытаться спасти ситуацию.
— Тебе не обязательно любить меня или даже принимать меня. Но, пожалуйста, не вымещай свой гнев на Айви.
Бренда один раз кивает и поворачивается, чтобы обнять Айви. Я пользуюсь этим моментом, чтобы ускользнуть и дать им несколько минут побыть наедине.
Выйдя на террасу, я восхищаюсь красотой этого места и замечаю Уилла, входящего в ресторан. Он подходит ко мне и спрашивает:
— Как ужин?
— Я не уверен, что мы доберёмся до еды.
— Всё в порядке?
— Да, просто небольшая семейная драма.
— Мне так жаль.
— Всё в порядке.
— Пока мы один на один, вот твои ключи, — он передаёт мне пару серебряных ключей и похлопывает меня по спине. — Поздравляю.
— Спасибо, — я пожимаю ему руку и смотрю на Айви, пока она разговаривает со своей мамой. Она видит меня и машет мне, призывая о том, чтобы я возвращался к ним. Возвращаясь к столу, я кладу руку на спину Айви. — Всё в порядке?
— Да, всё хорошо.
Бренда смотрит на нас обоих и говорит:
— Я сожалею о том, что сказала, и о том, как я вела себя.
— Я думаю, что мы все были не правы в чём-то. Но прошлое есть прошлое. Поужинай с нами, Бренда, и пусть это станет началом для чего-то нового.
Она соглашается, и я сразу же вижу, как на лице Айви появляется улыбка. Потребуется много времени, чтобы разрушить стены, выстроенные её матерью, но для Айви я сделаю все, что угодно.
  
Глава 29
 
Попрощавшись с её мамой, я нажимаю кнопку вызова лифта, двери со звоном открываются, и я провожу Айви внутрь.
— Куда мы? — спрашивает она, крепко держа меня за руку, наблюдая, как я нажимаю кнопку двадцать первого этажа.
— Домой.
Лифт взлетает на верхний этаж, и я могу только представить, что происходит в голове Айви. Когда мы идём по коридору, я залезаю в карман и достаю ключи. Крепко сжимая их в ладони, мы останавливаемся перед белой дверью с табличкой сбоку, на которой написано «210».
 
Раскрыв ладонь, я показываю Айви ключи. Выражение её лица бесценно. Мне нравится мгновенное возбуждение, которое появляется на её лице.
— Добро пожаловать домой, детка.
Она медленно берёт ключи, которые я передаю ей, и вставляет один из них в замок. Без усилий он поворачивается, а затем я открываю дверь в нашу новую квартиру. Просторы квартиры впечатляют, но целая стена из панорамных окон, выходящих на пляж, — это словно вишенка на торте.
Айви удивлённо поворачивается ко мне и обвивает руками мою шею.
— Каково это — стоять посреди нашего нового дома?
— Крейн, я… — она сцепляет пальцы у меня на шее. — Я просто не знаю, что сказать.
— Хорошо, это то, на что я рассчитывал.
— Это удивительное место и здесь прекрасный вид, — она подходит к балкону. — Ты действительно говорил правду, когда рассказывал, что влюбился в меня там, внизу? — она указывает на то место, где мы остановились во время одной из наших утренних пробежек, и я помню это мгновение, как будто это было вчера.
— Конечно, правду. В то время я, возможно, и не признался самому себе в этом, но я знаю, что именно тогда это произошло.
Когда мы стоим вместе и словно застываем в этом прекрасном мгновении, которое как я уверен мы пронесём, через всю оставшуюся жизнь я крепко прижимаю девушку к себе, её спина крепко прижата к моей груди, и я вдыхаю такой естественный, но такой возбуждающий аромат её тела, который она источает. Она тянется назад, хватает меня за шею и прижимается ко мне своей задницей. Я толкаю в неё свой член, нуждаясь в ней.
Повернув её лицо к своему, мой рот находит её рот, и я завладеваю её губами. Губами моей жены.
— Ммм, — стонет она, и я не думаю, что когда-либо получал большее удовольствие от поцелуя. Подхватив бретельки её платья, я скидываю их с её плеч и смотрю, как гладкая ткань скользит вниз по её телу, собираясь в бесформенную кучу у её ног. Отступив назад, я выключаю свет и любуюсь её белым кружевным лифчиком и трусиками в лунном свете, сияющем в комнате.
— Такая красивая, — шепчу я, проводя руками по её изгибам. Она обхватывает мой член, заводя меня, и я в ответ срываю с Айви нижнее белье. — Прости, — она смеётся в ответ, а потом я срываю с её тела очередную тряпку.
Не торопясь, она раздевает меня, наши рты атакуют друг друга, что затрудняет снятие одежды.
Боже, я люблю её.
Зажав её нижнюю губу зубами, я приподнимаюсь и смотрю ей в глаза. Связь, которую мы разделяем сейчас, — словно прямая линия электрических разрядов, ведущих до самого кончика моего члена. Её поцелуи отдаются прямо туда.
— Сними лифчик. — Она расстёгивает его, когда я полностью сбрасываю штаны. — Повернись, — приказываю я ей. Она выполняет мою просьбу, открывая мне самый прекрасный вид в мире. Её тело — силуэт на фоне полуночного неба, освещенного лунным светом. Поглаживая свой твердый член, я обнимаю её тело и растягиваю её киску, продвигаясь внутрь неё дюйм за дюймом. Она откидывается назад, обнимая меня, и я шепчу ей в кожу:
— Я люблю тебя.
В промежутках между стонами удовольствия она отвечает мне:
— Я люблю тебя.
Когда наши тела соприкасаются, я так сильно вжимаюсь в неё, не проявляя и малейшей нежности своими яростными толчками. Я знаю, что бы ни случилось в моей жизни, Айви — это та, с кем мне суждено быть. Всё, что я пережил до этого момента, вся физическая и душевная боль, которую я перенёс, всё было для того, чтобы привести меня сюда — к этому моменту — с ней.
Мне всё равно, проиграю ли я свой следующий бой или полностью провалю карьеру в ММА, потому что я знаю, что Айви всегда будет ждать меня. Вдавливая пальцы в её кожу, я крепко обнимаю её, оставляя на ней свою метку, по-своему.
 
Нахождение с ней исцелило меня.
Айви — зеркало моей души.
Пока я всё яростнее толкаю свой член в её сладкую небесно-прекрасную киску, я смотрю на океан, именно здесь я влюбился в неё. Я уверен, что то, что у нас есть сейчас, будет длиться вечно. Пока океан не высохнет, и луна не отбросит свой последний проблеск света. Она моя.