Три вдоха (ЛП)

— О Боже, ты серьёзно? — кричит она, сердитая и возбужденная.
— Да, расплата — та ещё сука. Пойдём, Логан и Виктория ждут нас.
Она проводит рукой вниз по своему телу, прикасаясь к себе, зная, что это запрещённый приём.
— О, нет, ты этого не сделаешь, — я срываю с неё одеяло и убираю её руку. — Одевайся.
— Ты не можешь указывать мне, что делать, — она сжимает свои сиськи, глядя на меня своим чертовски сексуальным взглядом.
— Чёрт возьми, я не могу; ты моя жена. А теперь одень свою сексуальную задницу и больше не прикасайся к своей киске, пока я не разрешу, — я беру зубную щётку и зубную пасту в ванную, наблюдая, как она встаёт с постели в отражении зеркала. Айви расстроена, но так приятно играть с ней вот так. Я уже вижу, что наша совместная жизнь будет чертовски весёлой, и я не могу быть счастливее, чем в этот самый момент.
  
Глава 28
 
— Что ты о нём думаешь? — спрашивает меня Логан после нашей встречи с моим новым потенциальным тренером по боксу.
— Он показался мне хорошим тренером. А ты?
— Он мне нравится. Он работал с одними из лучших боксёров в мире. Я думаю, он сможет привести тебя туда, где тебе нужно быть поразительно мудрым в течение следующих нескольких месяцев.
С тех пор как мы вернулись из Вегаса, Логан и я начали наши тренировки и стали посещать спортзал усерднее, чем когда-либо.
Мой телефон звонит, я сажусь на край мата.
— Подожди секунду, — прошу я Логана.
— Мистер Хенсли, — раздаётся знакомый голос. — Это Уилл с «Террасы». Я хотел сообщить вам, что для сегодняшнего вечера всё готово, — я в восторге от идеи сегодняшнего вечера и знаю, что Айви будет счастлива, когда мы окажемся там. Она мимоходом упомянула это место некоторое время назад и понятия не имела, что я тогда это запомнил.
— Отлично, мы приедем около шести часов.
— Тогда увидимся, мистер Хенсли, — я кладу трубку и набираю Айви.
— Привет, детка, — отвечает она, затаив дыхание.
— Эй, что ты задумала? — спрашиваю я.
— Ничего серьёзного, просто собираю вещи в своей квартире.
— Ты говорила со своей мамой о сегодняшнем вечере? — интересуюсь я.
— Э-э-э, не совсем.
— Что это значит? — спрашиваю я, немного раздражаясь из-за возникших сложностей.
— Я сказала ей, что мы хотели бы поужинать с ней сегодня вечером. И она сказала, что подумает об этом. Ей трудно принимать происходящее.
С тех пор как Айви сообщила своей маме новость о нашей свадьбе в Вегасе, всё изменилось. Она больше не желает преодолевать наши разногласия.
— Прости меня, детка.
— Это не твоя вина.
— Да, но в некотором роде так и есть.
— Нет, это не так. Даже не начинай. Я позвоню ей позже, когда пройдёт немного времени, и она немного остынет.
— Хорошо, ты не против пообедать?
— Безусловно, мне нужен перерыв.
Мы завершаем разговор, и я смотрю на экран своего телефона, на фотографию, на которой мы с Айви на следующее утро после того, как поженились. Я не хочу, чтобы всё это свалилось на её плечи. Ей не следовало сталкиваться с подобным, тем более ругаться с матерью. Выйдя из спортзала, я набираю номер Бренды. Мы не разговаривали с того дня, как мы с ней поссорились по телефону несколько недель назад.
— Алло?
— Привет, Бренда, это Крейн, — она не отвечает, явно недовольная моим звонком, но я продолжаю гнуть свою линию. — Бренда, я знаю, что ты не в восторге от меня, но просто выслушай меня, ради Айви?
Она всё ещё молчит, и я смотрю на экран, чтобы отметить, что она не повесила трубку.
— Айви действительно расстроена тем, во что превратились ваши отношения. Мы оба очень любим её, и то, что ты с ней делаешь, — это пытка. Не омрачайте то, что должно быть самым счастливым временем в её жизни. Пожалуйста, поужинай с нами сегодня вечером. Мы будем на «Террасе» в Лонг-Бич, и тогда ты сама увидишь, что я люблю её и сделаю её счастливой.
На линии тишина, и я знаю, что на этот раз она повесила трубку. На самом деле я больше ничего не могу сделать. Если Бренда собирается сохранить свою ненависть ко мне вместо любви к Айви, то мне просто предстоит сделать Айви счастливой и отвлечь её от мыслей о матери.
 
***
— Люди смотрят на нас? — спрашивает Айви, сидя рядом со мной с завязанными глазами, когда мы едем на ужин.
— Нет, конечно, нет, — смеюсь я. — Это нормально для Нью-Йорка, — она протягивает ко мне руку, чтобы ударить, и я хватаю её за запястье. — Возможно, мне придётся чаще завязывать тебе глаза, если ты будешь такой дерзкой.
Я продолжаю поглядывать на неё, пока мы едем. Её руки так аккуратно сложены на коленях. Она продолжает оглядываться по сторонам, как будто может увидеть хоть что-то сквозь повязку на глазах. Хотя я знаю, она не может. Я делаю это только для того, чтобы отвлечь её от происходящего дерьма в её отношениях с матерью.
Айви расстроена тем, что её мама не придёт на ужин сегодня вечером, но я надеюсь, что мой сюрприз компенсирует это. Бренда отправила ей эсэмэску и сказала, что не сможет прийти. Это разозлило меня, поэтому я сам написал ей и сказал, что есть некоторые вещи, которые никогда не смогу изменить. Но, по крайней мере, я вступился за Айви, и теперь она знает, что я на самом деле чувствую.
Подъезжая к Террасе, я снимаю повязку с глаз Айви. Она улыбается в ту секунду, когда понимает, куда мы приехали. Когда мы выходим из грузовика, я вручаю ключи парковщику и прохожу вокруг, беря руку Айви в свою, и всё ещё не могу привыкнуть к тому, как её кольцо ощущается на моей коже.
— Ты вспомнил.
— Конечно. Я помню всё, что ты говоришь.
Хозяйка усаживает нас за столик с видом на бескрайний океан Лонг-Бич, место, которое стало нашим любимым.
Взяв Айви за руку под столом, она смотрит на меня с такой любовью и обожанием.
— Спасибо, что поехала со мной сегодня вечером. Я знаю, как тебе тяжело от того, что твоя мама не может принять происходящие.
Она улыбается и кивает, сжимая мою руку.
— Всё в порядке. Я должна научиться отпускать это.
— Нет рано или поздно, она придёт в себя, я уверен в этом.
— Может быть, но сегодня вечером мы можем больше не говорить о ней? Если бы она хотела быть здесь, она бы приехала.
— Конечно, — я беру её руку и подношу к своим губам. Девушка касается моей щеки и спрашивает:
— Как прошла сегодняшняя тренировка? — потирая большим пальцем небольшую ссадину, которую я получил сегодня во время спарринга.
— Хорошо. Логан пригласил нового тренера по боксу, так что, с Логаном и ним, я должен ещё лучше подготовится к следующему бою.
— Я не сомневаюсь, что так и будет.
Официант принимает наш заказ на напитки, и мы продолжаем наш разговор.
— Таков план. Я говорил тебе, что Линг звонил и хотел, чтобы я поучаствовал в бою сегодня вечером?
— Охренеть!
— Я серьёзно, думаю, что его всё-таки не арестовали.
— Что ты ему сказал?
— Я рассказал ему о своём контракте с ACM, и он сказал, что в случае чего никто никогда не узнает, если я решу совмещать и участвовать ещё в подпольных боях.
— О Боже мой!
— Я знаю, поэтому я повесил трубку и заблокировал его номер телефона. Я даже не хочу, чтобы ACM думал, что я вновь участвую с чём-то подобном.
— Ты сказал им, что раньше участвовал в подпольных боях?
— Да.
Официант ставит наши напитки, и когда он отходит, мы с Айви потрясены тем, что видим её маму, стоящую около столика.
— Мама! — ошеломлённо выпаливает она. — Я не думала, что ты придёшь.
— Я и не собиралась, — сухо добавляет Бренда.
— Мы так рады, что вы пришли, — отвечаю я, надеясь, что мы сможем уладить всё то дерьмо произошедшее между нами раз и навсегда. Я жестом приглашаю её сесть, и она садится прямо напротив меня.
 
Взяв руку Айви в свою, лежащую на столе, я сжимаю её, чтобы придать ей немного уверенности. Металл моего обручального кольца привлекает внимание Бренды, и она отводит взгляд, глубоко вдыхая.