Функции памяти (СИ)
— Дипломат из вашего отца… не очень, — улыбнулся Щеглов, галантно пропуская меня вперёд. — Имя донельзя говорящее. А вы куда? — озадачился он, когда я, сориентировавшись на местности, уверенно зашагала к ближайшей жилой пирамиде.
— Они там, внутри.
— Хм. Тогда ведите.
ГЛАВА 12. Исследователи
Генерал зря волновался, поругаться с местными отец не успел и даже не попытался. Они все мирно сидели в комнате, с одинаковым интересом изучая странный камень. Причём отец оказался рядом с Бетро, и эти двое выглядели как существа, в полной мере нашедшие общий язык. Нидар стоял у входа, привалившись спиной к стене, и наблюдал за происходящим, так что, когда я шагнула в помещение, через пару мгновений оказалась в объятьях рыжего, успев только ойкнуть от неожиданности.
Харр поймал меня за талию, рывком придвинул к себе, выдавая крайнее беспокойство: в спокойном состоянии он всё-таки сдержанней. Хвосты тут же тесно сплелись.
— Всё хорошо? — спросил тихо, напряжённо вглядываясь в моё лицо.
Я кивнула, улыбнулась ободряюще, и мужчина заметно расслабился.
— И до чего вы успели договориться? — спросил тем временем Щеглов.
— Полный консенсус, — отмахнулся отец. — Уважаемые харры одобрили идею совместных исследований, вот эти трое будут заниматься ими от лица Индры.
Я на этих словах озадаченно покосилась на Нира, но тот только едва заметно поморщился, явно не желая обсуждать это решение при посторонних.
Интересно, в чём подвох? По-моему, старшие не очень-то рвались получить знания, так что изменилось?
Щеглов недоверчиво кашлянул, разглядывая собравшихся. Кажется, он тоже не поверил, что всё получилось так легко. Посмотрел на хмурого и совершенно потерянного Митчела, нахохлившегося в углу с видом мокрой вороны, на остальных откровенно скучающих хвостатых, которым, с их любовью к норам, в довольно просторном пустом помещении явно было неуютно. Рассеянно качнул головой и остановился у входа, заложив большие пальцы за ремень.
— Стало быть, они не будут возражать, если от нас прилетит еще пара специалистов?
— Не будут, — уголками губ улыбнулся Бетро. — Столько, сколько посчитаете необходимым. В разумных пределах. Вы разобрались с этими преступниками?
— Разобрались, — генерал отразил выражение лица харра. — Будьте уверены, они больше вас не побеспокоят. И позвольте принести извинения за то, что случилось с одной из местных женщин. Надеюсь, она не сильно пострадала?
— Эрра в порядке, — заверил Бетро. — Наверное, больше нет смысла что-то обсуждать? — спросил, переводя взгляд с отца на Щеглова и обратно. — Нидар объяснил, что Тамара сегодня устала и приступать к делу лучше завтра.
— Если вопросов больше нет, это лучший вариант. Профессор?
Митчел только выразительно развёл руками в ответ и поднялся со своего места, но вид его стал ещё более потерянным.
— Тамара, а вы не желаете зайти в гости, на корабль? — предложил Щеглов. Заметив, как подобрался на этих словах, прижав меня покрепче, Нидар, поспешил уточнить: — Разумеется, приглашение касается вас обоих. Да и вообще всех желающих.
Но Бетро предсказуемо отказался, остальные незнакомые харры его поддержали. Остановиться аборигены решили на прежнем месте, где ждали моего пробуждения шреты. Люди никак не прокомментировали такую тягу к природе, только профессор удручённо качнул головой.
Он же не выдержал первым, когда мы впятером зашагали к кораблю.
— Бес знает что такое! — эмоционально высказался Митчел. — Чудовищно! Вопиющий непрофессионализм. Я, конечно, не ожидал от современных здешних обитателей фундаментальности познаний, но это совсем никуда не годится!
— Вы о чём? — полюбопытствовала я, потому что офицеры только переглянулись понимающе, но разговор не поддержали, да и Нир помалкивал.
— Об этих аборигенах, конечно! — обрадовался внимательному слушателю Митчел и тут же заметно встряхнулся. — Это, с позволения сказать, не учёные. Это… да я не знаю, как это назвать! Я даже начал сомневаться в их разумности!
Осторожные расспросы позволили выяснить, что так выбило из колеи профессора. Но ничего неожиданного, к счастью, не случилось, дело предсказуемо оказалось в специфическом отношении харров к познанию. Я искренне посочувствовала бедняге: сама через это недавно прошла, и мне всё-таки полегче было, я не настолько фанатичный и опытный исследователь.
— Что случилось? — не выдержал в конце концов и Нидар, потому что разговаривали мы на имперском, которого харр не понимал.
— Всё в порядке, — улыбнулась я. — Профессор впервые столкнулся с вашим отношениям к знаниям, ему сложно принять такую картину. Ты не знаешь, этих троих привезли просто для галочки? То есть в большей степени наблюдать за людьми, чем что-то изучать?
— Не совсем, — неопределённо поморщился рыжий и недовольно прижал уши. — Я тебе потом объясню.
Внутри корабля, к счастью без проблем впустившего харров, мы с Ниром озирались с одинаковым любопытством. Он вообще первый раз в жизни посетил космический аппарат и внове ему было решительно всё, а меня интересовало, чем и насколько отличается этот продукт древних технологий от привычных транспортных средств. Да и новые органы чувств добавляли неожиданных впечатлений. Одни раты чего стоили, улавливавшие постоянный странный шум, одновременно похожий и не похожий на излучения в лесу. Здесь сигналов было меньше, но зато — чище и интенсивнее.
Впрочем, вскоре меня постигло разочарование, потому что как таковых различий я не нашла. Техника древних харров выглядела значительно более экзотично и впечатляюще, а тут… Лаконичные современные интерьеры, похожие на привычные пластики материалы — скучно.
Внутри нас почти сразу покинул профессор. Извинившись, он заявил, что хочет немного поработать и пересмотреть план исследований, хотя я предположила, что ему просто нужно успокоиться в одиночестве.
Вытянутое и на удивление просторное помещение кают-компании было разделено на несколько зон по не вполне понятному признаку: в каждой располагалась отдельная группа мягких светлых диванов или кресел, и только. Я даже голографических экранов не заметила и вообще никакого развлекательного оборудования, но с выводами не спешила. Может, всё это аккуратно запрятано в безликих жемчужно-серых стенах.
— А снаружи корабль кажется гораздо меньше, — заметила рассеянно, когда мы вошли и расселись в одном из закутков. Офицеры в широких креслах, мы с Ниром — на одном из диванчиков, которые были не намного шире.
Была бы я одна — притулилась под бочок к отцу, но, подумав, Нира оставлять не стала и устроилась рядом с ним. И правильно сделала. Рыжий от этого заметно расслабился, сел удобно, не притискивая меня к себе нервно, как утопающий, а просто продолжил держать за руку. Ну, не считая сплетённых хвостов; я уже диву давалась, как этой конечности не надоедает.
— Не кажется, — охотно отозвался генерал. — У этой штуки какие-то особые отношения с пространством, она внутри действительно больше. Но об этом лучше Глеба расспрашивать, я не углублялся в вопрос. Если он, конечно, захочет отвечать.
— Нет уж, спасибо. Я из общего любопытства спросила, — я даже поёжилась в ответ. Мало мне харрских заморочек, еще и в эти влезать…
— Ладно, давай рассказывай уже, куда Тата ухитрилась вляпаться, помимо древних цивилизаций, — сказал отец, вольготно развалившись на своём месте.
Щеглов окинул нас с харром полным сомнения взглядом, но всё же ответил.
— Да ничего нового, ты же знаешь нашу радикальную оппозицию. Денег ей добрые соседи не жалеют, а дальше уже по усмотрению. Кто-то громко кричит и аккуратно тратит, в том числе на себя любимого, а есть идейные, как этот. Я бы его даже пожалел, если бы статья была другая, а не измена родине.
— А кто он такой? Почему его называли майором? И что, они действительно всё это время караулили на планете, пока я прилечу? Им заняться больше нечем было?! И куда ИСБ смотрела?!