Месть со вкусом мяты (СИ)

— Сидеть!
Взгляд завораживал и притягивал, поэтому Енка не сразу отреагировала на его рявк. Клубничкина потрясла головой, зажмурившись, потом открыла глаза и, подскочив, как подстреленная, в упор посмотрела на него, взвизгнув так, что вздрогнул уже он:
— Что? На меня кричать? Да на меня даже Горыныч не смел орать! А вы мне кто? Директор паршивого отеля! Я прямо сейчас отсюда съезжаю! Где там ваш помощник по багажу? А, точно, валить отсюда надо, однозначно… Тут ещё кто-то хохочет в комнате… Или это у вас специально делают так, чтобы постояльцев до икоты довести?
Она развернулась и продефилировала вон из кабинета. А мужчина смотрел ей вслед и пребывал в шоке.
— Значит, она не из Гренслоу и она не мадам Потти… — пробормотал он.
Никто… Никто и никогда с ним так не разговаривал! Даже жена, которая, которую…
Он с грохотом отбросил кресло, в котором сидел сам, ногой отпнул то, в котором сидела эта сумасшедшая, и ринулся за ней, рыча ей вслед всё, что думает о нахалках, врывающихся в чужое жилище и обзывающие его каким-то второсортным отелем!
Выскочив в коридор, мистер Льёнанес-Сильмэ несколько озадачился, куда скрылась эта ненормальная, но потом вспомнил, что в его “отеле” комнаты для прислуги на третьем этаже, и помчался туда. Смёл на пути близнецов, которые смотрели на всё это с широко открытыми ртами, но явно довольные насыщенным яркими эмоциями представлением, и, перепрыгивая через пару ступеней, буквально взлетел наверх. Но эта чокнутая уже гремела чемоданом навстречу и… смела его в свою очередь, как тайфун, пронесясь мимо. Дети уже откровенно хохотали, шлёпая друг дружку по ладоням, а он отлетел от неё и со всей силы припечатался затылком к стене. Спустившись на первый этаж, Люсьена, злая и растрёпанная как в причёске, так и в чувствах, гневно глянула на мужчину, так похожего на английского дворецкого, и сказала с видом оскорблённой королевы:
— Я покидаю ваш отель! — и повернулась в ту сторону, откуда не так давно вошла. Двери там не было. Пустая стена… впрочем, не совсем пустая. Именно на этой стене висели портреты в тяжёлых, золочёных рамах. И первый портрет, в который она упёрлась носом, изображал… — Горыныча!
Ена уставилась на него широко открытыми глазами, в отличие от близнецов, у тех открытыми были только рты. Чемодан с грохотом упал на пол и открылся. Но она уже этого не видела. Всё внимание было поглощено насмешливым взглядом шефа. Она повернулась и наткнулась на Пет… Сил… в общем, на "директора", уже подошедшего к ней, и дрожащим пальцем тыкала в середину портрета, попадая нарисованному мужчине куда-то в область живота:
— Ааа… эттта, этот… что ОН здесь делает???!!!
Мужчина сложил руки на груди, задрал гордо подбородок и ответил несколько ехидно:
— Это, как я понял из вашего устного резюме, ваш бывший директор. И, по совместительству, мой старший брат… сожалею…
— Но это, что получается, это не гостиница и даже не отель?
— Нет, мадам, это частный замок и находится он в Драгонэрре, неподалеку от города Гренслоу.
— И… как мне вернуться домой, то есть, в Калининград? — дрожащим голосом спросила Ена.
— Так же, как вы сюда пришли. Я вообще не понял, зачем вы, вместо того, чтобы идти на выход, пошли к портретной галерее…
— Я и пошла туда, откуда пришла! — огрызнулась Ена и, обретя силы от его ехидства, снова пошла в наступление, — вон, ваш дворецкий видел, откуда я пришла, — она кивнула в сторону “английского” дворецкого.
Все повернулись к нему.
— Сэм?
— Да, милорд, мадам прибыла именно из этой стены, прямо из-за портрета милорда Виторуса, вся в паутине. За этой стеной старые кладовые.
— И его портал! — потряс поднятым пальцем возмущённый мужчина, хозяин, по всему, этого замка. — Он просил оставить коридор из аэропорта открытым! Как я не догадался…
— Где ещё у вас выход? Не ходите же вы все через стены, — она уже устала от этой бессмысленной перепалки и готова была выйти хоть через трубу на метле, только бы выбраться из этого замка.
— Когда как, — пробормотал Сэм, но под свирепым взглядом хозяина снова выпрямился и скрылся за своей конторкой. Правда, ненадолго.
 
— Сэм, покажите мадам выход.
— Что вы привязались ко мне с этой мадам. Я, вообще-то, не замужем, — девушка вильнула бёдрами и виртуозно, не свалившись, обогнула стоявшего скалой на его пути Пет… Пита, в общем..
— Ха, с таким характером — просто даже странно, и почему очереди нет из желающих жениться на вас, — хмыкнул Петро… тьфу на их имена. И Горыныч не Виктор, и этот не Петька.
— Да и не больно хотелось, было бы за кого, — пожала плечами Люсьена, приходя внезапно в хорошее расположение духа, — от вас, наверняка, жена сбежала. И как это она только не отравила вас перед побегом!
Наступила гробовая тишина, в которой Ена процокала победно к выходу — к огромным, кованым дверям, которые она узрела, пока полемизировала с Петькой. Но победу торжествовала рано. Подойдя к дверям, она потянулась к ручке, чтобы открыть её и… дверь съехала налево.
— Что это за шутки! Немедленно скажите своей двери, чтобы встала на место и выпустила меня! — и только произнеся эту фразу, она вдруг поняла всю абсурдность происходящего. Обернулась, потрясённая и ошарашенная, к Петрусу этому и спросила:
— Ваши штучки?
Но, кажется, он и сам был не меньше её удивлён. Подошёл к двери, потрогал её, попытался сдвинуть на место, даже пошевелил пальцами, а потом и губами, пытаясь какими-то манипуляциями её открыть (Кашпировский, ёпрст…), но дверь не сдвинулась с места. Тогда просто потянул за львиную голову, и она открылась! Ура! Енка ринулась к ней, но та шустро закрылась, чуть не прищемив попытавшегося выйти Петьку.
— Подойдите и снова попробуйте, — как-то потеряно попросил хозяин сумасшедшего дома. Ей даже на минутку его жалко стало. Подошла и дёрнула за ручку. Дверь уехала снова, теперь в обратную сторону.
— И что это такое? — она с воинственным видом глянула на него.
Мужчина пожал плечами:
— Именно сейчас не могу сказать, но, как мне кажется, замок вас выпускать не хочет.
— Интересное кино получается… Ну, что, Люсьена, хотела развлечься, будем развлекаться, — пробормотала она, — я, в конце, концов, сюда не напрашивалась. Я остаюсь, так и быть, уговорили, но с тем условием, что в моей комнате никто не будет хохотать идиотским смехом. Он меня нервирует.
— Кто там у вас смеётся? Никто ещё на такое не жаловался. Выдумываете вы всё.
И тут они все услышали именно его — гомерический хохот. И Ене даже показалось, что пол под ногами трясётся. Она вдруг поняла, что смеётся … замок. И упала в обморок.
============================
*Ворславль — не ищите его на карте, я его выдумала))))
 Глава 5 
 
Как ни странно было этого ожидать, Петечка-таки подхватил её, успел. И самолично отволок в её комнату, и положил на кровать. Ей об этом потом поведали дети. Его, между прочим, дети! Позже, когда она окончательно очухалась. А пока… Ена приподнялась и хотела сесть. Голова слегка закружилась, но тело не болело. Ну да, она же так и не грохнулась. Когда открыла глаза, первое, что увидела, это огромное павлинье перо, которое лезло ей в нос. От его щекотания она и очнулась.
— Тьфу, тьфу! — она начала отплёвываться, а потом чихнула от души. Тут-то кое-кого и увидела. Но сначала услышала — девочка хихикала, зажимая рот рукой, а пацан откровенно ржал, как… ладно, пусть пони. Мал ещё конём ржать.
— Хихихих!
— Ахаха!
Перо упало и перед ней возникли две мордашки хохочущих детей. Ена с минуту смотрела на них и в голове возник сам собой план мести. Спускать им такое издевательство над собой она не была намерена. Весело им…
— Дитя… — вяло приподняв руку, показала в направлении девочки, — принеси мой клач… Вон лежит, на столе… У меня там лекарство…
Девочка недоуменно огляделась по сторонам:
— А что это — клачьчьчььь?