Сагертская Военная Академия (СИ)

— Ты-то откуда его знаешь?
— Я… Я думала предложить ему себя. Когда мы думали, что маму можно спасти и вопрос только в деньгах.
Как я не полетела носом в землю — не знаю. Но, услышав этакую новость, запнулась я знатно. Нольвен же совершенно спокойно продолжила говорить:
— Но потом мы узнали, что маму не спасти. И я не стала творить глупости. Мне самой, знаешь ли, деньги не особо-то и нужны. Ну, в смысле, не такой ценой.
Я знала, что никакие слова не помогут Нольвен. Поэтому просто взяла ее за руку и крепко сжала ледяные пальцы.
— А про эту человеческую самку я узнала случайно. — Моя лисонька в ответ крепко стиснула мои пальцы. — Правда, я не знаю, кто именно заключил контракт. Но вряд ли бы она крутилась вокруг сильнейшего боевого мага и одновременно планировала выйти за Феррана. Значит, ей нужна защита. Но при этом она не хочет честно и открыто попросить помощи, нет. Она пытается влюбить в себя нашего капитана, чтобы он ради нее влез в конфронтацию с Ферраном. И все это при том, что у злосчастного Феррана, кроме денег, больше ничего нет. Удивительный случай, когда к человеку пришло богатство, а ум и власть — нет.
— Как тогда богатство пришло? — оторопела я.
— Наследство, — пожала плечами Нольвен. — Огромное наследство и львиная доля в нескольких предприятиях. Ну и немного ума — он не лезет в управление заводами, довольствуясь исключительно прибылью.
Тут до меня дошло, откуда мне может быть знакомо это имя.
— Он хозяин завода, выпускающего платы?!
— Не хозяин, а полухозяин, — фыркнула Нольвен. — Или как там правильно? Он там главный, но есть и другие, чуть менее главные. Я в этом не разбираюсь.
Летательные платформы прочно и надежно вошли в жизнь Севера. Никто не знает секрет их изготовления, и, соответственно, никто не может их повторить. Где находится завод — тайна, имена тех, кто там работает, — тайна. Все — тайна.
— Если однажды ты задумаешься о чем-то настолько же безумном, — я еще крепче стиснула пальцы Нольвен, — ты поговоришь со мной.
— Не хочу тебя обидеть, но что бы ты сделала? — тихо спросила моя лисонька.
— Поработала бы головой, — так же тихо сказала я. — Есть ведь и другие способы быстро и много заработать. Охотники на нежить, к примеру. Или мы могли бы рвануть в Срединную Империю. Конечно, в столице нам делать нечего, только дети и дуры верят в то, что там их ждут. А вот на границах — ждут. И даже дадут денег в обмен на кабальный контракт. Но лучше уж прозябать в крепости на краю мира, чем… Ну ты поняла.
— Я тебя люблю, ты знаешь? У меня нет сестер, и, если бы были, я не уверена, что чувствовала бы к ним то же, что и к тебе.
Ответить я ничего не успела, мы вышли к полигону, где нас уже ждала наша команда. Гарт коротко кивнул, а братья Гильдас состроили одинаковые гримасы. И даже нелюдимый Волькан, подняв взгляд от книги, приветливо улыбнулся.
— Доброе утро, — хором произнесли мы с Нольвен.
— Даже мы, единоутробные близнецы, не говорим так слаженно, — заулыбался «Красавчик Фил».
— Остынь, — осадил его брат. — Сегодня последний день, когда полигон полностью свободен. Дальше придется подстраиваться под расписание.
— Раньше все подстраивались под турнирную команду, — мечтательно произнес Волькан.
— Значит, мы должны показать класс во время первого испытания, — цокнул Филиберт. — Прекрасная Мэль, ты еще помнишь, за чьей спиной тебе следует укрываться от вражеских атак?
Я мрачно посмотрела на этого позера и, подавив несколько грубоватый ответ, коротко произнесла:
— Помню.
Фраган бросил острый взгляд на брата и что-то ему бросил. «Красавчик Фил» тут же вскинулся, но быстро сдулся, едва только Дрегарт коротко распорядился:
— Тишина.
Дождавшись, пока наши взгляды скрестятся на нем, капитан объяснил чуть подробнее:
— Сегодня я открою для нас третью полосу препятствий. Страховать нашу группу будет профессор Эдилхард.
Волькан вздрогнул и начал опасливо озираться. Мне невольно передалась его нервозность, и я бросила веерный поисковик. На полигоне не было никого, кроме нас, и я успокоилась.
 
— Но лучше бы вам не потребовалась моя помощь, — мягко произнес мужчина, стоящий рядом с нами.
Стоп, что?! Стоящий рядом с нами?! Я же только что бросала поисковик!
Мы с Нольвен ошарашенно переглянулись, и лисонька тихо выдала свое коронное:
— Ажуре-еть.
— Хоть кто-то почувствовал мое присутствие? — вкрадчиво осведомился невысокий худощавый мужчина.
— Я — точно нет, — честно сказала я и поспешила уточнить: — Правильно я понимаю, что вы — профессор Эдилхард?
— Абсолютно верно, — кивнул он. — Не тратьте ни мое, ни свое время. На прохождение полосы препятствий у вас есть час. По истечении этого срока я извлеку вас оттуда и отправлюсь заниматься своими делами. И если мне не понравится ваше выступление…
Он сделал паузу, после чего мягко и без малейшей угрозы в голосе продолжил:
— Все свое недовольство я приберегу для наших с вами официальных занятий.
— Страшно спрашивать, но я рискну, — кашлянула Нольвен. — А что вы преподаете?
— О, я преподаю простой и полезный предмет, — тепло улыбнулся профессор Эдилхард, — а именно — боевую магию. Открывайте переход, капитан Катуаллон, через минуту я начинаю обратный отсчет.
Профессор Эдилхард не выглядел опасным. Но ощущался таковым на каком-то глубинном уровне. Если бы я была зверем, то прижала бы к голове уши. А так как все мы люди, пришлось ограничиться широкой, чуть наигранной улыбкой.
— Он феерически великолепен, — шепнула мне Нольвен, — невероятно впечатляет. Аж в дрожь бросает. Хотя так и не скажешь — просто человек, улыбчивый. Даже морщинки вокруг глаз добрые, а его присутствие все равно нагоняет жути.
Я только кивнула и прошла на свое место — за спиной Фила. Тот не упустил момент и, обернувшись ко мне, скабрезно ухмыльнулся, подмигнул и шепнул:
— Ты в безопасности, цветочек.
Вдох-выдох, ссориться с сокомандником — последнее дело, но молчать я уже не в силах:
— Филиберт, пожалуйста, прекрати это. Мне неприятно.
Едва я договорила, как поймала на себе странный взгляд от Дрегарта. В нем мешалось удивление, уважение и что-то еще. Удовлетворение?
«Ты слишком много читаешь, — одернула я себя. — И выдумываешь глупости».
— Эта полоса препятствий изменчива, — начал инструктаж наш капитан. — Я прошел ее больше сотни раз, и не было такого, чтобы что-то повторилось.
Я поежилась и обвела взглядом привычно серые стены. Что нас ждет? Коридоры, объятые пламенем? Неожиданно исчезающий пол? Или…
— Ледяная пустошь?! — вскрикнула Нольвен. — Если температура такая же, то проживем мы не дольше десяти минут.
— Сейчас вокруг вас защитное поле, — сварливо произнес профессор Эдилхард. Голос его раздавался как будто с неба, и его весьма забавно разносило ветром.
— Поэтому мы должны двигаться быстро, — отрывисто произнес Дрегарт и осуждающе посмотрел наверх, — мы имели право подготовиться.
— У меня много дел, — мягко ответил профессор. — А ректор в очередной раз забраковал план занятий. Слишком опасно.
Последние два слова он произнес отчетливо издевательским тоном, явно передразнивая ректора Аделмера.
«Ничего себе, — промелькнуло у меня в голове. — Ничего себе. Что же там такое, если ректор Аделмер говорит слишком опасно?!»
— Волькан, держись рядом с Фраганом, Нольвен за Филом, Маэлин за мной, — быстро распределил нас Дрегарт. — Кто умеет быстро и качественно бросать поисковое заклинание — раскидывайте вокруг себя. Наша задача — добраться до золотого флага.
Золотого флага? Я осмотрела блистающую снегом и льдом пустошь и никакого флага не увидела.
 
— Этот флаг видит только командир группы. Три, два, один!
Едва мы переступили границы защитного пузыря, как по телу ударил страшнейший мороз! Сразу заиндевели ресницы и волосы, а вырывающееся изо рта дыхание превращалось в белый дымок.
— Не останавливайся, — крикнул мне Дрегарт.