Второй шанс. Книга первая (СИ)
* * *Большинство лекций боевого факультета проходило в самой башне, но общие предметы, с которых начинался учебный год, велись в главном административном здании. И чтобы пройти к нему, следовало миновать Осеннюю рощу, засаженную особым сортом клена, листья на кроне оставались зелены всего месяц в году, а все прочее время устилали изумрудную траву ярко-желтыми и оранжево-красными пятнами, но и при этом и кроны деревьев горели осенним пламенем, создавая непередаваемую атмосферу ранней осени.
— Как красиво, — прошептала я, разглядывая деревья.
— Мне тоже нравится эта роща, — Каенар нес студенческую сумку, отняв ее у меня, я с трудом добилась права нести хотя бы черную папку с расписанием.
Но путь до главного корпуса был неблизким, так что в конечном итоге я была рада настойчивости кронпринца.
— В академии не отставайте от меня ни на шаг, — внезапно приказал Каенар.
— Слушаюсь, господин.
Очарование Осенней рощи начало меркнуть.
— Эльтериан сегодня был возвращен из Дворца Семи Снегов. Конечно, сегодня он не появится, по мнению целителей, он в принципе не сможет приехать до начала Турнира, но зная его высочество…
Мне стало весьма любопытно, а насколько в принципе Каенар знал его высочество? В прошлом он не узнал ничего до того самого момента, как стало слишком поздно, но сейчас…
— Эльтериан опасен, — тихо, так тихо, что слова оказались еле слышны из-за шороха листьев, по которым мы ступали, сказал Каенар.
Я молчала, готовая внимать далее.
— Несомненно, я всегда знал об этом, — продолжил кронпринц, — но мне казалось я все же сильнее. Я был фактически уверен в этом до того самого момента, как Эльтериан обрушил магию трансформации на тебя, Асьен.
Я споткнулась, и кронпринц любезно подал мне руку. Любезно не стала принимать его помощь и продолжила путь, прижимая к себе папку с бумагами.
Каенар не проявил свое недовольство ничем, и пояснил причину своих опасений:
— Эльтериан начал использовать магию трансформации не так давно и давалась она ему с трудом.
С большим трудом, несмотря на то, что его высочество практиковался вовсе не со студенческих лет — он начал делать это едва научился ходить.
— Но вот она странность, — продолжил Каенар, — сорвавшись, и будучи уверенным, что меня нет поблизости, он изменил тебя. И уровень изменений дошел до высшего предела — он необратим. Необратимые заклинания — неимоверная редкость, подвластная лишь сильнейшим из нас. Таким образом… я сделал выводы.
То есть причиной, по которой Каенар перестал быть верным союзником Эльтериана, стала я? Все из-за меня?!
Что ж, надеюсь эти двое никогда не поговорят откровенно, потому как за мной числилось уже два пусть и недоказуемых, но проступка — я способствовала побегу Заклинателей из Суассона и я же оказалась той, на ком магия трансформации сработала столь идеально, потому что моя аура помнила прежнюю форму и приняла ее, но со стороны выглядело все так, словно Эльтериан солгал по поводу Заклинателей, и Эльтериан же лгал ближайшему союзнику об уровне своей силы.
Конечно, в будущем он бы так и поступил, но в данный момент причиной падения принца получается, была только я.
Но не говорить же кронпринцу об этом?
— Вы изменились, — начала осторожно, — ваше поведение, речь, исчезли импульсивность и агрессивность. Полагаю, и уже практически уверена, что виной вашего неадекватного со мной поведения в Суассоне была именно Белладонна Белая. Но меня крайне расстроило, что, несмотря на все предпринятые меры и мои усилия, вы так и не запомнили ее запах и сегодня утром едва не выпили чай с огромным количеством этого зелья.
Каенар промолчал. Он был виноват, и ему пришлось лишь признать свою вину.
— Уделите все ваше внимание развитию дара инспиратора, — наставительно посоветовала я. — В данный момент принц Эльтериан опережает вас на несколько шагов, ситуацию следует менять в вашу пользу и как можно скорее.
— Асьен… — тихо произнес Каенар.
— Поторопимся, скоро начнется лекция, — отрезала я.
И ускорила шаг.
* * *Первая лекция «История завоеваний империи» являлась вводной и общей.
В огромной аудитории, построенной по принципу амфитеатра, собрались представители пятых курсов практически всех факультетов. Здесь были агрессоры, инспираторы, провокаторы, манипуляторы, искусители, супрессоры и прочие. Империя вела агрессивную внешнюю политику и уже более двухсот лет взращивала магов владеющих не только магией, но и ментальными способностями. И ступая следом за Каенаром, на самый верхний ярус аудитории, я испытывала на себе очень острожные, едва уловимые, но все же воздействия. Желание ударить кронпринца папкой — явно ниспосланное от агрессоров. Желание распахнуть окно и воспарить раскинув руки — инспираторы постарались, а ведь все они девушки, «фейки» как их тут называли, милые и возвышенные существа, целью своего существования полагавшие вдохновение героев на подвиги. Провокаторы провоцировали развернуться, и рассказать на всю аудиторию о наших с кронпринцам отношениях. Манипуляторы действовали аккуратнее, и я даже почти поверила, что это мое собственное желание, но вмешались искусители, и воздействие манипуляторов схлынуло. Сильнее всего было воздействие супрессоров. Подавители действительно подавляли, вызывая желание сдаться, опустить руки, сгорбить спину, и в целом осознать, что мне здесь не место, я ничтожество, жизнь моя ужасна, и существование бессмысленно.
Удивительным образом, методика магистра Оррена одинаково хорошо работала против всех этих воздействий. Абсолютно против всех. Я не успела испытать ее лишь с манипуляторами, из-за несвоевременного вмешательства искусителей, но все же… Неужели магистр Оррен разработал то, что могло противостоять всему тому, за счет чего более двухсот лет империя удерживала позиции превосходства над другими державами?
— Асьен, все хорошо? — Каенар обернулся, с тревогой вглядываясь в меня.
За маской впрочем, ничего особо видно не было.
— Да, господин, — вежливо ответила я.
И среди выпускников ВАДа воцарилась напряженная тишина.
Да, годы прошли и я уже не та безродная первокурсница, о которую можно было вытирать ноги. Пользуясь тем, что Каенар отвернулся, мило помахала ручкой всем присутствующим — вызов был брошен.
И вызов был принят.
В следующий миг манипуляторы, слаженной группой в тридцать человек объединенными усилиями, вызывали у меня непреодолимое желание снять маску. И… просчитались.
Резкий поворот пугающе спокойного Ангела Смерти, вскинутая рука и заклинание Зеркального щита, отразившее воздействие и маги с остервенением предприняли попытки снять маски уже с себя. Учитывая, что масок ни на ком не было, студенты принялись сдирать кожу, царапать подбородки в стремлении захватить край несуществующей маски и практически уродовать себя на глазах у всех. И это случилось столь внезапно и оказалось столь чудовищно, что я на миг лишилась дара речи.
Но в следующий, подойдя к Каенару, тихо попросила:
— Не надо. Пожалуйста.
Гневный взгляд неестественно черных глаз на меня, и заклинание исчезает, заставляя группу манипуляторов понять, что они с собой делают. Раздались крики. Кто-то завыл. Манипуляторы буквально истекали кровью, а я была шокирована невероятно. В прошлом Каенар никогда, абсолютно никогда не поступал подобным образом в академии… что же случилось сейчас?
— Что здесь происходит? — голос профессора по «Истории завоеваний империи» прекратил вой и крики и творящийся бедлам.
В следующий миг профессор вскинул руку и над аудиторией засияли все примененные в течение последней четверти часа заклинания.
— Так, — профессор Испер, прищурился, несмотря на то что всегда носил очки, — агрессоры, инспираторы, провокаторы, манипуляторы, искусители и супрессоры у нас сегодня определенно не отличились.
И тут вскочил один из манипуляторов, и плюясь кровью выпалил: