В ритме неспящего города (СИ)

― Даже не сомневаюсь, ― вздохнула сестрёнка, разглядывая колонны из стекла на столе. ― Романтизированный суицид на дорогах или алкоголизм ― даже и не знаю, что лучше.
― Ой, да какой алкоголизм? Две-три бутылочки в день.
― А что дальше?
― Не знаю, ― честно ответила Лори. ― Пока не знаю. Но, наверное, стоит уехать. Когда закончу. Ненадолго. Проветрить мозги.
― Ты ведь в курсе, что можешь вложить в ремонт те деньги? ― намёк на всплывшую заначку? Лорелея кивнула, но по одному её виду было понятно, что делать она этого не будет. Ханна с сомнением оглядела побитый жизнью Лексус. ― Слушай, такими темпами ты её ещё год будешь приводить в божеский вид. Если не больше.
― Ничего. Мне нравится ковыряться.
Сестра долго и пристально всматривалась в неё. А затем не сдержалась.
― Лорелея Бет, какая же ты дура!
Лори аж крякнула.
― Спасибо. И я тебя люблю.
― Господи, ты что, правда так ничего и не поняла?
― М-м-м…
― Ты не одна. И не обязана делать всё в одиночку!
― Э-э-э… ― Лорелея растерянно почесала плечо, с которого несколько дней назад были сняты швы. Новый уродливый шрам на память. Может тоже прикрыть татуировкой? ― Хочешь помочь?
― С удовольствием, но от меня толку мало.
― Тогда не понимаю к чему ты в…
Ханна удручённо вздохнула, с трудом протискиваясь через узкий проход между машиной и стеной.
― У тебя есть не только я, ― она перещёлкнула настенный рычаг, приводя в движение подъёмные гаражные ворота. ― Лори, у тебя есть ещё и друзья.
Лорелея растерянно смотрела, как неторопливо увеличивалась щель, впуская в затхлое помещение свежий воздух и солнечный свет. Почти сразу в поле зрения появились три пары ног. По мере того, как поднималась массивная дверь, перед ними представали знакомые лица. Оуэн, Лукас и Зак. В руках боксы с инструментами. На лицах улыбки. Последний на ходу жевал хот-дог.
― Лорибет, ― поприветствовал её Роджерс. ― Ты должна мне двадцатку. Мы поспорили с Ханной, додумаешь ли ты попросить. И, честно говоря, я и подумать не мог, что ты настолько туго соображаешь. Теперь буду знать, ― Лори в ответ промычала что-то нечленораздельное, но её особо не слушали. Уже вовсю хозяйничали в гараже, разгребая место, разглядывая область предстоящей работы и в предвкушении закатывая рукава. ― Так, ладно. Парни, дело гиблое, но прорвёмся. И не таких с того света вытаскивали.
Белоснежный Лексус стоял на том месте, которое не так давно занимал Камаро. Отполированный до блеска. Идеально новенький, словно только сошёл с конвейера, и хвастливо сверкающий двадцатидюймовыми литыми дисками. А что было внутри! Независимое управление подачи топлива, четыре промежуточных охладителя, система прямого впрыска закиси азота и это лишь начало списка…
Парни постарались на славу. Кажется, они тоже не особо верили, что Лорелея сможет завязать с гонками. Других вариантов, почему перед ней сейчас замер спорткар, всем своим видом умоляющий вдавить тапок в пол и гнать пока есть силы, у неё не было. Поверить было невозможно, что та груда металлолома и вот эта тачка ― одно и тоже.
На самом деле, Лори участвовала в процессе лишь в первые дни. Пока набрасывалась частичная смеха через программу на ноутбуке и велись, так скажем, отделочные работы. И то, по большей части, они вместе с ребятами тусовались на заднем дворе, поедая приготовленное Ханной барбекю. А потом парни приехали с тягачом и забрали тачку в мастерскую. Где и места было больше, и оборудование было лучше.
Так было сказано Лорелее. Потому что присутствовать во время “воскрешения” ей не позволили. Да она сама особо и не рвалась. Особенно когда узнала, что Йен тоже принимает участие в ремонте её машины. Не просто принимает, а возмещает ВСЕ расходы, список которых, по сути, стремился к дурной бесконечности.
Лори не знала, что и думать. Зачем он это делает? Ведь за всё время Йен так ни разу и не позвонил. Не приехал. Ничего, но при этом… Дьявол. Она-то надеялась, что за эти недели станет легче, а на деле стало только хуже. И тяжелее. Она дико скучала. Хотела его увидеть. Готова была плюнуть на всё и поехать к нему, но… никуда не ехала.
 
И в этот раз останавливала её далеко не гордость, а банальный страх оказаться отвергнутой. И ещё кое-что… Лорелея понимала, что бесповоротно запуталась. Брошенные Ханне невзначай слова с каждым днём обретали больший смысл. Ей правда нужно было уехать. На несколько дней, неделю или месяц, кто знает… Но нужно. Подумать. Побыть наедине с собственными мыслями. Понять чего она хочет, и что будет делать дальше. Поэтому когда Лексус пригнали к её дому, не тянула.
Ханна не противилась. Она и сама видела, что для Лорелеи это сейчас лучший из вариантов. Поэтому без слёз и уговоров помогла собрать ей небольшой чемодан с самым необходимым, практически запихнула за шиворот так и не использованные на ремонт деньги и с улыбкой проводила её вместе с Ти Джеем, радостно виляющим на прощание поломанным хвостом.
Пса Лори оставляла на попечении сестры. Пускай защищает их с Оуэном. Когда вернётся, займется поиском квартиры и, может, заберёт его. Если Ханна позволит. Несмотря на то, что в первые дни та жутко ворчала на беспорядок, истерзанные тапки и грязные следы на ковре, сестрёнка привязалась к псу. Так что, по ходу, придется оформлять двойное опекунство. Но это будет потом.
Сейчас же Лорелея, нацепившая на нос затемнённые очки, чтобы хоть как-то справляться со светящим в лицо солнцем, привыкала к новой машине. Изучала её, пыталась прочувствовать. Как та реагирует на переключение передач, как маневрирует на поворотах, не рыскает ли при торможении. И с трудом сдерживалась, чтобы не поддать газу.
Двигаться в редком потоке, соблюдая ограничительный режим, было сродни каторге, но она испытывала силу воли. Насколько её хватит? Вряд ли надолго, но и это уже что-то. Ох, это будет долгий путь до Калифорнии.
Зазвонил прицепленный к приборной панели телефон. Лорелея едва не влетела в торчащий на обочине дорожный знак. На дисплее отобразилось имя Йена. Она самолично не так давно вписала его контакт, когда собиралась с духом, чтобы позвонить. А теперь вот он сам…
Брать или не брать? Может, не стоит? Нет. Нельзя же так. Лори трясущейся рукой потянулась к кнопке громкой связи.
― Что, даже не попрощаешься? ― разнесся по салону знакомый голос.
― Эм… ― внутри всё сжалось, но голос вроде звучал спокойно. Это хорошо. ― Не мог бы ты как-нибудь иначе сформулировать вопрос?
― Далеко собралась?
― Что, Ханна проболталась?
― Ты не ответила.
― Пока не знаю. Просто хочу проветриться.
― Бегство ― это ведь не в твоём стиле. Ты же боишься неизвестности.
Лорелея не удержавшись, хмыкнула. Два ― два.
― Один знакомый как-то сказал, что страшно только в начале. Потом привыкаешь.
― Знакомый? Вот кто я для тебя?
Лори посерьёзнела, словно он мог её видеть.
― Не придирайся к словам.
― А ты ответь на вопрос.
― Нет, Йен. Не просто знакомый.
― Тогда почему не позвонила? Гордость не позволила?
― Мне… — Лорелея замялась. Непросто признавать неправоту. — Было стыдно. Я думала, что теперь ты меня презираешь.
― Глупость.
― Будь так, ты сейчас был бы рядом, — в динамиках раздался характерный шум. Почти сразу в зеркале заднего вида промелькнула тень, а в следующую секунду с Лексусом поравнялась Шелби Кобра. Лорелея, не веря собственным глазам, смотрела через поднятые стёкла на Йена, держащего телефон у уха и не отрывающего взгляда от дороги. Она тоже отвернулась. Так они и ехали. Практически наравне. Звонок всё ещё принимал вызов. Но они молчали. Лори первой подала голос. ― Установил в машину GPS-трекер?
 
— Да.
― На всякий случай, если мне опять взбредёт в голову что-нибудь натворить?
― Вроде того.
Лори чувствовала, как внутри разливалось тепло. Хотелось улыбаться подобно конченой влюбленной дуре. Однако некоторые вопросы оставались пока без ответа.