Сенши Кагори (СИ)

— А я красивая? — сощурилась девчонка.
— Да, ты очень красивая, — улыбнулся парень. — Но надо возвращаться, понимаешь? И тебе, и мне. Иначе мы можем заболеть.
Юкио протянул Мэй руку. Та несколько мгновений колебалась. А потом все же положила свою ладошку в руку парня.
— Ой, щекотно! — девочка заулыбалась.
— Ага, — недоуменно произнес парень, смотря на светящуюся Мэй.
Да-да, девочка реально светилась, словно была обмазана фосфорной краской…
… Шихо и Эйка уже привычно сидели в палате. Мерно пищали приборы… Только пациент был другой. Другая.
— Ну, наши уже улетели, — говорила Эйка. — Теперь и оттуда должны приехать. Говорят, что у нас будет учится человек пять или шесть.
— Да ну, — засомневалась Шихо. — В прошлом году сюда всего один приехал. А теперь пять?
— Что это? — произнесла Эйка, посмотрев мимо сестры на пациентку.
— Что? — Шихо обернулась.
— Да… Показалось, — ответила Эйка. — Наверное… Будто она рукой шевельнула.
А в следующее мгновение приборы дружно заверещали. А лежащая на кровати пациентка в это же мгновение открыла глаза.
— Братик! — сипло произнесла она.
  
Глава 6
 
30 августа 2020 года. Воскресенье. Около двух часов ночи. Кобэ, Хёго, Инари Ширай, поместье Кагори
Две опытные ведьмы, Кагори Мию и Ёси Хэруко, стояли в палате, которая располагалась в гостевом доме поместья Кагори и не знали, что думать. Кагори Шихо прибежала в гостиную десять минут назад, в весьма возбужденном состоянии и сообщила, что Ёси Мэй очнулась…
После того, как оцепение, удивление и недоумение (у каждого свое) схлынули, старшая из женщин Ёси — Хэруко предположила, что это один из тех редких проблесков сознания, которые, все-таки бывали с ее внучкой. Что у Кагори поместье на более сильном месте, чем у Ёси, поэтому Мэй, очутившись там, где картина праны отличается, просто набрала немного праны. В смысле, больше, чем обычно. И пока две самые опытные ведьмы Ямато шли в соседнее здание они это и обсуждали. И успели даже подумать о том, что может надо устроить «шторм праны», то есть поместить Мэй в изолированное помещение и, то выкачивать прану, то наоборот, делать повышенный фон.
И вот теперь две женщины, удалив всех, дабы ничего не повлияло на изучение пациентки, недоуменно буквально пялились на девушку, которая совершенно спокойно сидела на кровати и явно не планировала возвращаться в то состояние, в котором ее привезли в поместье Кагори.
— Бабушка! — радостно воскликнула девушка.
— Мэй? — растерянно пробормотала Хэруко.
Старшая Ёси же нисколько не преувеличивала. Она ехала сюда, в Кобэ, уже смирившись с тем, что, скорее всего, закончит здесь свой путь. То есть пойдет на план Тотум и привяжет образ Мэй к ее же телу. Это можно сделать только при чудовищных затратах праны, то есть придется… пришлось бы, брать жизненную силу из тела. Но… Мэй сидит на кровати, улыбается.
— Так, Хэруко, — строго и жестко произнесла Мию-сан. — Давай-ка ты тоже наружу.
Старшая Ёси было вскинулась. Ей, главной ведьме Севера говорят выйти?! Но замерла. А потом молча, медленно кивнула.
— А куда ушла бабушка? — с легкой обидой спросила сидящая на кровати девушка, когда Хэруко, шаркая ногами, вышла за дверь.
Мию же подошла к пациентке.
— Мэй, меня зовут Мию-сан, — мягко произнесла Кагори. — Твоя бабушка никуда не ушла и ждет в коридоре. А вышла она потому, что мне нужно тебя осмотреть.
Девушка, склонив голову чуть набок, слушала Кагори. А потом буквально осветилась улыбкой.
— От тебя тоже вкусно пахнет! — весело произнесла Мэй. — Почти, как от братика!
— От братика? — тут же спросила Мию-сан и встревожено уточнила. — Какого братика? Здесь кто-то был?
— Неа, не здесь! — выдала Мэй, побалтывая ногами, сидя на высокой больничной кровати. — То есть мы потом пришли сюда! Но сначала я была у него! Он обещал потом еще придти!
Кагори внимательно выслушала девушку, кивая по пути, чтобы не просто показать, а подчеркнуть, что ей интересно.
— Понятно, — произнесла женщина. — Мэй, ты можешь снять пижаму?
 
— Зачем? — с подозрением поинтересовалась девушка.
— Так положено, — с легкой строгостью ответила Мию-сан. — Я же… доктор. Мне нужно тебя осмотреть. А как я это сделаю, если ты будешь в одежде?
— А-а, я поняла! — улыбнулась снова Мэй.
И стащила пижаму через голову. Больничную пижаму. На липучках. То есть которую можно было просто расстегнуть. Мию на это смотрела с некоторым удивлением. Но она его тут же стерла с лица.
— Сядь, пожалуйста, прямо, Мэй, — произнесла Кагори Мию, когда девушка осталась лишь в белых, больничных трусиках. — И выпрями спинку.
Сама женщина зашла девушке за спину.
— Я сейчас буду давить тебе на спину, — произнесла Мию-сан. — Просто пальцем, это не больно.
— Хорошо, тетя доктор! — ответила Мэй.
На лице Кагори от этих слов опять пробежало легкое удивление. Просто… Ладно, это потом.
— Ты говорила, что этот братик тебя привел сюда, — спросила Кагори, внимательно смотря на то, как ведет себя аура девочки. — А он говорил, как его зовут? Мне же нужно ему спасибо сказать.
Аура Мэй была обычной. То есть на расстоянии пальца от тела Мию видела легкое разноцветное свечение. И толщина слоя этого свечения в два пальца. Как это в норме и положено. И вот это, парадокс, для ожидаемого состояния Мэй было не совсем норма. Сейчас должны быть видны некоторые «всплески», то есть выбросы ауры дальше слоя. Или даже «факелы», это в местах несостыковки образа (еще это называют душой, духом, кое-где астральным телом) должно было проявляться, в виде этаких, словно языков пламени, только разноцветных.
— Он сказал, что его зовут Юкио! — прилежно отбарабанила Мэй. — Вот только я фамилию не запомнила…
Кагори Мию в этот момент замерла. Да так резко, что как будто враз застыла.
— А потом мы пришли сюда! — продолжала восторженно докладывать девушка. — Но…
Девушка запнулась. Мию-сан в этот момент прижала ладонь ко лбу, словно боялась, что мысли выпрыгнут наружу. И нахмурилась.
— Я потом ничего не помню, — озадаченно сказал Мэй. — Проснулась, а братика уже нет…
— Мэй, — с некоторым трудом произнесла Кагори Мию. — Я… Сейчас позову твою бабушку. Но потом я к тебе еще приду, хорошо?
— Эм, ладно, — несколько озадаченно ответила девушка.
— Вот и хорошо, — произнесла Юми-сан…
… Именно сейчас стало понятно, кто такая Кагори Мию. Она организовала своего рода спасательную команду буквально за пару минут. Эйка и Шихо даже подумать не успели, как бежали, сломя голову, каждая со своим поручением.
Через три с небольшим минуты, старшие Кагори и остальные, кого Мию решила привлечь, стояли у двери в комнату Юкио. Открытой двери.
Никаких нервов. Лежащую без чувств рядом с сыном Сенго тут же утащили мужчины. За минут пять комната Юкио превратилась в ритуальное помещение, где дымились специальные благовония, а по стенам развешаны амулеты. Мужчины, приготовив то, что было нужно, удалились. И не потому, что ведьмы были обнажены (надевать специальную одежду не было времени), а потому, что могли помешать в части праны. Вокруг Юкио сидели все ведьмы, которые находились в поместье, даже Эйко и Шико, которые были бледные настолько, словно пытались мимикрировать под стеновые панели.
— Аяко, вы с Ясу и Сидзу проводите нас, — мерно говорила Кагори Мию. — После этого немедленно выходите. На вас будет контроль за нашими телами, Эйка и Шиха вам в помощь. Сестра, мы с тобой идем за Юкио… И проводник я.
— Мию… — начала было Кагори Юмико.
— Сестра, я проводник! — жестко обрубила возражения Мию. — Он не в Ракше! Все, Шика, начинай.
Кагори Шика, жена покойного Кагори Рюу, родилась в префектуре Окинава, на острове Кудака, в семье потомственных мико. Кланы Окинавы, в отличие от кланов больших островов, своих ведьм… не уничтожили, а не допустили их появления. Всех, кто обладал способностями, забирали у родителей, либо в кланы, либо в храмы. Кагори Рюу, младший брат главы, был слабым с точки зрения и здоровья, и оператора праны. Разумеется, он стал искать способ, как выходить в Ракш полегче, не так, как делают кланы на Хоккайдо (где родились братья Утари) или Хонсю и добрался в своем поиске до Окинавы. А приехал оттуда со скромной мико.