Дыши (СИ)
Исаев намочил край махрового полотенца и принялся оттирать с лица Мирона остатки каши, а Мирон с недовольным лицом следил за Пашей и его манипуляциями. Заметив на шее золотую цепочку, мальчик уцепился в неё и начал настойчиво дергать о чем-то курлыча себе под нос.
Я же залилась жгучим румянцем. Мужские плечи и не только были покрыты заметными следами моего ночного помешательства.
Стыдно как словами не передать.
‒ Почему не разбудил меня? ‒ забрала я Мирона и усадила в детский манеж с горкой цветных шариков.
‒ Ты слишком сладко спала, вот я и решил втихую познакомиться с Мироном.
Тихо рассмеялась избегая Исаевского взгляда.
Паша приблизился ко мне со спины и осторожно положил руки на талию. Наклонился к шее и медленно подул на оголенные участки кожи, вызывая мурашки.
‒ Мне надо принять душ, ‒ тихо сказала я. ‒ Присмотришь?
Крепкие ладони сжались на моей талии.
‒ Да.
После холодного душа я сменила Исаева отправив того освежиться, а сама двинулась к кухне. Мирон увлеченно играл с новыми игрушкам, пока я готовила овсяную кашу нам на завтрак. Вспоминая вчерашний вечер и наш с Олегом разговор, я переосмыслила многое, но о том как рассказать правду ‒ не знала.
«Звонок!»
Отложила кухонное полотенце и ушла проверить неожиданного гостя.
Открыв дверь я впала в ступор.
‒ Саша? ‒ неловко улыбнулась. ‒ Привет. Почему не предупредил? Заходи.
Молодой человек с улыбкой на лице и букетом в руках зашел в квартиру.
‒ Я звонил, но ты не ответила. Прости за неожиданный визит, я не надолго.
Он вручил мне цветы и ещё одну коробку завернутую в подарочную упаковку.
‒ Спасибо большое, но не стоило.
‒ Вчера я не смог приехать…
Взгляд его устремленный мне за спину был хмур и растерян.
Обернувшись я неловко закусила губу закатила глаза.
Почему именно сейчас Исаев покинул ванную комнату и, как ни в чем не бывало, разгуливает по гостиной в одном полотенце обернутом вокруг бедер.
Саша прекрасно понял в чем дело и неловко улыбнулся, опустив взгляд потрепал себя по уложенным волосам.
‒ Прости… Зря я так ворвался к тебе.
‒ Саш… ‒ виновато.
‒ Я понимаю. ‒ расстроенно посмотрел на меня. ‒ Не скажу, что счастлив… Вот блин.
Могу представить как ужасно он себя чувствует, но поделать ничего с этим не могу.
‒ Спасибо Саш за всё. Ты мне действительно нравишься, но у нас ничего не выйдет. Прости.
Тяжело мне дались эти слова.
‒ Да… ‒ растерянно осмотрелся он. ‒ Надеюсь ты не ошиблась с выбором.
На прощание он осторожно поцеловал меня в щеку и ушел, а я, как статуя гипнотизировала подаренные им цветы.
Жалеть не о чем Юля.
Ты бы и так отказала ему, поэтому не расстраивайся.
Вернувшись в гостиную-кухню я проверила Мирона и отправилась завтракать. Исаев наконец-то одел штаны и бельевую майку.
‒ Спасибо, было вкусно.
‒ Я отказала ему. Поэтому не надо вести себя, как обиженный мальчик. ‒ ковыряла я ложкой в остатках овсянки.
Паша с минуту молча сверлил во мне дыру, а после начал одевать рубашку и часы.
Интуиция кричала мне: «Сознайся! Это подходящий момент. Если он уйдет ты никогда не сможешь ему признаться!», но я молчала.
Паша забрал с столешницы брелок от машины, мобильный и постояв несколько секунд в гостиной заполненной музыкальными мультиками, направился в прихожую.
Боже… какая я трусиха!
‒ Он твой! ‒ громко крикнула я и испуганно смотрела в след Исаеву.
Паша замер, лишь слегка повернув голову. Крепко сжав кулаки я встала с места и расправив плечи повторила.
‒ Он твой, ясно тебе. Ты что собирался вот так молча уйти? Почему ты молчишь!?
Руки дрожат, голос тоже. С каждой тянущейся секундой я понимаю, что вот-вот сорвусь.
Мужчина повернулся ко мне с непроницаемым выражением лица, что взбесило меня сильнее, но виду не показываю.
‒ Ты издеваешься? ‒ сдерживая накатившиеся слезы.
Он повернул голову к Мирону, что молча наблюдал за нами стоя у бортика манежа. Исаев молча подошел к малышу, тогда как я чувствовала как подкашиваются мои ноги. Мирон ухватился за палец протянутой мужской руки и ярко улыбнулся.
‒ Юля. ‒ с угрожающей интонацией начал он и строго поднял на меня взгляд. ‒ Ты в любом случае стала бы моей женой и это не обсуждается.
Я осела на пол и схватилась за голову. В глазах потемнело, а в голове твориться полный бардак.
‒ Исаев я тебя ненавижу! ‒ расплакалась я. ‒ Ты вообще человек? Сколько ещё ты будешь изводить меня.
‒ Ну, Юль… ‒ улыбается. ‒ Не злись. Ты тоже от части виновата. Прости, я так не буду.
Он крепко прижал меня к себе, а после нежно поцеловал, обхватив лицо обеими руками.
‒ Ты ‒ деспот, садист и дурак.
‒ Я люблю тебя. ‒ шепчет он прижимаясь ко мне. ‒ Ты же выйдешь за меня?
‒ Д… дурак! Конечно же нет!
‒ Что!? ‒ застыл он и хмуро заглянул в мое лицо.
‒ Нет ‒ говорю.
‒ Юля, ты же издеваешься?
‒ Да. ‒ отчаянно.
‒ Слава богу. ‒ расслабился он.
Эпилог
‒ Тебе не кажется, что тут это делать немного неудобно?
‒ Ты наверное хотела сказать экстремально?
‒ Слабо сказано. Больше подойдет ‒ безумно.
‒ Я против этого! Исаев отстань.
‒ Я придержу тебя. Садись сверху, а потом…
‒ Боже… за кого я вышла замуж? Тебе что семнадцать лет?
‒ В душе ‒ да. ‒ рассмеялся он. ‒ Ну, Юль. Пожалуйста. Я так давно хотел попробовать это.
Я закусила губу и собрав волю в кулак, сняла очки.
‒ Если я сверну шею, то моя душа будет преследовать тебя вечность!
‒ Договорились.
Я осторожно встала ухватившись за протянутую руку и взобралась на мужчину сверху.
‒ Зачем я только согласилась?
Оправив купальник встала на Исаевскую спину и от легкого покачивания меня повело в сторону.
‒ Расслабься и держи равновесие. Боже, как классно…
‒ Напомни мне проверить дату рождения в твоем свидетельстве о рождении.
Прошло около полугода после нашей скромной свадьбы. Скромной, потому что там было всего лишь около двух сотен человек. Я несколько раз отказывалась от предложения и возвращала дорогущие помолвочное кольцо Паше, когда узнавала о примерном количестве гостей.
Я вообще не хотела торжества. Мне хотелось скромной семейной посиделки в кругу самых близких, но нет. Более ста человек грубо напросились на нашу свадьбу. В их числе были некоторые акционеры с которыми Исаев вел дружбу многие годы, а так же партнеры, высшее руководство, новые приятели, старые приятели их семьи и так далее.
Когда мама Паши узнала, что у неё появился внук без её ведома, долго обижалась на меня. Было стыдно, но прошлого не исправить. Мирон не долго привыкал к пополнению в нашем маленьком семействе. Вика очень сильно обрадовалась новостям и они сразу нашли общий язык, а мне стало намного легче в бытовом плане. С будущей свекровью мы помирились, а с кошкой по кличке Помошница, долго выясняли кто имеет больше прав на место в постели Исаева. Эта дьяволица до сих пор не уступает и истерически мяукает если её не впускать в комнату или же шипит, когда я прогоняю с постели.
День свадьбы был сумасшедшим.
С самого утра мы с Исаевым умудрились поругаться, но примирение не заставило себя ждать. В итоге ванную комнату мы покинули через час под мяуканья недовольной кошки из комнаты.
Всё как и на обычной свадьбе: визажисты, парикмахер, фотографы, дорогой автомобильный эскорт. Как говориться «Свадьба по-русски!», но в нашем случае обошлось без выкупа и громких песен, так я думала до того самого момента…. Меня похитили в разгаре веселья и Паше пришлось знатно раскошелиться перед близкими друзьями и родственниками. За все время торжества я более ощущала себя карманной обезьянкой, с которой все фотографируются, но и принцессой которую осыпают комплиментами. Особенно напрягался Исаев стоило всякому мужчине до пятидесяти приблизиться ко мне. Конечно же какая свадьба без сюрпризов….