Дыши (СИ)

Возмутился Паша, а на лице его читалось искреннее отвращение.
Промелькнуло сомнение, но я настойчиво продолжила выпутываться из его рук.
‒ Нет, я не верю тебе. ‒ вырвала руку из его хватки.
‒ Юля… ‒ качает он головой, а в глазах читается страх.
‒ Хорошо, ‒ выдохнула я. ‒ Предположим, что ты говоришь правду. ‒ серьезно смотрю на Исаева. ‒ Что дальше?
‒ Не знаю. Я хотел чтобы ты знала о моих чувствах. О том, что они никуда не исчезли и не исчезнут…
‒ Паша. ‒ качаю головой прикрыв устало веки.
‒ Нет, ты дослушаешь меня! ‒ нервно улыбнулся. ‒ Я люблю тебя.
Он сказал это с таким отчаянием, что мое сердце пропустило удар.
‒ Да… да, Юля! ‒ подступил он на шаг. ‒ А что касается Мирона…
‒ Вот что касается Мирона, тебя вообще касаться не должно! ‒ взбесилась я. ‒ Отпусти мои руки! Исаев….
Грубо закрыв мой рот поцелуем он прижал меня к двери. От возмущения я укусила его за губу, после чего мужчина сильнее углубил поцелуй.
Ярко-выраженный привкус железа на языке, давал понять, что укусила я его сильно, но это не остановило мужчину.
Возмущенно боролась я недолго. Сдалась со слезами на глазах и сильно уцепилась за Исаевскую макушку.
Не поцелуй, а сумасшествие какое-то. Так отчаянно, так страстно и так жадно.
‒ …а что касается Мирона. Мне плевать чей он, я готов воспитать его как собственного. ‒ переводя дыхания после поцелуя продолжил он. ‒ Если ты позволишь.
Оттолкнула от себя Исаева. Гипнотизируя смотрю в его глаза, ищу хоть каплю сомнения, но ничего подобного. Наоборот… мужчина совершенно серьезен, что пугает сильнее.
Сигнал открывающихся дверей лифта привлек наше внимание.
Из кабины вышел Олег с супругой и двумя детьми. Я же превратилась в статую осознав всю серьезность ситуации и осторожно посмотрела в сторону Исаева.
Мужчина не выглядел шокированным или злым, но тот холодок, что повеял от него ясно давал определение его настроению. Олег с Адой молча переглянулись. Девушка неловко улыбнулась.
‒ Мы не вовремя, я так понимаю?
‒ Ох, нет! ‒ спохватилась я и слишком резко открыла входную дверь квартиры. ‒ Проходите, Паша уже собирался уходить.
Пяти годовалая девочка с подарочной коробкой прошла вперед, предварительно поздоровавшись, скрылась в квартире, тогда как Олег передал Аде младшенького Богдана и кивнул супруге в сторону квартиры. Девушка смущенно глянула в мою сторону.
‒ Проходите. ‒ улыбнулась я и пропустила их вперед.
Олег и Паша молча смотрели друг на друга.
‒ Юль я скоро присоединюсь к вам. Иди.
Тяжелая атмосфера ‒ пугает.
Пугает то, что я как никто знакома с горячим, а порой импульсивным Исаевским нравом и холодным, провокационным характером бывшего мужа.
«Ох, что-то будет!» ‒ пищат мои нервишки крепко обнявшись.
‒ Исаев. ‒ предупреждающе сказала я, но тот даже не удостоил меня взглядом.
Все время пока Олег общался о чем-то с Пашей я была, как на иголках. Мою нервозность заметили все. Лада тихо наблюдала параллельно играя с детьми, Людмила Ивановна переняла мое волнение, но ничего не спрашивала, тогда как Машу больше заботило присутствие Ады со мной в одном помещении. Видимо девушка пока не в курсе о появлении Исаева на моей территории. Ада вручила подарок Мирону и тем самым отвлекла немного меня. Я так же вручила большую коробку с игрушечным замком и несколько новых упаковок с деревянной мозаикой.
Когда первая волна моей нервозности спала, мы женской компанией завели обыденную женскую беседу.
С нынешней супругой Олега мы вполне ужились, но в свете прошлой драмы, держимся на допустимом расстоянии. Подружками нам не стать, однако и врагами быть смысла нет. Главное, что нашим детям вместе интересно играть, а остальное неважно. Девушка осведомлена о моей личной жизни и я вижу её переживания. Не из-за Олега, а из-за Павла.
Спустя сорокаминутное отсутствия Олега, тот наконец присоединился с непроницаемым выражением лица.
Издевается…
Ясно же о чем они говорили и ясно, что Паша уже в курсе своего отцовства.
Наверное…
‒ Олег?
Вывела я мужчину на разговор, пока все веселились за общим столом.
 
‒ Юля? ‒ саркастично.
‒ Ты… Рассказывай если не хочешь чтобы моя и так расшатанная нервная система окончательно…
‒ Он пока не знает, но ты должна рассказать ему.
‒ Фух… ‒ красноречиво взглянула на улыбающегося мужчину.
‒ И да, он тебя правда любит. Думал, задавит меня своим энергетическим фоном.
‒ Слишком много воды утекло…
‒ Возможно и так, но не лишай человека его законных прав. Тебе это выйдет боком, когда он узнает….
‒ Так, где кнопка отключения? Адвокатишка…
Олег рассмеялся.
‒ Ты же не сможешь без него. ‒ я стиснула зубы. ‒ Не лишай себя шанса на счастье. Я не смог осчастливить тебя, но он определенно сможет.
Странно, но спокойные и ненавязчивые слова Олега подбодрили меня.
Мне впервые за долгие полтора года стало легче дышать.
‒ Ада сказала, что вы сегодня улетаете к твоим родителям в Сочи. Передавай им привет.
‒ Обязательно.
Спустя полчаса Олег со своим семейством бодренько отчалил в аэропорт, а Машка с мужем и дочкой уехали домой. Лада так же уехала, а Людмила Ивановна настоятельно осталась помогать мне убрать стол. Мы немного поговорили и когда Мирон уснул она смогла спокойно уехать.
Огромный букет, стоящий в большом ведре, не давал мне покоя и я, дабы проветрить голову, вышла на балкон.
Солнце совсем недавно село и приятный, прохладный ветерок обдавал меня свежестью приближающейся осени.
Прокручивая мобильный в руках я все же решилась набрать номер Паши и сильно удивилась, когда отдаленная мелодия заиграла где-то под подъездом.
‒ «Юля?»
‒ Ты что не уехал? ‒ высунулась я с окна.
‒ «… да. Задумался пока сидел в машине и решил перед отъездом подышать.»
Странное и не свойственное мужчине оправдание вызывает во мне улыбку.
‒ Поднимешься?
‒ «….»
‒ У меня остался торт.
‒ «Торт говоришь?» ‒ уверена, он улыбается.
Спустя несколько долгих минут дверной замок тихо щелкнул. Исаев крадясь прошел через засыпанную подарками и игрушками гостиную, сел за барную стойку, пока я отрезала кусочек торта.
Неловкость переросла в смущающе-интимную обстановку.
За целый вечер мне кусок в горло не лез, так что я накрыла нам небольшой праздничный ужин при свете нескольких ночников.
‒ Юля…
‒ Давай сначала поужинаем, выпьем, а потом поговорим.
Смущенно предложила я, пытаясь открыть запечатанную бутылку красного вина.
‒ Я сам.
Паша ловко откупорил бутылку и разлил вино по бокалам.
‒ Боже, ты же за рулем… ‒ спохватилась я.
‒ Я вызову такси, не нервничай так. ‒ улыбается.
Слишком очевидно как ему льстит мое смущение.
Подняв бокалы мы молча уставились друг на друга.
Надо бы что-нибудь сказать, но все сносные тосты застряли в моем горле.
‒ За Минора и его первый день рождения? ‒ предложил мужчина.
‒ Д-да…
Осторожно чокнулись бокалами.
«Как бы ты Юленька не чокнулась сама» ‒ язвили нервишки и противно хихикали в моей фантазии.
Под внимательным взглядом Исаева я осушила весь бокал. Плевать, что он подумает, я слишком нервничаю в его присутствии будто никогда прежде не находилась с ним в такой близости.
«Юля у тебя ребенок спит в соседней комнате, отцом которого является этот мужчина, а ты стесняешься, как школьница!» ‒ продолжило язвить мое внутреннее я.
Паша наполнил мой бокал лишь на половину того, что было до этого и с хитрой улыбкой принялся пробовать одно блюдо за другим. Пока он перерывами нахваливал мою стряпню, я очевидно расслабилась и была готова к началу разговора.
‒ Ты можешь спросить меня о том, о чем хотел ранее.
 
‒ Давай выпьем. ‒ поднял он бокал. ‒ За тебя. Ты так давно хотела стать мамой и я безумно рад за тебя.
‒ Спасибо… ‒ немного пригубив я выжидающе устремила взгляд на мужчину.