Дыши (СИ)
‒ Интернет магазин…
‒ Так! ‒ выставила перед мужчиной руку, жестом показывая «стоп». ‒ Мне твои трюки известны и тебе меня не переубедить Говорю же ‒ надо!
С боем, но я все же вырвалась из логова начальника, уехала с личным водителем Павла по магазинам.
Вымерила несколько пар, но никак не могла определиться. Нравятся обе.
‒ Ладно, девушка! ‒ приманила продавца. ‒ Заберу обе.
Молоденькая кучерявая продавщица быстро все упаковала и расплатившись я вышла из магазина. Довольная и счастливая. Наконец-то я забуду о назойливой шерсти Помошницы на своих сапогах. Прогуливаясь по торговому центру прикупила несколько безделушек для Вики, она такое любит и уехала к себе в квартиру.
На следующий день как обычно Лада встречает меня с улыбкой. Не обошлось и в этот четверг без взбалмошной Маши. Девушка уже несколько дней жалуется на своего начальника.
‒ Представляешь, сегодня протянул мне лист и говорит, «Увольнение по собственному пиши», я была в шоке! Столько лет никаких претензий не имел, хвалил, а тут на тебе! Юль, что мне делать? ‒ с заплаканными глазами спрашивает подруга.
‒ Не в правилах Ильича увольнять трудолюбивого человека. Ты же что-то сделала, не так ли?
‒ Юля! Я тебе клянусь, там что-то странное происходит. Вон, Ларионову он не увольняет, жалеет, хотя знает какая она ленивая. Я же всегда все в срок сдаю и вообще на хорошем счету-у… ‒ расплакалась она. ‒ Юлька-а… у меня же сейчас долг перед банком за машину! Как я без работы буду платить за неё? Уа-а!
Плачет она, да с подвыванием.
Очень жалко её. Надо помочь, не бросать же подругу.
‒ Вытри свои слюни, Машка! ‒ встряхнула девушку за плечи. ‒ Я сейчас схожу все узнаю у Ильича. А если не успокоишься, то помогать перестану.
Девушка вытирая крокодильи слезы, всхлипывает, но вроде успокаивается.
Оставила Машу на волнующуюся Ладу, а сама ушла в отдел маркетинга и рекламы где Маша работает.
Работники завидев мое появление притихли и быстро разбежались по своим рабочим местам. Одна из работниц, перепугавшись, выключила компьютер, а не просто закрыла пасьянс.
Прошлась между рядами столов направляясь в кабинет начальника Марии.
Женщина секретарь завидев меня подскочила с места приветствуя. Любезно попросила оповестит Анатолия Ильича о своем приходе. Спустя несколько секунд, раскрасневшийся от волнения мужчина лично встречал меня и радушно пропустил в свой кабинет.
Немного творческого бардака никому не повредит, он даже специфический уют создает на его столе. Взволнованный, полноватый дядечка сразу начал вводить меня в курс своей проделанной работы.
‒ Вы молодцы, что так стараетесь. Всю проделанную работу рекламного отдела мы проверим и обсудим на собрании, но я по другому вопросу пришла.
Он стер со лба выступающие капельки пота.
‒ Да, я Вас слушаю!
‒ Крюк Мария Сергеевна.
Он побледнел, а после ещё больше покраснел.
Неужели эта должность превращает людей в монстров? Вроде обычный директор, временный…, а ощущение, словно магистром черной магии стала.
‒ Она что-то натворила?
‒ Пока ничего. Я наслышана о её работе, хочу ваше мнение услышать. ‒ обходя кабинет я задумчиво осматривалась, от чего Ильич нервничал ещё больше.
‒ Так, хорошо она работает! Благодаря её упорству у нас лучшие рекламные щиты, а в прошлом году, она привлекла знаменитую в интернете… блогершу, вроде так. Так, после этого у нас показатели втрое улучшились!
Расхваливал он девушку, видно же, что ценит и уважительно относится.
‒ Отлично. Только объясните, почему вы уволиться её просите? Это …
‒ Юлия Васильевна! ‒ громко перебил он меня, перепугал от чего я отшатнулась. ‒ Простите… ‒ спокойнее продолжил. ‒ понимаете, я в безвыходном положении. Приходил лично Андрей Петрович Глыбов и сказал ‒ уволить её.
Тут я даже рот приоткрыла от удивления.
‒ У него больше власти чем у меня, я же обычный работяга, отвечаю за свой отдел! Он же скоро замом главного станет, Юлия Васильевна, а как я могу ослушаться такого большого начальника?
‒ А я по вашему не начальник?! ‒ замораживающим тогом уточнила я, не сводя внимательного взгляда с мужчины. ‒ На минуточку, отдел маркетинга и рекламы находиться, в первую очередь, в подчинении у меня и под моей ответственностью. А вы, значится, слушаетесь ещё НЕ вступившего на должность Глыбова!?
Ругалась я больше не из-за Маши. Меня просто дико вывело его отношение к своим сотрудникам, а Глыбов раздражает своим жутко длинным носом и ручонками.
Анатолий Ильич долго извинялся и оправдывался, но я уже не слушала его.
‒ Фух… ‒ тяжело выдохнула. ‒ Если для вас ‒ я, ‒ не авторитет, что вы решили не обращаться ко мне за советом и помощью, тогда с вами будет говорить Павел Григорьевич. До свидания.
‒ Юлия Васильевна, подождите…!
Вылетела фурией из кабинета запуганного мужчины, ловя на себе заинтересованные и настороженные взгляды рядовых сотрудников. На ходу набираю номер Исаева, вкратце обрисовываю всю ситуацию. Удивлен, но не настолько как я ожидала.
‒ «Юля, успокойся. Мы разберемся.»
‒ Но что мне с Крюк Марией делать?
‒ «Сама решай. Мне всё-равно даже если ты ей отгул дашь. Ты знаешь лучше меня, что с ней делать.»
Влетела в приемную. Лада и Маша как раз обсуждают эту тему.
‒ Маша, за мной.
Девушка с размазанной тушью по лицу, хвостиком увязалась следом.
‒ Ну что?
Осторожно интересуется она с опаской поглядывая в мою сторону.
‒ Ты точно не напортачила?
‒ Юль, ты же меня знаешь. Какая бы я не была болтушка, работу свою выполняю хорошо…
‒ Вот именно, болтушка. Чем ты Глыбову не угодила?
Огромными глазищами она уставилась на меня с открытым ртом.
‒ А он тут причем? ‒ глазки забегали. ‒ Ну, был у на с ним разговор недавно.
‒ Какой разговор?
Стрельнула я своим орлиным взором в её сторону подходя ближе.
‒ Он частенько замечал меня в кафе, вот и подсел. Расспрашивал о всяком, угостил обедом. Он же живет даже в соседнем доме от меня, но мы никогда не общались, а последнее время он такой любезный стал, здоровается. Юль, не смотри так, я знаю зачем он так себя ведет, у меня Артемка есть!
‒ Но что-то же его не устраивает.
Задумалась. Странно все это. Он, как паук надоедливый, сети плетет и плетет.
От резко открывшихся дверей меня передернуло.
‒ Павел Григорьевич! Здравствуйте!
Первой подскочила с места Маша, а за ней и я. Хмурый начальник не торопясь прошествовал к нам, сухо поприветствовал перепуганную подругу и уселся в излюбленное кресло. Мы с Машей устроились на диване.
‒ Рассказывайте всё по порядку.
Двадцать минут мы пересказывали ему всё до мельчайших подробностей. Исаев вызвал на «ковер» Анатолия Ильича, как следует допросил и его, пока мы с Машей молча наблюдали с дивана. Мужчина снова начал оправдываться и извиняться, нервируя Павла.
‒ Анатолий Ильич, как я могу вам доверить целый отдел и его сотрудников, когда вы не в состояние защитить одного из них? ‒ до ужаса спокойно говорил начальник. ‒ Вы здесь работаете три года и это не первый случай такого трусливого поведения. Если вы испугались высшего руководства и без разбирательств согласились уволить рядового сотрудника, тем более неповиновного ни в чем… как тогда я могу оставить на ваше попечение других людей?
От его интонации бегут мурашки по спине, даже громко ругаясь он не внушал такой страх.
‒ Павел Григорьевич, я исправлюсь!
‒ Почему ты не пришел к Юлии Васильевне? Не доложил об этом?
Ильич замялся и нервно улыбаясь стал поглядывать в мою сторону.
‒ Но… она же не вы.
‒ Вот именно. ‒ слишком довольно улыбнулся начальник. ‒ Вы уволены.
‒ Но…
‒ Павел Григорьевич? ‒ не выдержала я вскочив с места. ‒ Это конечно неуважение с его стороны и безответственность по отношению к Марии, но давайте обойдемся штрафом. Всё же разрешилось без скандала.