Условный разум (СИ)
— Резать меня будете?
— Если понадобится.
— Прямо сейчас начнете?
Питер Мозес и доктор охотно рассмеялись. Шутка им понравилась.
— Не бойся, сталкер, Мясник тебя не обидит! Пошли в медпункт, плакса.
Через полчаса Шухарту стало скучно. Мозес и Мясник с увлечением обсуждали что-то непонятное и важное для них. Они рассматривали бумажную ленту, на которой самописец нарисовал ломаную кривую, и произносили непонятные слова и были явно чем-то удивлены или расстроены. Что-то им не понравилось.
— Я могу идти? — спросил Шухарт, которому надоело ждать. — Продолжайте свой ученый разговор без меня. Не хочу мешать таким умным господам.
Мозес посмотрел на него и рассмеялся.
— У этого парня действительно нет Т-зубца? — спросил он у доктора Каттерфилда. — Кто бы мог подумать!
— Совсем. Из него не получится сталкер.
— Значит, мы просчитались. Послушай, Шухарт, кто еще вчера просил у тебя помощи? — спросил Мозес.
— Стервятник Барбридж.
— Старикан опять собрался в Зону?
— Ага. Сказал, что у него есть там выгодное дельце.
— Рассказывал про Золотой шар?
— Нет.
— А я говорил, что Барбридж попытается раздобыть шар самостоятельно, — сказал доктор Каттерфилд.
— Скрытная мерзкая гадина. Тяжело работать с такими мерзавцами.
— Среди сталкеров есть и болтуны.
— Хорошо, запустим легенду через Фараона Банкера или Диксона, — сказал Мозес.
— О, да! Банкер известный болтун.
— Это хорошо.
— Так мне не нужно соглашаться на предложение Стервятника? — спросил Шухарт.
— А зачем тебе со сталкерами в Зону ходить, ты же научился пользоваться альтернативным входом? — сказал Мозес.
— Через туалет, что ли?
— Например.
— Устал я от вас, господа. Задурили вы мне голову. Курить хочу, да и выпил бы на два пальца виски. Что вам от меня нужно? Говорите, иначе я капитану Квотербладу сдамся и во всем признаюсь, пусть меня в тюрьму отправит на три года. Там не так скучно.
— Ты, Рыжий, необычный человек. Можешь в Зону попадать по собственному желанию из любого места. Этот талант дорогого стоит. Слышал, наверное, что такое нуль-транспортировка?
— Никак нет. Я в университетах не учился.
— Тебе и не нужно. У тебя природный дар. В Зоне есть много полезных вещей, после знакомства с которыми землянам удастся усовершенствовать многие технологии, а земная наука сделает огромный шаг в познании Мира. Это «браслеты», «белые обручи», «батарейки», «черные брызги», «губки» и многое другое. Если раздобудешь что-нибудь из этого списка, приноси Эрнесту, он на меня работает. Но есть один предмет, который ты должен будешь принести лично мне. За него я тебе выложу один миллион долларов наличными.
— Он тяжелый?
— Да. Это «золотой шар». На самом деле он медный, этот шар, диаметр его примерно десять сантиметров. Мне он нужен. Для того, чтобы заставить сталкеров его искать, я придумал глупую историю о том, что достаточно любому человеку прикоснуться к нему, чтобы у него немедленно исполнились все потаенные желания, и он обрел настоящее человеческое счастье.
— Это действительно так? — поинтересовался Шухарт, чтобы поддержать разговор. Он не верил в «золотые шары», исполняющие желания.
— По крайней мере, на миллион долларов ты сможешь купить много вещей, о которых пока только мечтаешь, — ответил Мозес жестко.
— А если кто-нибудь другой найдет ваш «золотой шар»? И загадает, чтобы ваш «Престиж» провалился под землю. Что вы тогда будете делать? Подождите, не потому ли здание Института провалилось? Оказывается, кто-то до шара вашего уже дотронулся! Вот так дела. Как все просто объяснилось!
— Не болтай ерунду. Подумай лучше о миллионе, который ты получишь, когда принесешь мне шар. Кто бы не принес мне «золотой шар», свой миллион он получит.
— А если вам принесут два шара или три?
— Он один такой. И повторяю, у тебя очень большие шансы обнаружить его. Не упусти свой шанс.
— А вы откуда знаете про этот «золотой шар»?
— Мне рассказал о нем доктор Сэм Дуглас из Института внеземных культур.
— Но этот ваш доктор погиб в Зоне.
— Да. Сначала рассказал о «золотом шаре», а потом погиб. Так бывает. Ты, Шухарт, надеюсь, не веришь, в то, что шар приносит удачу и исполняет желания? Если веришь, то сможет загадать хоть сотню желаний. Я разрешаю. Но потом обязательно принеси его мне. Не слишком трудное задание?
— Я так понял, что поиски «золотого шара» дело опасное.
— Любая прогулка в Зоне опасное дело. Ты об этом знаешь лучше других.
— Вы хотите использовать «золотой шар» для злого дела?
— Нет, конечно, — ответил Мозес серьезно. — Мой интерес к нему сугубо прагматичный и не затрагивает философских понятий добра и зла. Кстати, для меня эти понятия не имеют значения.
— И все-таки, для чего он вам понадобился?
— Есть вещи, о которых неподготовленным людям лучше не знать. Скажу больше: для людей будет лучше, если о тайне «золотого шара» никто никогда не узнает. Не вашего ума это дело. Понятно?
В ожидании фантастаПильман получил очередное указание от советника президента по науке Нила Кларка. Ничего существенного, очередная причуда человека, который давно забыл, каково это — заниматься наукой.
— Что-то случилось? — спросила Ева.
— Не знаю, что и сказать. Кларк решил прислать мне на помощь консультанта. По его мнению, Институт не справляется. Считает, наверное, что его человек исправит наши возможные ошибки.
— Абсурд!
— Само собой, — подтвердил Пильман. — Дорога к академическому знанию проложена через болото абсурда! Это все знают.
— И кого нам ждать? Потрясающего гения или обычного осведомителя?
— Ты будешь смеяться! Помощь нам будет оказывать писатель-фантаст.
— Это шутка?
— Увы! Это реалии нашего сошедшего с ума мира, — с горькой усмешкой сказал Пильман.
— И кого присылают, интересно?
— Некоего Энди Хикса. Никогда не читал его книг. Даже не слышал о нем.
— О, а я читала его роман. Правда, забыла название. Надо сказать, у него хорошо получилось. Забавно написал. Иногда, даже поучительно.
— Поучительно? — возмутился Пильман. — К нам едет учитель-самоучка. Только этого не хватало. Проклятый фантаст наверняка будет нудно бубнить о том, что мы безнадежные придурки, поскольку не учитываем в исследованиях последние достижения астрологической науки и древние эзотерические знания. Астрологическая наука — язык не поворачивается произносить подобный бред. Но выслушивать его я буду обязан.
Ева расстроилась. Она давно не видела мужа в таком возбужденном состоянии. Не секрет, что Институту так и не удалось добиться прорыва в изучении «хармонтского феномена». Но это не значит, что Пильман не справлялся со своей работой. Рано или поздно секрет Посещения будет раскрыт. Для Пильмана важно оказаться при этом в нужном месте и в нужное время, чтобы навеки связать это великое достижение со своим именем. С этой точки зрения общение с фантастом — настоящий подарок. У его текстов значительно больше читателей, чем у самого известного ученого. Если удастся убедить Хикса, что в своих интервью он должен чаще упоминать о Пильмане и возглавляемом им Институте, все получится самым лучшим образом. Впрочем, и Хикс заинтересован в том, чтобы в публикациях об Институте чаще мелькало его имя. Наверняка со временем он напишет несколько книг о Посещении. Кларк неслучайно выбрал для проведения рекламной кампании «хармонтского феномена» в меру известного фантаста — псевдо документальные книги, которые он, в конце концов, обязательно напишет — дело исключительно перспективное. Надо полагать, что пришло время отчитываться в Конгрессе о проделанной работе и рациональном использовании бюджетного финансирования. Документальные книги о достижениях Института в этих обстоятельствах лишними не будут. Наступил тот редкий случай, когда у всех участвующих сторон цели совпадают.