Разоритель Планет (СИ)
— Где-то двадцать кворонов. Может больше, не знаю.
— Хорошо… Как клан поживает? — перевел тему разговора директор.
— Хах… Клан хорошо. Увлажнители воздуха, хорошее питание помогли моим кворонам более быстро стать… Живыми. Подлинно живыми. Часть даже поправилась. Но… По детям тоскуют. Может, ты как-то сделаешь так, чтобы нам детей перевели сюда? — спросил как-то аккуратно вождь своего клана у вождякорпорации.
— К сожалению, до момента уничтожения МилитариКорп, не могу. Но как только сделаем эту работу, твои квороны будут свободны, только ты поклянешься мне в том, что никогда более не переступишь закона.
Хратер как-то тяжко вздохнул, а после, кажется, улыбнулся, непонятно как, но что-то в нем ощущалось такое, что можно было бы назвать улыбкой.
— Пожалуй, ты прав, Романо. Нас слишком мало теперь для того, чтобы заниматься разбоем, да и… Горький опыт учит тому, что тот, кто живет разбоем — заканчивает жизнь в крематории. Поэтому… Я постараюсь более не переступать закона. Может быть, станем кланом наемников. Только представь. Квороны, которые стали чем-то вроде Жабодава, только для преступности в целом.
— Представляю, — Роберто улыбнулся в ответ. — Хорошо. Можешь идти.
— Спасибо за это, Романо. Ты спас нас, в каком-то плане. Пусть и пришлось сначала разбить нас, — проговорил кворон, выходя из допросной комнаты, а за ним вышел и директор.
…
Вскоре Романо был в кабинете Калинина. Директор был задумчив, а комендант разливал в кружки чай. Да и сам Калинин задумался над тем, что их ждет в ближайшем будущем.
— И какие идеи, Роберто? — наконец прервал тишину Калинин, а Романо помолчал какое-то время, а после посмотрел на своего собеседника и опять опустил взгляд.
— Честно говоря, Иван, не знаю… Мы в редкостной жопе. Я поищу людей везде, где только смогу, но, если считать… Мой личный отряд, включая меня, — это семь человек, плюс бойцов ЧОП где-то двадцать возьму, из твоих кого-нибудь поопытнее человек десять, дальше что-то около двадцати пиратов, вероятно, восемнадцать бойцов Жабодава, некоторые другие наемники. Надо будет привлечь всех, кто известен мне или приближенным. Что думаешь насчет Челси? Могут ли у нее быть полезные связи? — спросил Романо, посмотрев на Калинина.
— Черт его знает, но пообщаться стоит. Я полагаю, надо минимум полторы сотни опытных бойцов.
— Угу… — Роберто в этот момент положил локти на стол, а подбородок на отведенные назад большие пальцы, рот же его был закрыт «замком» из двух ладоней. — Давно меня в такую жопу не загоняло…
— Ты, помнится, как-то говорил о том, что смерть можешь принять спокойно, так почему не примешь? — спросил Иван Калинин, садясь, наконец, за стол.
— Понимаешь, Иван… С одной стороны, да. Смерть для меня — это единственный выход. Эксплуатировать меня, как гребаный таран, они перестанут лишь в случае того, если я стану трупом, но вот одна проблема… Я не хочу сдохнуть тупо из-за заряда ракетницы в транспортник. Люди еще, кроме меня, погибнут. В бою то же самое произойдет, но там больше чести, что ли… В общем, не хочу, чтобы пострадали мирные граждане, поэтому есть только один путь. Через пулю в бою, ну, или во время покушения. Но сам себя заказывать я точно не буду, — Романо говорил это как-то слишком спокойно, но все-таки с какой-то небольшой неуверенностью.
— Угу… — Калинин отпил из своей кружки, а после посмотрел в потолок, откинувшись на кресло. — Я вот что думаю, Романо. Дело дохлое. Нас мало, но ведь всегда можно задействовать военную хитрость.
— Да-да… Мы и так планируем заблокировать часть ЧВК в подземном гараже. Квороны, как я понимаю, могут это сделать. Кроме того, Хратер и другие снайперы выбьют снайперов ЧВК с крыш небоскребов, после этого всю площадь можно считать нашей. Но это ведь еще не все. Штурм офиса будет жарким. И это не стеклянное зданьице, а полноценная цитадель, в том числе с определенными системами защиты. То есть… Пока мы доберемся до переговорной, граждане внутри успеют окопаться.
— Да. А надо не дать им этого сделать. Если я правильно понимаю, пираты имеют судно.
— Да-да… И можно произвести обстрел здания, но это приведет к лишнему шуму, да и имеем все шансы вызвать на себя гнев планетарного командующего, а также всей верхушки местной номенклатуры. Дохлый вариант. Плюс… — в этот момент Романо поднял взгляд. — Мы явно убьем кучу людей, возможно, зацепим гражданских, а это уже проблемы для имиджа корпорации. Сама эта идея — удар по интересам корпорации, но иного варианта у нас нет. Плюс… ПВО, вряд ли корабль подпустят к самому центру города. Собьют.
— Гражданских ты убьешь так и так. Ты же не собираешься совет директоров оставлять в живых? — спросил Калинин как-то странно улыбнувшись.
— Ликвидировать их в мои планы не входило. Лучше поместить их сюда до лучших времен.
— А их не будут пытаться спасти? Одно дело — закрыть здесь бандитов, а другое — уважаемых людей.
— Одно дело — убить бандитов, а другое — убить уважаемых людей, — Романо как-то зло передразнил Калинина, а после снова положил голову на руки. — Как же ты не поймешь, Иван? Если я их хлопну, это приведет к тому, что наша корпорация станет корпорацией, убивающей своих «соратников». Хотя… Это обычное дело, если верить новостным сводкам и прочему. В общем… Я посмотрю на то, насколько эти наши «товарищи» будут сговорчивы. Если что, пустим в расход.
— Ну, ладно… А что скажешь насчет Айскрима? — спросил Калинин слегка вздохнув.
— А что Айскрим? Туда придется лететь, чтобы найти дополнительных бойцов. Вот и весь Айскрим. Ты, может, имеешь какие-то сведения о самих наемниках?
— Единственные наемники, которых я здесь знаю, сидят у меня в тюрьме. Один полностью небоеспособен, ибо ему оторвало ноги, а второму местами раскололи лицевые пластины. Не думаю, что рогарийцы тебе как-то помогут.
— Угу… Хреново. Ладно. Придется идти наощупь. Главное, как-то не быть засеченными в бортовых списках. Наверное, стоит лететь на грузовом корабле, либо… Отправить на Айскрим кого-то из парней. Может быть, самого Жабодава. Или… — в этот момент Романо вспомнил кое о ком. — Что думаешь о Фирсе?
— Ну… Он, конечно, слегка гаденько выглядит, но, судя по действиям, хороший парень. Можно отправить его, но точно не одного. Сам понимаешь. Нижние уровни станций — это не только пристанище наемников, но и место, где ошиваются пираты и прочий криминальный элемент. Я бы на любой нижний уровень с собой взял минимум Билли с шестиствольным крупнокалиберным пулеметом, а лучше турельную платформу, и отдал бы ей приказ стрелять во все, что движется, — Иван говорил это довольно серьезно, но в этих словах все же слышалась доля какой-то несерьезности.
— Не любишь ты нижние уровни, впрочем, это закономерно. Количество скотов там превышает обычный уровень планетарных трущоб. Поэтому… Понимаю, — усмехнулся Романо. — Все-таки Фирс должен отправиться туда. В помощь ему попрошу пойти Милета.
— А у них там не траур по погибшему? — спросил комендант, глядя на директора.
— Траур трауром, а подготовка к бою по расписанию. Плюс… Милет — это авторитетная личность в среде наемников, поэтому… Он должен туда отправиться, — Романо, наконец, взял в руки свою кружку и, приподняв ее для «тоста», сказал: «За твое здоровье».
…
Примерно через два часа директор снова был в своем кабинете. Здесь царил какой-то легкий беспорядок, впрочем… Таким кабинет и был всегда с момента появления в нем Романо. Человек повесил свое пальто в шкаф, после чего обошел свой стол… На нем стояло несколько кружек с остатками недопитого кофе, а под столом лежала пара шприцев от кворонских препаратов. Человек не обратил на это внимания, и сел за свой стол. Мгновение, и был включен прозрачный экран компьютера. Снова на нем были две девушки: одна старше, вторая младше, а на лице Романо появилась слабая улыбка. Он пододвинул к себе экран, а после начал поглаживать лица своих родных грубыми пальцами. В глазах его читалась какая-то глубокая грусть и столь же глубокая задумчивость. Пожалуй, сейчас был один из тех редких случаев, когда директор давал себе время на «подумать». Нет. Он не был человеком ленного ума, и вся прошлая история говорит об этом. Скорее… Скорее, он слишком редко думал о близких, которые были потеряны где-то среди звезд и, скорее всего, навсегда. Последний раз он видел их где-то год назад, если не больше. Жена на тот момент уже изменяла, но офицер в отставке и нынешний «Директор Разорения» (именно так его называли внутри корпорации) был лоялен к ее выбору. Было понятно, что молодой женщине было очень тяжело без сильного плеча и мужской поддержки, а муж находился далеко. Слишком далеко, чтобы быть тем самым плечом, на которое можно положиться, поэтому она и нашла некоего Джонни, который был светловолосым, высоким, голубоглазым мужчиной, фактически полная противоположность жесткосердечного Романо, который внутри отношений не был склонен к тому, чтобы дарить различные цветы или другие бесполезные вещи. Вояка. Что с него взять? Петь романсы он был не способен, но всегда был по-офицерски или по-солдатски исполнителен и склонен к тому, чтобы все было по расписанию. Всегда он был в работе, даже до того момента, пока не вступил в корпорацию, и теперь отчасти жалел об этом. Он любил своих девочек, но потерял обеих. Пожалуй, именно эта потеря и заставила его быть столь бережным и по отношению к Кире, и по отношению к Челси.