Варвар (СИ)

− Извини, − прошептал он, догнав ее.
− Будь осторожней, − посоветовала ему женщина в ответ. – Глупо умереть сейчас из-за болтливого языка.
Пристыженный юноша скривился, опустил голову и замолчал, чем только обрадовал Вилию. Та успела пожалеть, что пошла не одна, и не от того, что молодой человек говорил глупости, − ей было так неловко рядом с ним, что это мешало думать о самых важных вещах. Чувствуя его взгляд на своей макушке и стараясь его не замечать, она шагала с одной улицы на другую, окидывая взглядом немногочисленных прохожих, что всё еще с опаской выходили из дома по делам. Замечая знакомых, она только радовалась тому, что те живы, не выдавая себя, и так дошла до деревянного домика в узком переулке у самой городской тюрьмы и осторожно постучала в окошко.
Не дожидаясь ответа, шагнула к двери.
− Подожди меня здесь, − попросила она молодого человека, не оглядываясь.
− Госпожа! – вскрикнула молодая женщина, выскакивая из дома.
Этой юной девушке не нужно было даже видеть лицо, чтобы по фигуре и манерам узнать Вилию Мардо.
− Здравствуй, Айлита, − прошептала в ответ дочь барона, обнимая свою помощницу по хозяйству.
Кэрол же поморщился. Дочь палача никогда ему не нравилась хотя бы потому, что никогда его не жаловала. Даже сейчас посмотрела строго, кулачки в бока уперла и заявила:
− Снова ты за госпожой таскаешься!
− Он помогает мне, Айлита, не говори так, − попросила Вилия, зная, что эта пара может спорить вечно.
Кэрол даже встал в позу, насупился, но отвечать не стал только потому, что Вилия потащила девушку в дом.
− Поговорить мне с тобой надо очень, − шептала она.
− Да, конечно, − согласилась Айлита, вбегая в крохотный, но убранный домик. – Я сейчас пряники достану, отец где-то раздобыл…
− Не надо, − прошептала Вилия, отбрасывая от лица посеревшую ткань.
Она даже от двери отходить не стала. Просто смотрела на девушку, не зная, как попросить о том, ради чего пришла.
− Вкусные же, − пробормотала Айлита грустно, но видя лицо госпожи, просто подошла к ней, чтобы выслушать.
− Скажи мне, пожалуйста, а твой отец имеет доступ к крепости, пленных он видел? – спросила Вилия, поймав руку девушки.
− Нет, − прошептала Айлита, сжимая руку благородной подруги. – Отца вроде работы не лишали, но в крепости он не бывает: то ли пытки отменили, то ли у них свой человек есть, а отцу, в основном, солдат наказывать приходится.
− Солдат? – переспросила Вилия, не понимая. – Наших?
− Нет, наши в крепости сидят. Эштарских. У них всё очень строго, да и главный зверствует.
− Начальник городской стражи? – тут же спросила Вилия, чувствуя, как сердце замирает от волнения, забывая, что она здесь совсем для другого.
− Нет, − махнула рукой девушка. – Он хороший, по крайней мере, так отец говорит. Он ему нравится, а вот тот, что глава города, вроде как очень жестокий, правда наших солдат убивать, кажется, не собирается − и то радость. А зачем тебе крепость? Туда теперь я сама хожу, еду ношу солдатам, надеюсь, что скоро и к знати начнут допускать, может тогда отца твоего увижу.
Вилия выдохнула и вывернула широкий рукав, чтобы отколоть записку и подать ее вместе с булавкой девушке.
− Айлита, если у тебя будет возможность, передай ему это, − она вложила записку в руку девушки, − или хотя бы передай ему, что мы с Ароном живы и любим его.
− Хорошо, − без страха и сомнения согласилась девушка, улыбаясь.
− Только не рискуй, смотри как будет лучше и безопаснее. Не хочу, чтобы ты пострадала, − продолжала Вилия, видя беспечность в карих глазах подруги.
Дочь палача явно ни о чем не тревожилась, спокойно рассматривала булавку и не слушала подругу.
− Она что золотая? – спрашивала она. – Золотая же…
− Я не знаю, − призналась Вилия растерянно.
Она так много думала о судьбе отца, что действительно не обратила внимания на булавку, которую схватила.
− Ну или точно позолота! Красивая! Можно я ее себе оставлю?
Вилия только кивнула.
− Спасибо! – с восторгом воскликнула Айлита и снова повисла на шее женщины. – Я всё сделаю, не волнуйся, может теперь пряника?
 
− Нет, − прошептала Вилия, почувствовав внезапно усталость, тяжестью упавшую на плечи. – Мне надо идти, а ты, если хочешь, приходи как-нибудь во «дворец» Вангура, я теперь там живу.
− С этим?! – ужаснулась девушка, отступив.
− Нет, − прошептала Вилия. – Совсем нет, но мне надо идти. Приходи, только днем и я всё тебе расскажу.
− Хорошо, − пообещала Айлита. – Я обязательно приду.
Только теперь тень легла на ее веселое лицо. Став серьезной, она кивнула и сдержанно махнула подруге, когда та уходила прочь в компании хмурого Вангура-младшего.
Едва Вилия успела вернуться домой и с невозмутимым видом заняться домашними делами, как на пороге появился хозяин дома с ее младшим братом.
− Я, правда, могу сразу ее подарить? Сегодня? – спросил Арон, глядя на небольшой ящик в руках эштарца.
Ему всё еще не верилось, что они действительно купили дорогую, совершенно бесполезную вещь для его сестры.
− Поступай как сочтешь нужным, − ответил Энрар, ставя ящик на небольшой стол в столовой. – Это ведь твой подарок.
− Наш! – исправил восторженно Арон, едва не прыгая на месте.
Он действительно любил сестру и всегда мечтал сделать ей подобный подарок.
− Подождите, я ее сейчас позову, − попросил мальчик и поспешил в сторону кухни.
− Я лучше пойду, − сказал Энрар растерянно.
− Как это? – спросил Арон, обернувшись. – Неужели вы не хотите увидеть, как она обрадуется?
Энрар нахмурился, отрицательно покачал головой, понимая, что в груди что-то кольнуло от мысли об улыбке на женских губах.
− У меня есть еще дела, − ответил коротко эштарец, спеша удалиться.
Энрар и сам не понимал, что с ним творится. Мысли о том, что Вилия дочь барона и ее могут у него отобрать, странным образом будоражили сознание. Он хотел увидеть ее реакцию, хотел увидеть ее радость, но внутреннее смятение лишало всякой уверенности. Он хотел просто уйти, но, выйдя в гостиную, решил задержаться, чтобы хотя бы услышать ее слова.
− Идем, ты должна это увидеть, − уговаривал ее Арон.
Забежав на кухню, он оторвал сестру от готовки и буквально силой привел в столовую.
− Это что? – спросила Вилия, глядя на ящик.
− Подарок! – объявил Арон.
Мальчик сам подбежал к ящику, открыл небольшой затвор и откинул крышку, тут же отступая.
Вилия приблизилась к столу и развернула бархатистую ткань, которой была прикрыта кукла. Глядя на рыжую девочку из фарфора в голубом платье с кружевным подолом, женщина только выдохнула. Она действительно много раз смотрела на эту куклу, считая ее очень красивой, но что с ней делать, никогда не знала.
«Бесполезная вещь», − говорила она себе всякий раз, когда проходила мимо лавки, а теперь говорила то же самое, хмурясь.
− Откуда это? – спросила она у Арона, воспоминая о том, что говорил Кэрол о лавке отца.
«Неужели он как-то узнал и решил подарить мне через брата, − с ужасом подумала женщина, жалея, что попросила юношу о помощи днем. – Нельзя давать ему никаких надежд».
− Эштарец купил, − радостно заявил Арон. – Он хотел, чтобы это был мой подарок, боялся, что от него ты не примешь, но он хотел тебя порадовать.
Энрар, слушавший это, выдохнул, качая головой, и обернулся, чтобы взглянуть в тонкую щель приоткрытой двери. Он видел, как изменилось лицо Вилии. Став в позу, женщина недовольно посмотрела на брата, а счастливый Арон не думал униматься.
− А еще вот, смотри! – воскликнул он, снимая с перевязи меч. – Настоящая авелонская сталь, и он мой, представляешь? Здорово же!
 
Обнажив меч, он положил ножны на стол, стал изображать боевые стойки и выпады, старательно демонстрируя красоту своего оружия. Мальчик ловил солнечный свет, чтобы тот мог отблеском пробежать по лезвию. От этого зрелища по коже Арона пробегали мурашки.
− Почему ты принял его? – строго спросила Вилия, закрывая ящик с куклой. – Это дорого.