Суженая для Темного. Попаданка из пророчества (СИ)

— Для вас, благородный господин, мы завсегда отыщем превосходную комнату! — от радостного волнения мужик зашепелявил ещё сильнее, — Прошу следовать за мной! Я лично провожу вас с вашей очаровательной спутницей в самые лучшие покои нашего старинного, уважаемого заведения!
Очаровательная спутница? Я еле удержалась от того, чтобы недоверчиво хмыкнуть, и продолжила притворяться спящей — уж очень приятно было находиться в надёжных объятиях Хэча.
Мы поднялись по ступенькам, чуть слышно скрипнула дверь.
— Пр-рошу!
Будто в царские палаты приглашает. Глаза почувствовали, что стало темнее, но тут же вспыхнул свет.
— На ужин благородные господа спустятся или подать в комнату?
— Мы спустимся. Ступай.
— Да, господин. Благодарю, господин. Приятного вечера, господин.
Казалось, что при каждом слове хозяин гостиницы низко кланялся и отступал на шаг, пока, наконец, не исчез за дверью. Стало тихо-тихо.
И в тот же миг мой рот оказался в плену крышесносного поцелуя — ласкового, томительно-тягучего, словно душистый прозрачный мёд. От неожиданности губы разжались, и поцелуй стал более глубоким, напористым, страстным. Солнечное сплетение окутало нежное тепло — магические лучи ожили и устроили танец, то закручиваясь, то раскручиваясь в спираль всё расширяющегося вихря. Я буквально тонула в невероятно острых ощущениях, но едва распахнула глаза, чтобы увидеть лицо мага, он тотчас отстранился.
— Что это значит? — прошептала в полнейшем недоумении, глядя в чёрные глаза, которые в таинственном свете магических огоньков сверкали ярче драгоценных камней.
— Ты была истощена. Поцелуй — самый быстрый и надёжный способ передать силу, — невозмутимо ответил мужчина, бережно опуская меня в кресло.
Настоящее мягкое, обитое бархатом кресло! Да ничего себе! Я так удивилась обстановке, что забыла обидеться на слова Хэча. Убранство комнаты разительно отличалось от той, в которой мне довелось переночевать: шикарная резная мебель, тяжёлые портьеры. Кроме пары кресел, здесь наличествовали двуспальная кровать с пафосным балдахином, столик и приземистый шкаф. Всё от лучших дизайнеров этого мира — тех, что творят под девизом «дорого-богато».
Но Хэч оборвал на корню знакомство с интерьером:
— Объясни, что произошло?
— А что произошло? — «непонимающе» похлопала ресницами.
Маг взял мою пострадавшую руку и бесцеремонно перевернул ладонью вверх. Вместо ожидаемых волдырей я увидела тоненькую, нежную кожу милого розового цвета. Ожог пропал!
— Спасибо, что вылечил! — благодарно улыбнулась магу, — Я…
— Не увиливай, — жёстко оборвал мой не в меру чуткий целитель, — что произошло во время проверки?
— А разве ты не видел? — прикинулась дурочкой.
Но, похоже, роль дурочки мне не по силам, во всяком случае, когда дело касается Хэча.
— Эйвери, помост отрезан магически. Зрители видят урезанную версию событий. Уверен, ты это поняла, едва ступила на лестницу.
Н-да. И не скроешься, не спрячешься. Откуда он всё знает?
— Говори правду, — потребовал мужчина.
Ещё и глянул угрожающе. Так, будто вовсе не он пару минут назад таскал на руках и нежно целовал.
— Хэч, всё не так, как ты думаешь.
Ну вот, попыталась сказать правду. Попыталась выговорить: «Хэч, они меня ищут». Без толку. Бабка — или кто там наложил заклятие? — дело своё знали и сделали его качественно. Слишком качественно.
— Эйвери, — тихо и устало произнёс маг, почему-то до чёртиков напугав таким настроением.
— Да откуда я знаю, что произошло? Просто камень, который тот мужик назвал Проявителем, раскалился, стоило положить на него руку. А я побоялась её отдёрнуть — вдруг чего-нибудь не то подумают и убьют? Вот и заработала ожог!
Меня внезапно прорвало — весь накопленный на эшафоте стресс, полился обильным потоком, грозя смыть Хэча за дверь комнаты:
— Даже ты! — обвинительно ткнула пальцем, — Вроде и помогаешь, но всё время думаешь про меня что-то плохое, в чём-то подозреваешь! А я ни в чём не виновата! Я ничего плохого не делала! Никому зла не желаю! За что ты со мной так? Смотришь — будто хочешь убить! Так не любят! Если это любовь, тогда любви просто нет на свете…
 
Раскрасневшаяся от обиды и праведного гнева я мячиком вскочила с кресла, бросилась на безразмерную кровать и зарыдала, уткнувшись в прохладный нежнейший шёлк покрывала. Ох, как же, порой, важно хорошенько проплакаться! Причём не обязательно долго, главное — от души.
Самое интересное, что маг не стал прерывать пламенную речь обиженной девушки. И слёзный потоп переждал молча. Когда меня отпустило, я обнаружила его сидящим в кресле — мужчина подбрасывал и ловил правой рукой светящуюся зелёным сферу. Весь такой расслабленно-невозмутимый.
— Успокоилась?
Я кивнула, с опаской глядя на магическую штуковину. Неужели собрался пытать?
— Любовь, Эви — это не только поцелуи, — очень серьёзно сказал маг, лёгким движением распылив сферу на мельчайшие частички, которые цветасто вспыхнули и погасли, — Любовь — это прежде всего ответственность. Поэтому рассказывай по порядку — что произошло во время проверки.
С ума сойти… Неужели и правда любит? И спрашивает не потому, что думает гадости, а потому что хочет помочь? Я смотрела на его мужественное, чуть уставшее лицо (немудрено, сколько времени он таскал меня на руках?), тонула во тьме чёрных глаз, физически ощущала эти резные, чётко очерченные губы на своих губах и не могла выговорить ни слова, мечтая только об одном — чтобы он вновь оказался рядом… И маг будто считал моё желание — вплотную приблизился неуловимым, гибким движением хищника, превратив меня в маленького, загнанного в угол зверька, замирающего от восторга и страха.
— Эви-и, — дразняще прошелестел его голос, — не смотри на меня так.
Тёплый горьковатый мужской запах манил, отключая мозги, заставляя совсем потерять и без того потерянную голову.
— Ты… ты говорил, что нам нужно держаться подальше друг от друга, — прошептала в ответ, чувствуя поднимающийся снизу вверх испепеляющий жар, — Ты сам себе противоречишь.
Хэч будто не слышал — его рука уверенно и неторопливо блуждала по моему телу, отчего сердце то замирало, то пускалось в хаотичный пляс, а магия в солнечном сплетении вновь закружилась в безумном вихре. И место такое… подходящее… для первого раза.
Маг зарылся ладонью в мои волосы, глубоко вдохнул, словно наслаждаясь ароматом чудесного весеннего цветка и тихо выругался.
— Твой запах кружит голову и сводит с ума, — сказал обвиняюще, опалив горячим дыханием чувствительную кожу шеи, — Твоя близость сбивает с толку и заставляет совершать ошибки.
Мы смотрели друг другу в глаза, не в силах разорвать притяжение, которое опутывало нас тончайшей паутиной… Неумолимое время отсчитывало мгновения… Ближе… Ещё ближе… Затем маг провёл ладонью по лицу, будто смывая наведённый дурман, и резко поднялся, оставив после себя ноющую пустоту. Я даже поёжилась от навалившегося холода и глубокой тоски, от которой хотелось завыть в голос.
Успокаивало одно — он чувствует то же самое.
— Эйвери, ты уверена, что во время проверки не произошло ничего, о чём мне стоит знать? — всё ещё хрипловатый от страсти голос отозвался в солнечном сплетении лёгкой вибрацией.
— Тот маг странно на меня смотрел, — выдохнула своё единственное опасение, — Когда я спускалась по лестнице, обернулась, и мне не понравился его взгляд.
— Хорошо, — кивнул Хэч и больше никак не прокомментировал мои слова, но чёрные глаза так недобро блеснули, что я как-то сразу успокоилась.
Если появится необходимость, он разберётся. По крайней мере, пока находится рядом. Что будет потом, думать не хотелось от слова совсем. А если думать, то придётся забиться с головой под эти шёлковые простыни и не вылезать до скончания времён.
В этот момент мой желудок выдал протяжную руладу, ворча на нерадивую хозяйку, которая совсем не заботится о своевременном питании, и маг, стоявший в задумчивости, встрепенулся.