Хранитель дракона

– Нет, я тебе поражаюсь, – Лекс явно был крайне не в духе. – Оказалась в чужом мире, только что чуть когтистая тень не убила. А ты преспокойно ложишься спать. Зря я считал, что в вашем дуэте именно дракон неадекватный, очень ошибся. Вот чему ты сейчас мечтательно улыбаешься?
– Тому, что завтра уже окажусь далеко от одного невыносимого зануды, – я уже легла, удобно закуталась в одеяло и закрыла глаза.
Уже сквозь сон услышала слова Клементины:
– Вы так забавно друг с другом общаетесь.
Лекс ей что-то ответил, но я не услышала, провалилась в сон.
Остаток ночи прошел без злоключений. Ну или я их проспала. А утром меня разбудило хрумканье над самым ухом. Спросонья испугавшись, я тут же открыла глаза и подскочила. Шлепнувшийся с кровати на пол Гринфрог возмутился:
– Ты чего пихаешься?! Я чуть не подавился!
Одеяло усеивали крошки, да и в лапках дракон держал сразу три надкусанных печенья. Все еще плохо соображая, я огляделась по сторонам. Мда. Вчерашнее мне, к преогромному сожалению, не приснилось… Я по-прежнему в другом мире. Ну ничего, сегодня решу этот вопрос.
Лекса в комнате не было. Клементина пока еще спала, свернувшись в кресле, зато Гринфрог громогласно хрустел печеньем и сорил крошками на ковре.
– Ты где печенье взял? – нахмурилась я. – У Лекса стащил?
– Я? Стащил? – дракончик ужаснулся. – Да как ты могла такое обо мне подумать! – и как бы между прочим добавил: – Я всего лишь немножко позаимствовал. Клементина бы точно меня угостила, ну а мнение всяких невежливых Лексов меня не интересует.
– Слушай, ну нельзя же брать чужое!
– Печенье я съел, так что теперь оно уже никак не чужое, а очень даже мое собственное, – Гринфрог деловито отряхнул лапки от крошек.
Попытался снова вскарабкаться на кровать, но я его не пустила. Вытряхнула одеяло и озадачилась, где бы здесь взять веник.
– Ты что ищешь? – полюбопытствовал дракончик, наблюдая за моими исследованиями комнаты.
– Чем бы крошки смести. Веник какой-нибудь.
– Так а ты в рюкзаке у себя посмотри, – он прыснул в кулачок. – Он у тебя явно полон сюрпризов.
Я тут же вспомнила запущенный в Лекса будильник, и сразу стало стыдно. Понятно, что ситуация тогда была безвыходная, но все равно очень некрасиво получилось.
– А где Лекс?
– Это в продолжение темы «чем бы крошки смести»? – ухихикивался Гринфрог.
Я даже отвечать не стала. Казалось, этот вредный дракончик вообще не умеет общаться серьезно.
Через несколько минут поисков раздобыла в ванной щетку для ковра и маленький совок. Аккуратно смела уже все крошки, в последний миг заметила, как под кроватью что-то блеснуло. Потянувшись, я достала металлический кругляш, диаметром сантиметра четыре. С одной стороны совсем гладкий, а с другой с выгравированным сложным знаком.
– Как думаешь, что это такое?
С любопытством разглядывая находку, Гринфрог пожал плечами. Предположил самое очевидное:
– Монетка?
– Может, и монетка. Вдруг у местных именно такие деньги, – я сразу потеряла к найденному интерес.
Оставив монету на столе, я закончила с уборкой крошек и только было собралась умываться и переодеваться, как вернулся Лекс. Даже здороваться не стал, чуть ли не с порога сообщил:
– Я добрался до университетской стражи. Оказывается, магическая защита стоит уже третий день, так что абсолютно невозможно, чтобы какая-либо темная сущность сюда пробралась.
– И что это значит? – озадачилась я.
– Это значит, что либо у нас ночью была коллективная галлюцинация, либо где-то на территории университета есть тайная лазейка для всякой пакости. В общем, стражи мне не поверили. Снисходительно похлопали по плечу и посоветовали не злоупотреблять зельями, – Лекс мрачно усмехнулся.
– А если позвать их сюда? Уж все эти следы от когтей – хоть как доказательство!
– И нас же с тобой заставят платить за порчу университетского имущества. Понимаешь, загвоздка в том, что следов сторонней магии вообще не осталось. Так что ничего мы доказать не сможем, – подытожил он. – Ладно, разберемся. Я предлагаю сейчас к распорядителям, они уже на месте, а наплыва студентов пока нет. Потом будет вообще не пробиться, сегодня же последний день зачисления, все припоздавшие примчатся.
 
– Да, конечно, идем, – тут же воодушевилась я. – Сейчас, переоденусь только, – схватилась за рюкзак.
– Надеюсь, у тебя там есть что-нибудь поприличнее вчерашнего облачения? – усмехнулся Лекс.
– Мое облачение очень даже прилично для моего мира, – парировала я.
– Твой мир теперь этот, привыкай.
Нет уж, привыкать я не собиралась. К счастью, в рюкзаке нашлись джинсы и кофта. Прихватив их, я в ванной переоделась и заплела волосы. Когда вышла, Лекс наставлял проснувшуюся Клементину:
– Подождете нас здесь, никуда не высовывайтесь. И проследи за мелким пакостником, чтобы не буянил.
Гринфрог на это даже не фыркнул, он снова грыз печенье, и оно его сейчас явно волновало больше, чем что-либо вообще.
– Все, я готова, – я обула балетки.
Лекс смерил меня неспешным оценивающим взглядом, но критиковать на тему «приличности» все же не стал, хотя явно такой порыв был.
– Пойдем.
Видимо, сейчас еще было совсем рано, коридор пустовал и царила тишина. Пока мы с Лексом шли к мерцающей арке, я несколько раз опасливо оглянулась.
– А не страшно драконов одних оставлять? А вдруг кто-то опять нападет?
– Мне куда-то страшнее, что доев печенье, твой вороватый пузан начнет грызть мебель.
Мне насмешливый тон Лекса вот совсем не понравился.
– Во-первых, он не пузан. Во-вторых, он не вороватый, просто голодный. Компенсирую я тебе это разнесчастное печенье, не переживай. Вон будильник взамен оставлю.
– О, да, – хмыкнул Лекс, – компенсация что надо.
Мы как раз подошли к арке с мерцающей завесой.
– Пользоваться переходами умеешь?
– А это еще и уметь надо? – озадачилась я. – Вообще нас и так сюда доставило.
– Доставило благодаря магическому бланку. Для самостоятельного перемещения нужно умение, – но он не стал мне расписывать, что да как. Просто взял за руку и шагнул вперед.
Мы понеслись по светящемуся туннелю, несколько раз по пути сворачивая то в одну, то в другую сторону. Так добрались до очередной арки и уже через мгновение были в зале распорядителей.
Тут и вправду пока царило затишье, студенты пока не набежали. Мужчины за столами походили на сонных мух. Кто-то перебирал бумаги, кто-то общался с коллегами.
– Который? – спросил у меня Лекс.
– Вон тот, с бородкой.
Мы направились к нужному распорядителю. Он, едва не зевая, раскладывал бланки на своем столе по цветам, часть из них отправляя парить под потолком.
– Здравствуйте, – первым делом поздоровалась я. – Мы к вам по важному вопросу.
Лекс даже приветствовать не стал, протянул мужчине два наших бланка.
– Вы по ошибке девушку ко мне в комнату подселили.
– Как так? – усомнился распорядитель. – Быть такого не может! – выхватил бланки и принялся внимательно вчитываться.
– Кхм… Ну надо же… – замялся он чуть тише, опасливо поглядывая, не слушает ли кто из коллег. – Что уж тут скажешь, работы много, студенты толпой прут. И вообще, вы могли бы быть и повнимательнее, – сердито глянул на меня. – Ладно, я заработался, но сами куда смотрели.
– Она – иномирянка, – парировал Лекс. – Откуда ей было знать, что вы ошиблись. Толку искать виноватых, теперь исправлять ошибку нужно.
– Исправлять, исправлять… – пробурчал мужчина, рассматривая бланки и так, и эдак. – Все уже утверждено высшим руководством. Теперь только два варианта. Первый: прямо сейчас отчислить вас обоих из университета.
– Да! – обрадовалась я.
– Нет! – одновременно возмутился Лекс.
– Нужно вернуть меня в мой мир, – спешно добавила я. – И желательно прямо сегодня, а то у меня там дела крайне важные.
– И что же, ты думаешь, тебя отсюда выгонят, и ты таким образом сразу домой вернешься? – раздраженно смотрел на меня Лекс. – Да тебя просто на улицу выставят! Вот и представь при этом свои перспективы на будущее.