Проклятый ранкер (СИ)

Спустя полминуты ещё один из бойцов оказался смертельно ранен. Два арбалетных болта ударили ему в грудь и были остановлены высокотехнологичной бронёй, но один, отскочив от поверхности брони, угодил куда-то в область горла, где защиты было меньше.
Ранкер сосредоточил своё внимание на основной группе неумирающих, атакуя их заклинаниями, а тем временем прямо со спины к нему подбирался враг. В отличие от прочих, тот двигался на четвереньках, а на спине у него была белоснежная шкура, сливающаяся со снегом. Даже я, наблюдающий за схваткой со стороны, заметил угрозу совершенно случайно, что уж говорить про пробуждённого, увлечённого схваткой.
Тихо выругавшись, я тоже побежал, стараясь выйти незамеченному отрядом противнику наперерез и собираясь помешать тому напасть на ранкера. Но попытка помочь сыграла со мной злую шутку, потому что, когда я проделал уже добрую половину пути, один из бойцов заметил мчащуюся к их позициям одинокую фигуру и, недолго думая, открыл по ней огонь.
В этот раз пули просвистели в опасной близости. Настолько опасной, что одна из них черкнула мне по руке, оставляя глубокую царапину.
— Вот же придурки! — прорычал я, рухнув в снег. Повезло, что это был один из простых солдат, а не ранкер. Если бы он ударил по мне магией — пиши пропало.
— СВОИ! — крикнул я, пытаясь дать им понять, что не враг, но безрезультатно. Возглас утонул в шуме автоматной стрельбы.
Поняв, что по мне никто больше не стреляет, я высунулся из снежного укрытия и быстро нашёл взглядом треклятого нежить-скрытника. От него до ранкера было метров десять, не больше, и пробуждённый по-прежнему его не замечал.
— Дерьмо… — буркнул я.
Мне всё это сильно не нравилось, но и не помочь людям я тоже не мог.
Пробуждённый перестал бить «малыми» заклинаниями, и явно готовил что-то убойное, способное вывести из игры всех врагов разом. Он сделал странные жесты руками перед собой, а затем между его ладонями стал формироваться маленький сияющий шар. Тот пульсировал, словно маленькое солнце, и судя по тому, каким напряжённым стало лицо мужчины, это заклинание давалось ему с трудом.
— Чёрт… почему они просто не уходят? Почему сражаются?
Скрытник поднялся из снега, и в его руках что-то блеснуло. Нежить, сообразив, что маг что-то задумал, усилили натиск, и у солдат просто не было возможности, чтобы смотреть ещё и назад. Необходимо было удержать противника на расстоянии, чтобы дать закончить их лидеру начатое заклинание. Тем самым они открывали скрытнику идеальную возможность ударить, когда никто подобного не ждёт. С другой же стороны, они перестали смотреть в мою сторону.
Я, больше не таясь, что есть сил бросился тому наперерез. На моё счастье, нежить в белом, как и его будущая жертва, слишком мало смотрели на тыл, позволяя мне без особых проблем до него добраться. Лишь когда он уже собирался нанести свой подлый удар, скрытник заметил, что к нему подобрались, и резко скакнул назад, едва не вонзив кинжал мне в лицо.
Спасла меня «мёртвая» рука, которую я рефлекторно выставил перед оружием. Казалось бы, конечности у меня уже давно не было, и этих рефлексов не должно быть, но глядишь — всё получилось иначе.
Клинок неумирающего не без труда пробил плотную кожу, пронзив конечность насквозь. Потекла серебристая кровь, но боли при этом я не почувствовал. Поняв, что промахнулся, он с какой-то неимоверно чудовищной быстротой попробовал ударить меня вторым кинжалом, но в этот раз я был к такому готов и ударом меча отсёк тому кисть.
Взревев и гневно сверкнув своими жуткими зеркальными глазами, он пнул меня в грудь, отбрасывая на добрых метров пять. Удар был болезненным, выбивающим воздух из лёгких, но когда я получал такие удары от Дреймоса, то было гораздо, гораздо хуже. Сразу на практике чувствовалось, что пробуждение сделало меня сильнее и крепче. Рывком я поднялся на ноги и тут же прыгнул в сторону, уходя от огня одного из солдат, который заметил потасовку у себя в тылу.
Скрытника прошило насквозь, но толку от этого не было практически никакого. Отсечённая рука и то была куда более серьёзным уроном, чем эта свинцовая очередь. Он её словно и не заметил, бросившись к ранкеру, но уже было поздно. Шар в его руках ярко вспыхнул, а следом подобно пущенной из лука стреле рванул в небо, оставляя едва видимый световой след.
 
Что что-то произошло, поняли практически все, отчего схватка мгновенно прекратилась.
— К машине! — бросил ранкер и сам припустился к БТРу. Четверо его людей, не мешкая, поступили точно так же. Мы с нежитью на удивление синхронно переглянулись, так что я вновь увидел это искажённое несколькими смертями лицо мужчины, превратившееся в морду монстра, в которой с трудом угадывались изначальные черты, и тоже бросились, только в разные стороны. Я — к людям, он — прочь, обратно в снег и лес, собираясь, по всей видимости, скрыться от добычи, которая оказалась ему не по зубам.
Ранкер словно только сейчас заметил меня, вскинул руку, и я будто в замедленной съёмке увидел, как что-то заискрилось у него между пальцев.
— Я свой! — что есть силы крикнул я, ожидая прямого магического удара, но молния прошла в опасной близости от меня и ударила куда-то за спиной. Обернувшись, я увидел подпалённую спину скрытника, пытавшегося сбежать, но всё же не успевшего это сделать.
— К машине! Сейчас накроет! — крикнул пробуждённый, махнув рукой и одновременно с этим творя какое-то заклинание.
Через секунду БТР окружил мощный магический барьер, а поверх него ещё один.
Затем «Накрыло».
Я понятия не имел, что это было за заклинание, и уж тем более никогда не доводилось видеть чего-то подобного. Не было во время рейдов, в которых я участвовал, настолько сильных пробуждённых. Небо над нашими головами буквально взорвалось, вспыхнуло, а затем на землю полился огненный дождь, каждая из капелек которого при контакте с землёй взрывалась.
Первый барьер был уничтожен меньше, чем через секунду, но ранкер тут же его восстановил.
Длилась эта магия недолго, секунд пятнадцать-двадцать от силы, но разрушения были просто ужасающими. Все дома в деревне были разрушены, от жара, вызванного взрывами, снег превратился в пар, и посреди всего этого стояли мы.
— Охренеть… — тихо пробормотал я, оглядываясь по сторонам. Затем повернулся к людям и… тут же схлопотал удар в морду, едва не выбивший мне зубы. Так ведь ещё и кулак был в защите, что не добавляло приятных ощущений. — Я свой, что тебя!
— Это уже я сам буду решать, — ответил мне пробуждённый, наставив на меня открытую ладонь, в центре которой что-то искрилось. И тут я понял, что если хоть дёрнусь, то от меня мокрого места не останется. — Пятый, шестнадцатый, найдите маяк. Живо! Пока на шум не сбежались ещё эти уродцы.
Двое бойцов, не обращая внимания на дым, резво бросились в сторону одного из разрушенных домов. Кажется, когда я впервые увидел этого ранкера, он выходил именно из него.
Вот вам и благодарность за помощь… Чтобы я ещё раз…
На меня ранкер словно и внимания не обращал, просто держал «на мушке», а сам внимательно следил за силуэтами подчинённых, копающихся в обломках дома. Спустя примерно минуту те вернулись к бронемашине с каким-то слегка помятым металлическим ящиком в руках.
— Его под стражу, — бросил командир, рассеивая заклинание и забрав у бойцов ящик.
Мне, пока что, оставалось лишь гадать, что именно находится внутри.
Тут же двое бойцов весьма грубо подняли меня на ноги и надели наручники. Я пока что не сопротивлялся, всё ещё надеясь прояснить ситуацию, да и всё равно вряд ли что-то мог бы сделать, уж очень сноровисто действовали бойцы. Судя по эмблемам на форме, они принадлежали к гильдии «Буревестников». Скорее всего, они тут на задании и опасаются, что я буду им мешать. Правда, странно думать о подобном в таком-то месте.
Тем временем ранкер открыл бронированный ящик и достал оттуда какой-то высокотехнологичный прибор. Нажал там на кнопки, после чего бросил его на землю в доброй сотне метров от нашей позиции. Просто швырнул как мяч, не особо заботясь о его целостности.