Отвязный (СИ)

— Звучит безобразно. Ты уверена, что изображаешь меня? — Она соскакивает и танцует, размахивая руками, напоминая мне о танце в гирляндах. Ее волосы рассыпаются по плечам, и она активно ими трясет. Китайские палочки летят в разные стороны, да и черт с ними. Раз моя девочка хочет повеселиться, встаю и танцую вместе с ней. Подпрыгиваю в такт несуществующей музыке, она хохочет и прижимается ко мне. Затем веду ее в медленном танце. Прямо посередине дорожки, все оглядываются. Плевать, мы делаем то, что хотим.
— Я буду скучать по тебе. И каждую ночь писать непристойные сообщения. — Шевелю бровями.
— Ты будешь слишком уставшим, чтобы произнести хоть слово, — убеждает она меня.
— Сомневаюсь и очень надеюсь на фото интимного характера. Ты ведь можешь сфотографировать себя в зеркале? — Прикусываю губу и широко открываю глаза.
— Это может увидеть кто-то из твоего окружения. А что если ты будешь спать в этот момент? — А вот об этом я не подумал.
— Да, думаю, лучше я буду отправлять тебе свое тело, а ты будешь облизывать экран и сокрушаться, что не написала долбанное эссе. — Показываю ей, что пора идти.
— Никто не станет с утра будить меня диким воплем, шумом из кухни и стягиванием одеяла, — говорит она.
— Согласен, это грустно. — Указательным пальцем потираю нижнюю губу. — Что мне сделать, чтобы ты быстрее приехала?
Она хитро на меня смотрит, и я вижу, что она хочет меня. Я сдохну без нее, но не могу сейчас себе в этом признаться просто потому, что буду ныть, как девчонка. Да я уже ною в душе. Не судите меня строго. Мы всего ничего вместе, и нам хорошо в нашей тихой гавани. Лучшие моменты моей жизни. Я готов на то, чтобы кружево ее платья окутало мою шею. Я уверен в этом.
  
Глава 16
 
КЕЙТ
«Привет, детка».
«Привет, сладкий».
«Как прошел твой день?»
«Муторно и невыносимо тяжело без твоих бесконечных шуток. Как твой?»
«Мы на бэкстейдж только что отрепетировали. Все хорошо».
«Как вас встречают на концерте?»
«Посмотри MTV. Отрываемся по полной. Я даже пару раз прыгнул в толпу фанатов».
«Надеюсь, это безопасно».
«Прости, я должен бежать. Скоро увидимся. Люблю тебя».
«И я тебя».
Вот так и проходят дни. Мы переписываемся пару минут, и тут же он исчезает. У него напряженный график, а я изнываю от тоски по нему. Вся эта звездная жизнь не по мне. Сегодня я должна получить оценку по своей последней работе и от этого будет зависеть моё ближайшее будущее.
Никогда бы не поверила, что буду до такой степени скучать по Тайлеру. Его присутствие буквально везде. Я сплю на его подушке и не меняю белье. Банально. Но это невыносимо: находиться в его квартире и не видеть его рядом.
Я не смотрю музыкальные новости, почти уверенна, что ему припишут роман с какой-нибудь дивой. Мне лишние переживания ни к чему. И я доверяю ему полностью. Что бы ни произошло, он не поставит меня в неловкое положение, я в этом убеждена. Эти дни больше похожи на моё отшельничество. Я подтягиваю хвосты и готова в любой момент сорваться.
— Кейт, мы едем к нашим мальчикам! — кричит Эш с нижнего этажа.
Я подпрыгиваю на месте от неожиданности и выбегаю из комнаты.
— Ты смотрела результаты? — С надеждой смотрю на нее.
— И мы сдали, хвала Господу! — Размахивает результатами эссе перед моим лицом и танцует.
Выхватываю лист и громко охаю. Высший бал! У меня А+! Да не может этого быть! Перепроверяю свою фамилию и восторженно кричу. Эштон швыряет в меня подушку с дивана, я ловлю ее на ходу и отправляю ей назад. Она запрыгивает на диван и прыгает, что есть силы.
— Не могу поверить, что ты сама выстрадала свою последнюю работу. Такое нытье профессор читал, наверное, с содроганием сердца, — кричит Эштон.
Устало сажусь на кресло и закидываю голову назад. Улыбаюсь сама себе. Это невероятно. Я излила на несколько страниц все свои чувства, которые испытывала после отъезда Тайлера. И это действительно похоже на мелодраму всей жизни. Если еще взять во внимание, что я плакала во время процесса. Так можно рехнуться.
 
— Собирай чемоданы. Я узнаю, есть ли билеты на самолет. Мы не выдержим десять часов в машине. Я не настолько хороший водитель. — Эштон бежит за ноутбуком, а я так и сижу в прострации, фотографирую свои достижения и отправляю Тайлеру. Но ответа нет. И, естественно, я понимаю, что он в данный момент на выступлении.
Тяжело поднимаюсь и иду в комнату, осматриваю свой гардероб. Интересно, что необходимо взять с собой, чтобы выглядеть прилично? Беру длинную юбку в готическом стиле и к ней рубашку с рукавами фонариками, облегающие «сигаретки» и тунику с ярким рисунком на спине. Оглядываюсь в поисках достойной обуви. Так, мне нужны сланцы и балетки. Не хочу передвигаться на каблуках, наверняка, я сверну себе шею. Укладываю все это в спортивную сумку, когда заходит Эш.
— Билетов нет, — отрезает она.
— В смысле нет? Совсем? — возмущаюсь я.
— Совсем нет. Теперь я чувствую, что нам нужен план «Б». — Эштон оглядывает комнату и останавливает свой взгляд на моих вещах. — Это все, что ты собралась с собой взять?
Смотрю на нее непонимающим взглядом.
— И что? Еще пару джинсов и футболок и этого достаточно. — Минимализм — это мой стиль.
— А платья? Это же Лос-Анжелес, ты ведь не сможешь двигаться там в сланцах. Согласись, это больше в стиле Тайлера, — хмурится она. — А еще то красивое белье возьми. Мало ли.
Закидаю в чемодан еще пару вещей и нахожу пустой флакон без наименования из-под лекарства.
— Что это? — спрашиваю Эштон.
— Без понятия. Там есть название? — Протягивает руку и забирает у меня флакон.
— Странный флакон. — Она озадаченно смотрит на меня, а я развожу руками. — Наверняка это не твоё, ведь так?
— Ты думаешь, что там были наркотики? — спрашиваю ее в лоб.
Она молчит и все еще пялится на предмет в ее руках. Открывает его и нюхает.
— Пахнет чем-то сладким. Это не метамфитамин, точно. — Пожимает плечами. — Что? У меня был друг наркоман. Я точно знаю запах мета.
— Тогда что это? Я видела, как Тайлер прячется, чтобы выпить их. И довольно часто. — Может, лекарства?
— Бред, для чего ему прятаться, тем более от тебя. — Пока мы гадаем, у Эштон приходит сообщение на телефон.
— Ох, я не могу это пропустить. Садись. — Она хватает пульт от телевизора и включает MTV. — Сейчас начнется выступление.
Я во все глаза разглядываю огромную сцену. Операторы крутятся и со всех сторон показывают разные ракурсы. Я вижу, как Тайлер выходит на сцену стадиона без рубашки в черных штанах и разговаривает со зрителями. Он объясняет, что их группа на разогреве. И они счастливы выступать перед таким количеством фанатов легендарных групп. Он говорит, что они исполнят песню собственного сочинения. И последние его слова заставляют меня чуть ли не упасть в обморок.
— Я знаю, что ты сейчас смотришь на меня. Кейти, я с ума схожу от того, что скоро уже увижу тебя. Скучаю по тебе, малышка.
Он хватает микрофон и поет песню, посвященную мне.
Не могу поверить, что он только что сказал это! Он поет для меня. Тайлер бесподобно смотрится на сцене, безупречно. Его прическа, тело и манера поведения на сцене… невероятно красиво. Он как рыба в воде. Я никогда не видела, чтобы он так танцевал при мне. Его гибкость и чувство ритма поражают. Чтобы он не делал, — прыгает или танцует — его голос от этого хуже не становится. Я наблюдаю, как он выходит прямо к толпе слушателей и спускается, пожимает руки, протянутые через решетки. Он ненормальный.
 
Забегает на сцену, останавливается на ступеньке с барабанной установкой и делает сальто назад. Толпа визжит, а я сижу с прижатой к груди рукой. Песня заканчивается, и я вижу Моего Тайлера. Он скромно сцепляет руки за спиной и кланяется.
— Это поразительно! Он потрясающий! — говорю я не своим голосом.
— А я тебе говорила. — Эштон тянется, чтобы выключить телевизор.