Хозяйка Айфорд-мэнор (СИ)

И вдруг он услышал крик…
Прислушался, придержав лошадь, и понял, что не ослышался.
— Помогите! — взывал пронзительный женский голос из самой глубины леса. — Пожалуйста… — Крик этот обрывался на самом изломе, словно кричавшая заходилась рыданиями, и раздавался опять, но уже в другом направлении.
Похоже, она металась по лесу с одного места в другое…
Заблудилась?
Коллум спешился и привязал поводья к дереву.
— Эй, я здесь! — крикнул как можно громче, но сомневался, что мог быть услышан.
Он вынул кинжал, который всегда был при нем, и пошел в направлении криков, продираясь сквозь чахлую поросль тощих деревцев и утопая сапогами во мху.
Различил мазок то ли белого платья, то ли плаща меж деревьев и ускорил шаг… Однако голос взывавшей о помощи звучал уже с другой стороны. И Коллум остановился, несколько растерявшись…
Неужели в лесу был кто-то еще, кроме этой несчастной?
Кто-то, преследовавший ее…
Вот теперь что-то вроде озноба пробежало у него по спине, и мужчина прислушался.
— Помогите!
Кем бы ни была та, что взывала о помощи, голос ее казался все тише, слабее. Казалось, она устала бегать по лесу, вот-вот совсем обессилит…
— Где вы? — закричал Коллум. — Я здесь. Я хочу вам помочь!
За спиной раздался треск веток — он стремительно обернулся: снова мазок белой материи… или меха меж стволами деревьев.
— Кто там? — крикнул он, стискивая кинжал. — Почему прячешься?
Ему никто не ответил, и Коллум, сосредоточившись на криках женщины, побежал прочь от треска сучьев, раздавшихся за спиной. То ли его хотели отвлечь, то ли преследовали, как и девицу…
Он бежал как загоняемый сворой гончих дикий кабан: проламывался через кусты и едва ли успевал отвести нависающие ветви деревьев, что хлестали его по лицу. Он не остановился ни разу: выскочил на небольшую поляну средь леса и заметил скрюченную фигурку, прильнувшую к поваленному стволу высокой сосны. Обхватив руками колени, она глядела на него большими, испуганными глазами… Должно быть, не знала, чего ждать от него.
Спасения или гибели?
— Я слышал, как ты кричала, — произнес он, выставив руку, как это делают, успокаивая пугливых животных, — и пришел помочь тебе. Что случилось? Кого ты боишься?
Губы девушки дрогнули, но ответа он не услышал.
И он продолжил:
— Мне кажется, я видел кого-то… кого-то в белом. Ты знаешь его?
У девушки, а была она совсем юной, округлились глаза, она забилась, захлебываясь рыданиями, и Коллум, сумев подступить совсем близко, коснулся ее напряженной спины.
— Ну-ну, расскажи мне, в чем дело? — попросил он. — Кто… или что напугало тебя? Я теперь здесь и смогу защитить тебя. Обещаю. — Девушка чуть расслабилась, всхлипнула, и он добавил: — Я Коллум Шерман, хозяин этих земель. А ты, как тебя зовут?
— М…марта Ст… тоун, — сквозь всхлипы выдавила девица.
— Что тебя напугало? — повторил он.
И девушка всхлипнула снова:
— Белый волк… оборотень, господин.
Такого ответа Коллум не ожидал и даже подумал бы, что девчонка разыгрывает его, правда, вряд ли она сейчас была способна шутить. С зареванным до красного носом, со вспухшей царапиной через правую щеку, она выглядела ужасно…
— Оборотень… Ты уверена?
Марта Стоун услышала недоверие в его голосе и снова разразилась слезами.
— Я… я не вру, — сказала она, — это был человек с волчьей мордой, мой господин. Он бежал за мной то на двух ногах, то на лапах, словно животное, и говорил со мной…
— Что говорил?
— Что он выбрал меня… что я очень красивая…
— Он кричал тебе это?
— Шептал на ухо, когда опрокинул на землю.
— Значит, ты видела, как он выглядит, этот… оборотень?
Девушка головой замотала.
— Я лежала на животе, уткнувшись лицом прямо в землю… — отозвалась она. — Он сказал, что выбрал меня… что я должна убегать, и что, если он поймает меня, быть мне его верной женой…
Коллум старался не показать вида, насколько поразительным ему кажется этот рассказ. Он вряд ли мог верить в наличие белого волка — существа из местных легенд, но отвергнуть рассказ этой девушки тоже не мог: сам видел белые всполохи между стволами деревьев, и ветки ломались, изобличая чье-то присутствие.
 
Человека скорее — вряд ли зверя.
Но все же…
— Он отпустил тебя, чтобы снова поймать?
— Да, господин.
— Как ты вообще оказалась в лесу?
— Хотела срезать дорогу на пути к дому. Сошла на тропу и вскоре почувствовал чье-то присутствие… — Девушка заглушила голос до шепота, словно страшась быть услышанной кем-то еще: — Он следил за мной, господин. Крался по лесу, шумно дышал…
— Шумно дышал, как это?
— С присвистом. Словно долго бежал и не мог унять разбушевавшегося дыхания…
Коллум хотел подняться на ноги, но девчонка схватила его за рукав.
— Вы мне не верите, я ведь вижу, — сказала она. — Но, господин, Кэтти Лендэн, девушка из соседней деревни, тоже с оборотнем повстречалась, и он… он лишил ее чести. Никто ей не верил, думал, она все придумала, но теперь, — слезы опять побежали у нее по щекам, — я сама его видела. И понимаю…
Коллум не слышал ни о какой Кэтти Лендэн, но слова Марты насторожили его.
— Была еще девушка? Ты ее знаешь?
— Да, господин.
— И она тоже видела… волка?
— Оборотня, — поправила его собеседница.
— И она доносила об этом шерифу?
Девушка испугалась.
— Что вы, разве она бы осмелилась? Я ведь сказала, все смеялись над ней, считали, она все придумала.
Коллум протянул девушке руку и помог подняться на ноги.
— Тебе они точно поверят. Ты должна рассказать о случившемся в Тальботе… Я тебя туда отвезу.
Марта явно не горела желанием ехать в Тальбот и рассказывать о случившемся в ратуше, но выбора не было: Коллум Шерман с решительным видом повел ее через лес к тропе, на которой оставил своего жеребца.
  
15 глава
 
Прошлым вечером Бенсон напился… Должно быть, заливал горе, вызванное, как сам он и выразился, «безумными эскападами» своей несносной хозяйки.
Аделия почти не обиделась: он имел право на свое мнение, но… Не имел права давить на нее.
Она с детства жила под давлением своих матери и отца, позже — мужа, и подпадать под давление управляющего не собиралась. Тем более что доверяла своей интуиции.
Мыловарня под руководством Уэсли могла приносить хорошие деньги, и Бенсон почти согласился, но тут она сказала про розы…
— Нам нужно облагородить розарий, — сказала она. — Нанять еще двух садовников и привести клумбы в порядок.
— Двух садовников, госпожа? — переспросил он, отчего-то краснея. — Двух садовников для розария?!
— Именно так я и сказала.
— Платить четырнадцать пенсов в неделю ради каких-то цветочков, моя госпожа?! Смею заметить, мы не в том положении, чтобы позволить себе подобную расточительность.
И Аделия улыбнулась.
— Дорогой Бенсон, — сказала она, — расточительством было бы закупать лепестки роз со стороны, тогда как в поместье имеется собственный сад.
— Кровь Христова, не выдержал Бенсон, — зачем вам какие-то лепестки, когда можно получать прибыль с овец?
— Которых почти не осталось? — Она тоже нахмурилась. — И купить новых обошлось бы нам в крупную сумму, которой, как ты сам и заметил, у нас не имеется. А вот розы, — Аделия встала из-за стола, — и розовая эссенция могут помочь нам выбраться из финансовой ямы. Ты и понятия не имеешь, сколько ароматической воды и эссенций используют при дворе каждый день!
И Бенсон выгнул скептически бровь:
— Вы надеетесь продавать мыло и розовые эссенции самой королеве?
— Со временем почему бы и нет, — отозвалась хозяйка, — а пока же начнем с богатых домов Ланкашира.
Мужчина руками взмахнул, явно не убежденный:
— Но это утопия, госпожа. Ничего у нас не получится!
— Не получится, если не делать. — И приказала: — Найди мне людей, способных привести мыловарню в порядок. Мы с мистером Уэсли хотели бы начать дистилляцию с понедельника. Пока цветут маргаритки…