Девочка Беркута (СИ)

Я захлопываю дверь чуть более громко, чем мне бы хотелось. Тут же запираюсь. Резко разворачиваюсь и взволнованно прикасаюсь спиной к двери.
Полуобнаженный мужчина и я, запертая в его доме, без средств связи и права голоса. Господи... что теперь делать?
_________________
Надеюсь, вы не забыли посмотреть буктрейлер?
  
Глава 7
 
Выходить из комнаты я боялась до обеда следующего дня. Пока в мою дверь не раздался негромкий стук.
— Эй, у тебя все нормально?
От неожиданности я подпрыгиваю. Но тут же поднимаюсь с пола на ноги. На ковре тепло. И в позе лотоса думается лучше.
 Найти лазейку к побегу из комнаты не получилось. И это нагнало на меня отчаяние.
— Да. Все в порядке.
— Есть будешь?
— Нет.
— Решила умереть с голоду?
— Я просто не голодна.
— Если передумаешь, на плите мясо и гречка. Будет желание — разрешаю тебе самой что-то приготовить. Продукты в шкафчиках и холодильнике. А я пока выпущу собак размяться. Хозяйничай, не стесняйся.
Прекрасно. Я еще и готовить обязана…
— Позвольте мне уехать? Я никому не расскажу, где была и кого видела. Пожалуйста.
— Нет, — раздраженно отрезает. — Для тебя же так будет безопаснее. Здесь, со мной. Чем там, с ними.
Решаю не отвечать, хоть и совершенно не понимаю, о чем он говорит. До моего слуха уже доносится приглушенный звук удаляющихся шагов.
Паника сегодня уже схлынула.
Я печально осматриваю комнату. Эх, неуютно. На душе тоскливо. Но страх почему-то оставил меня. Если бы захотел, Беркут полакомился моим телом еще вечером. Психолог из меня бестолковый, но мужчина мало того, что не утащил меня в свою спальню, так еще и о ране позаботился. Видимо, не все человеческое ему чуждо.
Пока молчаливый хозяин дома оставил меня, я решила все же наскоро принять душ. Как только прошла в комнату, сразу подумала, что залезать в чужую ванну я попросту брезгую.
Да и вообще, у меня нет ни малейшего желания прикасаться к чему-либо в этом доме.
Сделала все, что в моих силах, чтобы почувствовать себя чистой, и вернулась в комнату.
От безделья накатывает меланхолия.
К тому же есть хочется. Мой привычный завтрак должен был состояться еще часа три назад.
Сглатываю слюну и отваживаюсь вернуться на кухню. Что он там сказал насчет мяса и гречки? В моем полном распоряжении? Отлично.
Успеваю навернуть целую тарелку и примоститься к раковине, открыв вентиль и настроив теплую воду. Намыливаю вилку, оттирая присохшую крупу, как с громким стуком неожиданно распахивается дверь.
В комнату проходит хозяин. За собой, крепко держа за ошейник, он тащит огромного пса, упирающегося изо всех сил. Массивные лапы, грозное рычание, жесткая шерсть... Не дрессированное домашнее животное, а настоящий дикий зверь, честное слово.
Подняв голову и завидев меня, собака замирает и, оскалив зубы, громко гавкает.
— Тихо, я сказал!
Шерстяной монстр тут же замолкает и послушно садится на пол. А я мгновенно откладываю в сторону посуду. Смываю мыло и отхожу к окну.
Они сидят прямо возле выхода из гостиной, и я не решаюсь пройти мимо них.
— Не бойся, он не укусит. Просто охраняет меня, — настороженно поднимаю глаза и сталкиваюсь со спокойным взглядом хозяина. — Он так воспитан.
— Воспитан? — сама не замечаю, как дрожащим голосом поддерживаю диалог. Нервы на пределе, внутри все переворачивается и скрежещет, словно кто-то проводит ржавым гвоздем по стеклу. — Он же вырывается.
— Быкует немного, да. Ему предстоит нелюбимая процедура. Не стоит его винить.
  
Глава 8
 
Он подводит собаку к тому месту, где я стояла только что, протягивает руку в сторону, открывает шкафчик. Вытаскивает какие-то тряпки, мелкие черные пакеты, лейкопластырь, два тюбика с мазью, ножницы.
Что он делает?
Мужчина строгим голосом командует псу сесть. Невероятно, но это чудовище слушается и безропотно усаживает свою пятую точку на пол, начиная жалобно скулить.
 
Только сейчас я отмечаю, что задняя лапа животного обмотана темным целлофановым пакетом.
Мужчина аккуратно касается инородного предмета, быстро разрезает его, убирает в сторону ножницы и, нежно поглаживая собаку, шепчет успокоительное: «Тихо, малыш. Тихо».
Беркут встает, оставляя пса сидеть одного, а я опасливо отхожу на два шага в сторону. Мне бы развернуться и уйти, но вид грозного мужчины, так ласково обращающегося с животным, завораживает и не позволяет отвернуться.
Хозяин вытаскивает из-под раковины небольшую кастрюлю, набирает в нее воду.
Погружает пальцы, а до меня с опозданием доходит — проверяет температуру воды, чтобы не обжечь питомца. Садится на корточки и ставит чашу перед собой.
Собака виляет хвостом, бьет им по полу и вдруг утыкается носом в крепкую шею мужчины.
Беркут обнимает пса огромной ручищей и нежно поглаживает. Это зрелище выбивает из колеи.
— Не выбражай. Уже почти все.
Через минуту он уже вымыл псу лапу и медленно пропитал мокрую шерсть полотенцем.
Его движения уверенные, легкие, заботливые. И это настолько изумляет и шокирует… Даже странно. Такая махина, а сколько нежности скользит в каждом движении. И пальцы сильные, ловкие... Я не могу отвести взгляд от мужских рук.
Беркут тщательно рассматривает лапу, отодвигая шерсть в сторону, и наносит мазь. Сверху надевает ткань и обматывает новым пакетом, тщательно закрепляя.
Хозяин ласково хлопает любимца по спине.
— До вечера еще погоняешь в носке, а потом снимем. Договорились?
В ответ раздается звонкий лай.
— Вот и отлично. Пошел, — и легонько отталкивает пса в сторону двери.
Я дышу тихо-тихо. Кажется, эти двое «мужчин» забыли о моем присутствии. Уже собираюсь незаметно улизнуть, как вдруг раздается усталое замечание:
— Ты поела?
В мою сторону мужчина даже не смотрит, а вот пес охотно ко мне приближается. Уши навострил, заинтересованно ведет носом, принюхивается.
— А можно его убрать?
Беркут лениво оборачивается, и его губы растягивает медленная улыбка.
— Он ничего тебе не сделает. Любое действие только по команде.
— Он так хорошо выдрессирован?
Беркут переводит насмешливый взгляд на пса.
— Дейв, — раздается резкий приказ, — охраняй!
«Охранник» мгновенно подбирается и одним прыжком преодолевает разделяющее нас расстояние. Нюхает мои ноги, отходит на шаг назад и ложится на пол, вытаскивая язык. Причем выглядит при этом почти безобидно. Я бы даже сказала, мило.
В тишине слышно только частое дыхание собаки.
Я все же решаю удалиться, поэтому пытаюсь обойти сторожа и вернуться в комнату, но он следует за мной.
Похвальное послушание и дрессировка. Удивили. Оба.
— Вы сами его готовили?
— Нет. Он мне такой уже достался.
— Я люблю животных. Но ваши псы кажутся адскими созданиями.
—Так и должно быть. На это и рассчитано.
Понимаю, что сейчас совершенно не «в тему», но я с надеждой тихонько произношу:
— Вы же меня потом отпустите, правда?
— Разумеется. Я не ем маленьких девочек.
На сердце почему-то резко потяжелело. Ему меня сюда привезли отнюдь не как маленькую девочку. А как вполне себе взрослую женщину. Но он до меня не то что не дотронулся, а даже не посмотрел ни разу. Что же у него на уме?
— А почему сейчас нельзя?
— А я смотрю, ты уже не боишься меня. Задаешь слишком много вопросов.
На этом я сочла за лучшее промолчать.
Пес, широко раскрыв пасть, заразительно зевнул и тут же снова вытащил длинный розовый язык.
Неожиданно раздался звонкий лай с улицы и тут же прекратился. Послышался громкий стук в дверь. С обратной стороны кто-то вставил ключ в замок и провернул два раза. В неприятно давящей тишине, этот скрежет отразился особенно громко.