Не люби меня (СИ)

— Опаздываешь, София, — укоряет меня реабилитолог.
— Это не моя вина, честное слово! — перевожу стрелки на Ярослава.
— Смотри мне, — шутливо щурится доктор.
Сделав глубокую затяжку, он выбрасывает сигарету в урну и уходит. Сергей Иванович хороший и добрый. После нашей неформальной встречи в клубе он почему-то переспросил, не возникло ли у нас с мужем бурного конфликта. Оказывается, он переживал, не распускает ли Яр руки. Я заверила доктора, что Жаров, конечно, ведёт себя порой как придурок, но он точно не дерётся. А если бы дрался, то я бы с таким не жила.
— Соня, здравствуй! — откуда ни возьмись появляется массажист Игорь.
В спортивной одежде и с небольшой дорожной сумкой на плече. Я приветствую его и оборачиваюсь к Ярославу. Весь персонал в сборе. Пора заниматься восстановлением в полную силу.
— Всё? Я могу идти? — спрашиваю Жарова. — Никаких пожеланий не будет?
Я произношу это к слову, не имея в виду ничего такого, но Ярослав странно суживает глаза при этом и окидывает меня цепким придирчивым взглядом.
— По возможности надевай бюстгальтер, когда выходишь на улицу, — отвечает наконец. — Это все пожелания на сегодня.
Он садится в машину и резко трогает с места, оставив после себя облако пыли и заставив меня недоуменно смотреть ему вслед.
  
Глава 28.
 
* * *
— Мы так сильно по тебе скучали, Соня, — кривляется Жека, когда мы выходим из аудитории. — Так волновались, места себе не находили! Фу, слушать противно!
— Эй, ты чего так взъелась, — шутливо толкаю подругу под ребро.
— Да ничего! За три месяца могли бы и появиться. Написать, позвонить! Ты была доступна, лежала в первой городской больнице. Каждый об этом знал! Знал, но не пришёл и не объявился! А теперь делает вид, что был глубоко озабочен твоим состоянием…
— Плевать, Жек.
Я понимаю негодование подруги, но не разделяю.
Так сложилось, что с первого курса университета мы стали дружить тесной компанией из четырёх человек и больше никого туда не впускали.
Нам было хорошо и комфортно. Я, Женя, Аня и Ника. Везде и всегда вместе. Не разлей вода. Родители Жени работают в налоговой, Анькин папа депутат, а Ника дочь владельца ресторанов быстрого питания в нашем городе. Благодаря теннису мне удавалось не выглядеть на их фоне голодранкой и нищенкой, но почему-то от остальных сокурсниц больше всего зависти и неприязни доставалось именно мне.
Возможно, дело было в том, что преподаватели всегда лояльно относились к моему отсутствию и никогда не валили на экзаменах и зачётах. На моей памяти такого не было ни разу. Хотя признаться честно, я не тянула учёбу и спорт одновременно и здорово отставала по всем предметам. Выручала Жека, когда давала списывать и подсказывала всё, чего я не знала.
Быть может, неприязнь сокурсниц заключалась в том, что мне больше остальных доставалось внимания. Если в городе проходили какие-то важные мероприятия, то меня всегда приглашали и предоставляли сказать слово. Часто после победы на матче я давала короткие интервью местным интернет-пабликам и газетам. Поэтому я не понимаю, на что злится Жека. На лицемерие? Оно всегда было, есть и будет. Жизнь предоставила мне прекрасную возможность провести своеобразный отбор и понять, кто есть кто. Остались самые близкие, которые, я уверена, не предадут и не вставят нож в спину.
Мы переходим в соседнюю аудиторию и занимаем места в первых рядах.
Несколько раз в неделю я занимаюсь с Женей по предметам. Она приходит к нам с Яром домой и старается вбить в мою голову хоть что-нибудь. Самый примитивный материал. Иногда психует, когда видит, что я не слишком понимаю её разъяснения, и выполняет задания вместо меня. За что я от души благодарю Женю. Осталось сдать всего две контрольных, и я буду допущена вместе с остальными к летней сессии.
На пару по финансам приходит наша любимая преподавательница — Алла Евгеньевна. Она безумно артистичная и интересная личность. Каждая пара с ней словно праздник. Даже я порой заслушиваюсь и с интересом записываю каждое слово преподавателя в тетрадь.
 
— У Аллы Евгеньевны завтра день рождения! — произносит на перемене Лена Соколова. Наша староста.
— Надо купить ей подарок от всей группы!
— А что дарить будем?
— А кто купит?
Путём вычисления, кто менее всех занят в не учебное время, выбор падает на нас с Женей. У многих подработки, дела и заботы. Мы с подругой не сопротивляемся. Всё равно хотели прогуляться после занятий.
Быстро собираем деньги, долго спорим, что подарить. Определившись с выбором, плавно переходим на личные темы. Не остается и без внимания моя свадьба. Оказывается, почти все сокурсницы видели снимки в интернете.
— Я понятия не имела, что ты крутишь роман с Жаровым! — всплескивает руками Ленка. — Как вы вообще стыковались?
— Пф-ф, да они полжизни знакомы, — отвечает вместо меня Женя.
— О, я даже не знала! И когда вам пришла мысль связать себя узами брака? Почему после перелома? Или ты беременна, Валенцова?
Присутствующие с интересом на меня смотрят. Так вышло, что у нас в группе учится двадцать две девчонки. Были и парни, но они сразу же после первого курса отсеялись.
— Я не беременна! — отвечаю с раздражением. — Почему-почему, Лен… Ты такие вопросы задаешь! Почему вообще люди женятся?
— Не знаю, — жмёт плечами Соколова. — Лично я вообще не собираюсь выходить замуж раньше сороковника. Это ты мне ответь почему.
— Наверное, потому что любят друг друга и хотят построить счастливую совместную жизнь. Хотят быть вместе. Каждый день. Просыпаться, засыпать. Проводить каждую свободную минуту. Делить одну фамилию, быт и постель.
Я ощущаю, как ярко вспыхивают щёки. Завралась... Зачем я это делаю? Неужели не могла придумать что-то менее пафосное? Да хотя бы просто отшутиться! С них бы сталось!
— Я буквально на прошлой неделе видела Ярослава у здания суда, — произносит Ленка. — С роскошной молодой женщиной. Они вместе вышли из машины. Я тогда подумала, что, наверное, правду гласит пословица.
— Какая ещё пословица? — спрашиваю сиплым голосом.
— Красивый муж — чужой муж. Может, слышала такую?
Я выхожу из аудитории едва не извергая пламя. Жека вместе с Никой и Аней ловят меня у лестничного пролёта.
— Ну ничего себе, Сонька, как ты бодро ходишь!
— Ага, еле догнали тебя!
Женя берёт меня под руку с правой стороны, Ника — с левой. Аня идёт рядышком.
— Сонь, ну ты чего? Восприняла слова Ленки всерьез? — интересуется Вероника.
— Всё нормально, девочки. Не нужно меня успокаивать, — отвечаю с нотками раздражения.
— Меньше слушай Соколову. Она банально тебе завидует!
Умом я всё понимаю. Это ещё цветочки. Боюсь даже представить, что будет, когда мы с Яром разведёмся, и какими вопросами завалят меня сокурсницы. Хоть на пары не приходи.
— По секрету вам скажу, девочки, — заговорщицким голосом произносит Аня. — Лену парень накануне бросил. Вернее, не так. Он уничтожил её, растоптал. Поэтому и бесится.
— О, я жажду подробностей, — восклицает Жека.
Мне тоже становится интересно. Девчонки не дают долго грустить и переключают моё внимание на более пикантную ситуацию, за что я им безумно благодарна. Если воспринимать слова всех завистниц всерьез и реагировать на любую из девушек, которые просто дышат одним воздухом рядом с Яром, — можно поехать крышей.
— Когда парень Ленки предложил разнообразить их сексуальную жизнь после двух лет отношений, она никак не ожидала, что тот приведёт в их постель свою соседку по блоку… Ох и скандалище был! На всю общагу слышно!
Я улыбаюсь, представляя разъяренную Соколову с дьявольским огоньком в глазах. Понемногу отпускает. Как бы я ни пыталась поглубже прятать свои чувства к Ярославу, у меня плохо получается. Я его ревную до дрожи. И очень люблю. Любого. Злого, сердитого, уставшего, улыбчивого и страстного. Это порой сильнее меня. Когда он рядом, то сердце стучит много чаще и громче, а бабочки внизу живота сходят с ума.