Расплата за спасение (СИ)

– Отлично, ты меня с дойной коровой сравниваешь.
– Мам, коровка мычала, так грустно. Она вон там, – Клим показал на новенькую деревянную постройку, скрытую полосой из сосен. Рядом виднелись клетки с кроликами и обнесенный сеткой рабицей курятник, возле которого расхаживали пять кур и петух.
– Все, – Назар вытер лоб. – Пойдем, хоть поесть приготовишь.
– Стоп.
– Что еще? И это делать не будешь? Дома за тебя все прислуга делает? Зачем такая жена нужна?
– А как давно у тебя это хозяйство? – поинтересовалась я, игнорируя его высказывания.
– Недели две, муженек твой постарался, подкинул скотину, отстроил для них хозяйство.
– То есть это построено для нас?
– А ты думаешь, что мне это нужно? До вашего появления я мог съездить в магазин и купить молоко, яйца. Единственное, что всегда есть в моем доме – мясо, этого навалом. Обожаю отстреливать дичь, – последнюю фразу Назар произнес смотря в мои глаза своим острым взглядом. Он специально это сказал? Назар помнит, что тогда было… – Так что ко мне без претензий. Приедет твой муж с ним и разбирайся, а пока придется приучаться к такой жизни. Светиться нам не надо, будем проводить время здесь. Кладовая забита. Крупы, консервы, овощи под полом, продержимся. А раз и скотина имеется, то вообще красота. Понятно, ребенок, витамины, здоровое питание – все дела. В такой жо…, – он осекся. – В такой засаде я бы лично на одних консервах протянул. И знай, я сам не в восторге от того, что мне приходится с кем-то делить дом, но раз я обещал, то должен о вас позаботиться. Пошли. Мужики есть хотят. Правда Клим?
– Да! Молочко и омлет. Мам, ты приготовись?
– Конечно, сынок.
– Ура, дядя Назар, мама приготовит, – Клим потянул к Назару руки, но тот не отреагировал. Он серьезно сказал:
– Если хочешь стать настоящим мужчиной, ты должен ходить своими ногами, а не висеть на родительской шее как обезьяна.
– Мам, я обезяна?
Я посмотрела на волосатую грудь Назара и ответила.
– Нет, обезьяна – это дядя Назар, а ты – красавчик.
  
Глава 9
 
Юлия
Войдя в дом и пройдя на кухню, я выпустила из рук сынишку и посадила его на стул с высокой спинкой. Теперь Клим под моим присмотром и ничто не угрожает ему. Мой зайчик.
– Пацан растет… Из тебя вон что выросло, – пробубнила я, все еще злясь на Назара.
Я никак не могла перестать думать о его легкомысленном поступке. Не пацан, а настоящий мужчина растет, который никогда не обидит женщину. А чтобы вырасти сильным ему нужно прежде всего здоровое питание, сейчас я этим и займусь.
– Что тут есть? – я подошла к холодильнику и достала оттуда трехлитровую банку молока. Она не была холодной, значит это то, что самолично надоил с утра Назар.
Я почувствовала себя виноватой. Получается корова моя, а доить пришлось ему, чтобы бедное животное не мучилось, и мы могли его использовать. Это как-то несправедливо…
Я налила молоко в маленькую кастрюльку и поставила ее на двухкомфорочную плиту. Если Клим захочет его попить, для начала надо молоко прокипятить.
Плита была чистой и не похоже, что ей часто пользовались. В стену возле плиты были вкручены крючки, на которых по ранжиру располагались: газовая зажигалка, поварской нож с широким лезвием, испещренным царапинами, шумовка и половник. Я включила газ и зажгла огонь под кастрюлькой.
Удружил Филипп, ничего не скажешь. Мог бы хоть немного меня подготовить и отправить для начала в деревню к своей бабушке в Белоруссию, пройти так сказать курс молодого бойца. Насколько я помню, у неё было несколько коз. Я бы потренировалась в дойке, в уходе за скотиной и немного привыкла к деревенской жизни. А теперь мне предстоит постигать азы животноводства и быт сельского жителя, прося помощи у Назара.
Подозреваю, что он не проявит ко мне милосердие и сегодняшний подвиг по избавлению животного от молочного бремени Назар больше повторять не станет, а как мне управиться? Ладно…
Я все могу! Я сильная! Я – боец!
Интересно, что же Филипп сделал для Назара такое, что друг обязался позаботиться о его семье? Если спрошу, наверняка ничего не расскажет.
 
– Может все-таки пойдешь переоденешься? Или для тебя норма ходить перед чужим мужиком в ночнушке? А может опять за свое? Я же сказал…
Я быстро подскочила к Климу и закрыла ладонями его уши, зная, что сейчас скажет Назар.
И если поначалу мне стало неудобно после его замечания, то когда он решил произнести свою коронную фразу «Трахать тебя не буду», я захотела его придушить. Похоже повторяя эту мантру он сам себя огораживает от скрытого желания.
– Ты обалдел?
– Я бы никогда не сказал при отпрыске Филиппа крепкое слово, но и ты не веди себя как распутная девка. Прежде чем спуститься вниз, одевайся. Не надо думать, что ты дома, а вокруг евнухи.
Да я так запаниковала из-за этого топора, что и не задумываясь о том как выгляжу выбежала на улицу. На голове скорее всего птичье гнездо, так как легла спать с мокрыми волосами, и на тело конечно же надета ночная сорочка времен позднего СССР, не показывающая ничего лишнего, даже ноги и те обнажены до икр. Распутной девкой здесь и не пахнет, скорее замордованной тяжким трудом по хозяйству крепостной крестьянкой. Похоже, что и такого затрапезного вида достаточно, чтобы у Назара начались определенные шевеления.
– Кровь заиграла? Я знаю, что мы не дома и не надо мне тыкать этим в лицо, но и не по своей воле мы оказались здесь. Под одной крышей с тобой. Баран.
Я опять подняла Клима и направилась к двери.
– Мама, а завтрак?
– Пойдем переоденемся и спустимся, тогда и приготовлю. Мы быстро. Молоко закипит, выключи, – бросила я Назару собираясь покинуть кухню.
– Ребенка можешь оставить здесь, я за ним присмотрю.
– Нет, спасибо, Ты не тот человек, с которым можно его оставить наедине.
Я была бы резка, если бы Клима здесь не было и высказала бы все, что думаю о Назаре в его наглое, бесчувственное лицо. Но только ради моего мальчика я сдержалась.
Подойдя к лестнице, я ощутила, как Клим положил на мое плечо голову, а после сын прошептал:
– Мам, не ругай дядю Назара, он хоросый. Мне он нравится. И он похос на папу. Я по нему скучаю.
Вздохнув, я прижала сына покрепче.
– Скоро мы вернемся домой, и вы увидитесь.
– И пойдем играть?
– Да, – я поцеловала Клима в макушку. – Будете играть.
– А у меня здесь нет игрусек? – спросил сын с надеждой в голосе.
– Клим, если папа позаботился о том, чтобы у нас была целая корова, – горько хохотнула я. – То об игрушках он тем более бы не забыл.
Вернувшись в комнату, я достала из шкафа футболку и спортивные штаны. Перекинув их через плечо и распахнув двустворчатые двери, внизу я обнаружила коробку, в которой лежало немного машинок, конструктор, развивающие книжки, раскраски, фломастеры, футбольный мяч и прочие небольшие игрушки.
– Смотри, – я вытащила коробку и поставила её по середине комнаты. – Сюрприз от папы.
– Ого, как много, – Клим уселся и принялся все рассматривать, а я скрывшись за дверью шкафа смогла спокойно переодеться.
Подойдя к зеркалу, я покрутила головой и встряхнула запутанные волосы. Как и думала, моя прическа была полнейшим кошмаром. Взяв расческу я причесалась и сделала высокий хвост. Вид у меня был не из лучших, но мне удалось немного поспать, поэтому чувствовала я себя бодро.
Надеюсь такой образ хозяин дома сочтет приемлемым.
Теперь пора было пойти и накормить мужчин.
Когда мы вернулись на кухню, я заметила, что место кастрюльки заняла сковородка. Назар стоял у столешницы и разбивая яйца в миску, кидал скорлупу в мусорное ведро. Он орудовал ловко, будто делает это каждый день. Назар привык обслуживать себя сам, он столько всего умеет... Филипп не такой. Хотя какой он? Получается я вообще его не знаю. Еще до вчерашнего дня я и не догадывалась, что мой муж способен столько всего организовать: устроить наше исчезновение и закинуть нас в жизнь, где мне придется, чтобы накормить ребенка, сперва надоить молока... К тому же, один бы он точно не справился, значит есть люди готовые помочь ему и их не мало. Место вокруг взорванной машины тогда оцепила не полиция, это точно…