Расплата за спасение (СИ)

Словно опомнившись Назар убрал руку, а его взгляд стал ехидным.
– Что уставился, девушек что ли никогда не видел?
– Видел и покрасивее, а вот таких кикимор иди поищи, – наклонив голову Назар проговорил это оскорбление и усмехнулся. А раньше он называл меня красавицей. Козел. – Наплескалась?
– Не твое дело.
– Ты здесь не одна, воды должно хватать на всех. Будь экономней, тут тебе не загородная вилла.
– Раз тебя не научили гостеприимству, можешь отправить нас обратно и я с радостью приму душ дома, – я оттолкнула Назара. – Вместе с мужем.
Не знаю зачем добавила эти слова. Но захотелось хоть маленькой реакции…
Я пошла к себе в комнату, но Назар окликнул меня.
– Одевайся и вперед на улицу. Если ты хочешь, чтобы твой отпрыск пил молоко, надо подоить корову.
– Что прости? – я развернулась к нему. – Я не ослышалась?
– У тебя со слухом проблемы, злюка? Корова в хлеву и очень ждет, когда ты подергаешь ей сиськи, – он сопроводил эти слова характерными жестами.
– По-твоему я доярка? Ты специально? Да? Посмеяться надо мной хочешь? Я не умею и не хочу этого делать! И почему нельзя съездить в магазин и купить молоко там? Машина у тебя есть, садись и вперед. Ты обещал другу заботиться о нас, так вот выполняй.
– Ты здесь не командуй. Хозяин дома – я. Как скажу – так и сделаешь, заодно и стойло почисти, – он зашел в ванную комнату, но я не дала закрыть дверь и спрятаться от меня, зашла следом.
– Может мне весь дом вычистить или сразу твои ботинки вылизать?
– А это неплохая идея, – Назар взял щетку и стал выдавливать на неё пасту.
– Тебе нравится унижать меня? Признайся. Чувствовать свою власть. Издеваться, – я решила ему помочь и обернув пальцы вокруг тюбика, надавила со всей силы.
– Черт, – он отбросил щетку, и включив воду начал промывать руку, которая теперь была измазана мятной пастой. А я стояла довольная тем, что смогла хоть немного напакостить ему и потрепать нервы. – Не играй со мной, девочка, – Назар повернул ко мне свою голову и его глаза стали наливаться злостью. – Пожалеешь. Я быстро усмирю твой пыл, – он протянул ко мне руку, и я мгновенно среагировала. Бросив мокрые вещи на пол, я схватила стоящую в углу швабру и защищаясь, несколько раз ударила ей Назара по руке, применяя технику ведения боя – Бодзюцу.
По взгляду стало понятно, он удивлен.
– Фил рассказывал, что ты каратистка и я приятно удивлен.
Он похвалил меня?
– Дай мне нож, и я смогу удивить тебя еще больше, – ответила я.
Назар усмехнулся.
– Ну, если ты смогла овладеть такими техниками, то и с коровой справишься.
– Я не буду этого делать.
– Значит останешься без молока, хватит терять мое время, иди отсюда.
– Мы не договорили.
– Нет желания, – он отвернулся от меня и опустив руки, стянул с себя тренировочные штаны, оголяя передо мной свой упругий зад.
Мои веки запорхали от изумления. Какой аппетитный орешек.
– Долго будешь стоять и облизываться? Я свое мнение не поменял, трахать тебя не стану…
– Не обольщайся, я целюсь чтобы засадить в твой зад швабру.
  
Глава 8
 
Юлия
Развешивая влажные вещи на спинках стульев, я негодовала. Хотелось повысить голос и произнести все, что я думаю о Назаре, но мой мальчик спал, да и не для детских ушей предназначались такие гневные эпитеты, поэтому мне пришлось говорить шепотом:
– Придурок. Напыщенный индюк. Как он смеет разговаривать со мной в подобной манере? Озабоченный. Береги воду, здоровье свое побереги, козел. Трахать он меня не будет видите ли… Я теперь пойду от горя и повешусь. Это я тебе не дам, никогда! Никогда. И силой больше не возьмешь, а то пожалеешь. Аааа… – я посильнее скрутила ткань и выжала на пол несколько капель воды, представляя, что сжимаю шею Назара. – А если я не найду управу, так муж даст ему хорошенько просраться. Стоит мне только ему пожаловаться... Хотя и тот не лучше. Филипп сам получит, выем ему мозг чайной ложечкой за то, что приходится терпеть подобное соседство и всю эту ситуацию в целом.
 
Не собираясь выполнять приказ Назара, я подошла к шкафу, чтобы найти для себя одежду для сна. Еще очень рано, Клим проснется не скоро, а я не оставлю его одного в доме, тем более чтобы пойти и заняться дойкой. Я не белоручка, не боюсь труда, изнурительных тренировок, но корова… Я не знаю с какой стороны к ней подойти, не то чтобы доить.
Порывшись в вещах, я нашла для себя хлопковые черные трусики и сорочку по типу той, которую я надевала один раз в жизни, когда рожала Клима.
Прикрыв глаза, я сделала успокоительный глубокий вдох, а после еще один.
Дома я сплю в шелковых пижамах, и Филипп прекрасно знает об этом. А это… Моя мама даже в таких не спит.
Я стала рассматривать предназначенные для меня вещи, просто поражаясь предусмотрительности мужа. Футболки были на пару размеров больше, тренировочные брюки и джинсы походили на шаровары, толстые свитера, рубашки, водолазки. Ничего облегающего. Даже белье – ни кружев, ни атласа, только спортивные лифчики и обычные хлопковые трусы, в основном шортиками.
Понятно, Филипп хоть и доверил нас своему другу, но все-таки решил перестраховаться – сделав из меня простушку. Приготовил бесформенную одежду, скрывающую всю женственность и сексуальность. Боится, что Назар посягнёт на честь жены друга, если на мне будет хоть немного красивой одежды.
И ему действительно стоило бы волноваться, если бы Назар не вел себя как настоящая скотина, если бы вспомнил меня и оказался таким каким я его себе представляла…
Надев на себя ночную сорочку и трусики, я почувствовала, что меня потянуло в сон. Я прилегла рядом с сыном и обняла его. Мой мальчик. Мое единственное утешение в жизни, моя любовь… На секунду закрыв глаза, я распахнула их и с ужасом поняла, что лежу на кровати одна.
– Клим, – позвала я, но сын не откликнулся. – Клим! – пришлось крикнуть вскакивая, и все равно тишина. Я испугалась.
За окном раздались громкие удары – это же топор, я метнулась посмотреть на источник звука, зародивший в моем сознании страшную картину и замерла.
Во дворе стояли Назар и Клим. Клим держал двумя руками топор, почти в половину своего роста и силился замахнуться им, чтобы разрубить полено. А Назар, низко наклонившись придерживал рукоятку и направлял движения сына, показывая как надо рубить.
Только не это.
Клим, при помощи Назара, занес топор над головой и что-то проговорил.
О, Боже!
Я рванула из комнаты, перепрыгивая ступени спустилась с лестницы и пробежав первый этаж, выскочила из дома. Мне хорошо был слышан голос Назара, и я кинулась за дом.
– Вот так, теперь целься в середину и руби, – я увидела их. Назар показал ладонью как нужно бить по полену и к моему ужасу отпустил руку, оставляя топор только в ручках Клима.
– Нет! – крикнула я.
Сын резко опустил топор и подавшись вперед всем телом, начал заваливаться под тяжестью смертельно опасного инструмента, рискуя попасть себе по ноге.
– Отставить, боец, – дебилу-переростку хватило мозгов подхватить ребенка и уберечь от травмы. – Попробовал? Дальше я сам.
Я подбежала и подняв моего мальчика на руки начала целовать его лицо, роняя слезы.
– Идиот, – бросила я Назару. – А если бы он пострадал? Если бы пробил ногу?
– Что раскудахталась, пусть пацаном растет, к труду привыкает.
– Он еще маленький.
– Мама, я больсой, – проговорил Клим и посмотрел на меня.
– Ты цел? – спросила я у сына разглядывая его довольное лицо.
– Мам, дядя Назар учит меня дрова колотить, а есе представляесь, мы яйца у куриц собирали, они не как дома, а теплые в перьях и какасках, – он засмеялся. – А еще корову доили. Она больсая, только пахнет неприятно.
 
– Дяде Назару нужно уши надрать, додумался топор ребенку дать.
– Колун, – произнес Назар.
– Что?
– Колун, он не такой острый, просто тяжелый. И нечего возмущаться, спящая красавица. Пацан цел и от него оказалось намного больше пользы, чем от тебя. Я твою работу сегодня сделал: животину покормил, корову подоил, а завтра сама займешься этим. Приехала, будешь помогать, – Назар начал отчитывать меня, при этом не прекращая махать топором. Дрова то и дело разлетались от каждого удара и постепенно заполняли двор. – Спать привыкла? Корова бедная мается, а этой хоть бы что, спит. Сама ведь рожала, должна понимать, как сиськи болят. И это твои с фигульку, а корове каково с ее-то выменем.