Я влип (СИ)

— Ладно, не нужно расслабляться. У тебя почти нет времени. Ты принял слишком много расслабляющего зелья, и оно может подействовать гораздо раньше, чем через час. Я бы рекомендовал тебе выйти в астрал, но толку от него ноль.
— Почему?
— Потому что время бы практически остановилось, а нача́ло действия расслабляющего зелья, дающего галлюцинации, длительное, посему ты никак бы не смог находиться в астрале долго, даже если бы время продолжало свой бег. А так оно и вовсе стои́т почти на месте, а может, и вовсе застыло. Короче, это не вариант.
— А где тогда вар… А вар…
— Жека, ты про… ада… Ты слы… Же…
У меня перед глазами разорвало стол и показалась лава, из которой вылезала чья-то голова.
Вот только голову я не увидел. Только понимал, что это голова… но не видел. Вот как-то так.
Стол резко восстановился, и я вернулся в нормальное состояние.
— Жека, ты здесь? — снова послышался нормальный голос Максимки. — Тебя только что качнуло. Видимо, тоже сейчас начинает накрывать. Быстрее, иди к столу и посмотри, что есть в выдвижных ящиках.
Я, насколько это было возможно, направился к столу.
В ушах что-то ревело уже после того, как Максимка попросил осмотреть шуфлядки.
Открыв самую верхнюю, я увидел мини-версию данного стола. Его тоже разорвало и показалась мини-лава.
Потом ручка от шуфлядки расплавилась в моей руке и я увидел, как из ладони лезет снова та же самая голова, которую я не видел, но понимал, что лезет именно она.
Сложно объяснить, как можно видеть то, что не видишь, но это был феерический пиздец.
— Максим, ты здесь?! — спросил с неким рёвом, будто вместо моей головы была голова быка. — Алло, я здесь?! А ты?! А ты здесь?!
— Же… Осмотри ящик… Ты слы…
— Ща всё будет! — крикнул на весь кабинет. — Серёга, в сторону! — откинул кресло с Шолоховым. — Я ща влетаю в ящик с головы!
В глазах потемнело.
Накрыло полностью.
Стало очень холодно и сыро.
Послышался голос:
— Ракс. Ракс. Ракс.
  
Глава 18. Проблемный сундучок с деньгами
 
Я очнулся от сопения в ухе.
Часы, что были в кабинете Шолохова, показывали три ночи.
Самого Шолохова не было.
— Макс, ты здесь?! — шёпотом попытался крикнуть. — Макс! Максимка, япона мать!
— Д-да… что… да, слушаю, — ожили наушники. — Жека, ты… ага, ясно. Слушай, ты отрубился. А я ждал-ждал, но так и не дождался. Но Сергей Рудольфович, пока я следил за вами, тоже не мельтешил. Ого, уже три ночи. А я во сколько вырубился?
— Так, переставай этот набор слов выдавать. Не вслух хотя бы. Лучше скажи, что мы ищем?
— Так, ну сейчас уже темно. Скорее всего, зеркала слежения активированы, поэтому лучше бы нам вообще помолчать. Хотя, может, в его кабинете зеркал нет. Но всё равно лучше не рисковать. Вали оттуда, Жека. Сделай вид, что ты просто проснулся и пошёл домой.
— Нет, я так не могу. Нужно разбудить Серёгу и предупредить, что я сваливаю.
— Ну смотри сам.
Я начал потихоньку выдвигаться из кабинета Шолохова.
— А что тебе приснилось, то есть почудилось? — поинтересовался Максимка.
— Да ничего такого. Какие-то голоса… может, один голос, но какой-то сырой и… женский, что ли. Голос повторял «Ракс», «Ракс», «Ракс».
— Ракс?!
— А ты что, знаешь, кто это?
— Нет. Но я сейчас поищу. Может, что-то найду интересное. А ты это, уходи давай.
— Я же сказал, что пойду к Шолохову и предупрежу, чтобы… — Я притих.
Послышался чей-то храп в коридоре.
— Что там?
— Тихо, Макс.
По коридору пронёсся храп из комнаты, дверь которой была открыта.
— Ага, так вот оно что.
— Что там?
— Да помолчи ты, Макс. Храп был в коридоре, а потом оказалось, что он из комнаты тянулся. Хрена́ там храпунька. Хрен такого разбудишь, если это Шолохов.
— А ты знаешь, что будить храпящего человека — это грех?
— Да неуже… — Я прикрыл рот.
— Что там? А, понял, молчу. — Видимо, Максимка сам увидел через линзы, что в комнате были гости.
Представьте себе, это храпела Оля. Но самое интересное, что дверь открыл её папаша, который пытался отмычками вскрыть сундучок, что стоял на комоде.
 
Мужик обернулся.
— Жека, сюда, — шёпотом сказал Серёга, махнув мне рукой.
Я тихонечко подлез.
— Чё ты творишь? Ты серьёзно тогда говорил?
— Ну да, — улыбнулся Шолохов.
— А ты давно проснулся?
— Да не особо. Меня кто-то скинул со стула, да и тебя головой в ящик окунул.
Я промолчал на этот счёт.
— У неё там где-то восемь миллионов, — продолжил мужик. — Представляю лицо дочки, когда проснётся.
— Я это называю «пранк». Сам придумал.
— Интересно, интересно. Но мне плохо видно. — Шолохов вздохнул. — Короче, есть идея. Хочешь заработать полмиллиона?
— Полмиллиона? За что?
— Нужно перенести сундучок в мой кабинет. Я его вскрою. Заберу деньги. И потом вернём на место.
— И за это полмиллиона? А не многовато ли для такого дела?
— Ой да брось. Будешь в моём возрасте просить у своих детей принести тебе стакан воды за миллион рублей, потому что будет лень самому сходить. Конечно, если будешь таким же богатым.
Что же, вполне логично. Представляю, сколько у этого мужика денег, раз он кидается такими суммами.
Подняв сундучок, я понял, что не такой он и тяжёлый. Мог бы и сам дотащить.
Как раз представился случай.
— Ой! — начал опускать руки Серёга. Пришлось тоже опустить. — Спину прихватило.
— Так, давай я сам, супермен. — Взяв сундучок в руки, спросил: — В кабинет твой закинуть?
— Да, — кивнул мужик. — Ты иди, а я схожу за зельем от боли в спине.
Я тихонечко доставил груз в кабинет.
Через пару минут пришёл Шолохов.
Ещё через несколько минут сундучок был вскрыт.
Помимо восьми миллионов, которые там действительно были, я заметил много разных женских секретиков… жирных секретиков.
— Так, мы берём только деньги. Остальное трогать не будем, даже рассматривать не будем.
Мужик пересчитал — вышло почти девять миллионов.
— Полмиллиона, как и обещал, — улыбнулся Шолохов. — Купишь себе приличный костюм, который дышит не хуже, чем твой школьный боевой. Сводишь девушку в ресторан. Короче, бери.
Естественно, я взял.
А чего отказываться от такой суммы.
К тому же прикупить себе немного вещей — тоже дело необходимое. Несмотря даже на то, что мне было хорошо и в этом красно-белом боевом костюме.
— А теперь обратно отнеси, будь добр.
Я всё вернул.
Серёга подошёл под конец, видимо, относил пузырёк с зельем от боли в спине.
Вроде бы не совсем старый мужик, да ещё и маг, а со спиной проблемы даже в этом мире.
Радикулит доминирует везде.
— Хр-хр, хр-р-р-ррр!
Мы с Серёгой угорали с храпа его дочки.
— Не завидую её будущему мужу, который будет с ней спать в одной кровати, — направился Шолохов к выходу.
— Да, это будут бессонные ночи, — подкинул в своём репертуаре.
Мы вышли в коридор.
Я хотел было направиться в сторону кабинета, как Шолохов остановил меня и предложил пройтись в другую сторону, ибо там тоже был выход во двор.
Оказалось, можно было и с другой стороны выйти как во двор, так и вернуться по другому коридору в кабинет.
Лично я обожал, когда в доме было много ходов.
Себе бы такой же дом построил. То есть я и построю, когда денег «подзаработаю».
Серёга достал сигаретку из металлической коробочки и спросил:
— Что видел после зелья?
— Кстати, ничего такого и не увидел. Лаву какую-то в столе, что в кабинете. Ну типа стол разорвало, а из него лава. Ну и там голова питомца.
Про «Ракс» я решил не говорить. Может, Максимка что-то узнает.
— Что за голова?
— Не знаю. Вот в этом и фишка, что я только понял, что это была голова питомца, но что за питомец — хрен его знает.
 
— Бывает. — Мужик закурил. — Нужно будет как-то повторить сеанс. Приходи послезавтра. Уверен, мы решим этот вопрос.