Когда герои восстают (ЛП)

Под уговорами Яры он признался, что ему заплатили бандиты Джузеппе ди Карло, чтобы он покинул помещение, потому что они планировали совершить насилие над девушкой в магазине, Козимой Ломбарди. Он также признался, что знает меня в лицо и не видел меня в Бруклине в день стрельбы.
Деннис О'Мэлли выглядел раздраженным, но не подавленным. Он обратился к своему помощнику, который поспешно вышел из зала, выполняя его просьбу.
Когда он проводил перекрестный допрос Оттавио, тот разрывал его на куски, как тушу в пасти дикой собаки. Он упомянул о проблемах владельца с алкоголем, о его плохом зрении, о том, что он никогда не встречался со мной официально, только мимоходом, и поэтому мог ошибиться, не увидев меня там в тот день.
К тому времени, когда он закончил, мясистое, розовое лицо Оттавио дрожало и было глубоко несчастным.
Cazzo. (пер. с итал. «блядь»)
На следующий день мы привезли крупную артиллерию.
Картера Андретти.
Он уже почти оправился от жестокого избиения, которое я устроил ему на заброшенной станции метро под моим домом, но у него все еще был вид человека, который часто и не всегда удачно дрался. Его нос был бугристым, как плохой матрас в результате ужасно поставленных переломов, его шея была толще, чем бицепсы среднего мужчины, и короткой на его больших плечах. Он выглядел как карикатура на мафиози, и я не был уверен, поможет это делу или помешает.
Он был там не по доброте душевной, чтобы свидетельствовать против собственной семьи. Мы следили за его домом и семьей. Мы сказали ему, что если он хочет иметь хоть какую-то надежду пережить то, что он и его головорезы сделали с Козимой, он должен признаться.
— Сколько вас было в машине? —
спросила Яра, углубившись в допрос, который набирал скорость и интенсивность, как убегающий поезд.
— Ну, были я, Филли, Пицца Пауль и Феделе.
— И у вас у всех было оружие?
— Да, — сказал он, будто так и надо.
— Можете сказать поточнее?
— Мы использовали Кольт 6920. Они лучшие на рынке.
— Приятно слышать, — пробурчала Яра, поворачиваясь, смотря на журналистов.
Несколько человек засмеялись.
— Можете ли вы сказать нам, кто послал вас к Оттавио и с какой целью?
Картер с минуту смотрел на нее, облизывая пересохшие губы. Его взгляд переместился на меня всего на секунду, но этого было достаточно, чтобы он почувствовал тяжесть моего угрожающего взгляда.
— Агостино ди Карло приказал нам нанести удар, потому что он хотел убрать Джузеппе. — он посмотрел на судью. — Это его дядя.
— Спасибо, я в курсе, — резко сказал судья Хартфорд.
— Почему он хотел убить собственного дядю?
— Он и его брат хотели завладеть семейным бизнесом.
Яра утешительно улыбнулась.
— Конечно. Спасибо, что были так честны с нами сегодня. Не могли бы вы рассказать нам, что вы сделали с оружием, когда закончили?
— Мы бросили их в Гудзон.
Яра повернулась к экрану, установленному справа от свидетельского места, и что-то нажала на пульте. Появилось изображение четырех автоматических винтовок в больших пластиковых пакетах для улик.
— Эти Кольт 6920 были найдены, когда водолаз обследовал участок реки, в котором, по словам мистера Андретти, он выбросил оружие. Как вы можете увидеть, оружие соответствует его описанию. Они также совпадают с пулевыми ранениями, обнаруженными криминалистами у Джузеппе ди Карло и его сообщника Эрнесто Пагано. 
Яра красиво улыбнулась судье.
Он уставился на нее в ответ, не шелохнувшись.
— Есть еще вопросы, мисс Горбани?
— Нет, ваша честь. Защита отдыхает.
— Все прошло хорошо, — пробормотал я Елене, но по ее бедру, неустойчиво подпрыгивающему под столом, я понял, что она со мной не согласна.
— Просто подожди.
Прокурор Деннис О'Мэлли получил возможность провести перекрестный допрос нашего свидетеля. Это был невысокий человек с заученной энергией, будто каждое движение было расчетом, а не органичным выражением. Он подошел к Картеру с почти роботизированным спокойствием.
 
— Что привело вас сюда для дачи показаний сегодня, мистер Андретти? — спросил он непринужденно. — Вы не похожи на человека, который ценит честность или закон.
— Протестую, — Елена и Яра встали, заявляя. — Спекуляция.
— Поддерживаю. Мистер О'Мэлли, пожалуйста, воздержитесь от добавления ваших личных мнений, — слегка отчитал Хартфорд.
— Конечно, — поправил он запонки. — Однако, пожалуйста, ответьте на вопрос.
— Э-э, да, ну, меня вызвали в суд, поэтому я должен был прийти и сделать то, что положено.
— Правильно ли было убивать Джузеппе ди Карло?
— Ну, нет, но, возможно, мы не убивали его, — отрицал он, выглядя как олень в свете фар.
Merda. (пер. с итал. «дерьмо»)
— О? Вы стреляли в него, но вы не думаете, что убили его? — Деннис надавил.
— Ну, я почти уверен, что он уже лежал на полу, когда мы подъехали, но все произошло быстро. Я не могу быть уверен.
Деннис повернулся лицом к нашему столу, его улыбка была легким, злым изгибом губ.
Я собирался убить этого ублюдка.
— Забавно, что вы так говорите, потому что экспертиза показывает, что в Джузеппе ди Карло попали два разных типа пуль. Пули из Кольта 6920, а также пули из Глока 19 4-го поколения. Был ли у вас такой пистолет в тот день, мистер Андретти?.
— Нет, — сказал Картер, фактически разрушив силу своих показаний ради нашей защиты. — Нет, не было.
Когда через тридцать минут после окончания перекрестного допроса Деннис вернулся на свое место, он сделал это с выражением кота, съевшего канарейку.
Я не мог дождаться, чтобы заставить ублюдка подавиться этим.
Глава 28
Елена
На четвертый день заседания упала бомба.
Я не удивилась, но, наверное, только я одна, потому что сама бомба была сделана мной.
Я решила, что время пришло, потому что, несмотря на то, что наши первые два свидетеля вызвали убедительные сомнения в том, что Данте не убивал Джузеппе ди Карло, Деннис проделал чертовски хорошую работу по их дискредитации.
Он был собакой с первой костью, его отчаяние придавало ему такую дикость, какой я никогда не видела в нем раньше.
Но это было нормально, потому что я тоже находилась в отчаянии.
Деннис просто боролся за свою карьеру.
Я боролась за своего капо и нашу совместную жизнь.
Не было другого выхода, кроме как победить.
Отсюда и бомба.
Деннис все еще вел перекрестный допрос Картера Андретти, когда в зал суда вошел Рикардо, целеустремленно шагая по переполненному проходу. Он держал под мышкой кожаный портфель и Айпад. Все взгляды в зале суда следили за ним, Картер Андретти и Деннис были забыты.
Рик перегнулся через перегородку между зрителями и столом нашей защиты, чтобы я могла встретиться с ним на полпути.
Он прошептал мне на ухо.
— Это уже прекрасно сработало.
Мы все это организовали.
Юридический процесс был сложным, быстрым, медленным танцем в темпе от ареста и предъявления обвинения до медленного перемалывания на пути к суду. Но само судебное разбирательство всегда было чередой шагов, темп был достаточно быстрым, чтобы держать вас на ногах, с тревогой ожидая следующего движения партнера, чтобы вы могли его повторить.
До этого момента дело по закону РИКО полностью вел Деннис О'Мэлли.
Но теперь я становилась лидером и собиралась диктовать ходы.
— У меня все записано в Айпаде, — продолжал Рик. — Удачи.
Я взяла у него портфель и Айпад. В юриспруденции есть старая мудрость: когда у тебя слабая защита, ты должен выставить противника на суд, и я намеревалась сделать именно это.
 
— Какие-то проблемы, миссис Ломбарди? — спросил судья Хартфорд, явно не забавляясь моим зрелищем.
— Разрешите подойти к скамье, ваша честь?
Он сузил на меня глаза. Мартин Хартфорд был старой закалки. Ему не нравились сенсационные судебные драмы или сюрпризы, и он почувствовал, что у меня голова идет кругом.