Искусство взрывать (СИ)

Тьма ведь предлагала своим слугам что-то похожее — стать частью своего черного братства, обрести цель, силу и союзников. Вот только это оказалось сущей мелочью по сравнению с тем, чем мы все уже были на самом деле. Моя искра горела, и чужая сила больше не могла ее сдерживать. Мир вокруг меня словно мигнул, тьма сменилась той разрушенной комнатой, где надо мной склонилась Мак… Один раз, и еще, и еще. Глаза девушки удивленно расширились.
— Как ты смог ее побороть? Кто ты?
— Я — Пожарский, — я сказал вслух то же самое, что и внутри себя. — Я — человек.
— Аз есмь…
Я не знаю, что пыталась сказать Мак. Возможно, поняла, что я сейчас сделаю, и попыталась прикрыться хотя бы так, силой молитвы… Не поможет!
Я протянул руку вперед, коснулся груди девушки, а через нее и живущей внутри черной звездочки. На этот раз она дрожала. Проснувшаяся и наполнившая меня сила легко сломила сопротивление, а потом я потянулся к другим звездочкам. Жуки на заброшенном складе под Удомлей, молодой Урусов в столице, обезглавленный Павлик и лежащая без сознания Ксюша — я коснулся тьмы во всех, о ком знал. Через них добрался еще до десятков и сотен других слуг госпожи.
Добрался, а потом, словно у меня были тысячи рук и зубастых пастей, вцепился в них. Сжал! Они сопротивлялись, они пытались вырваться, но куда им против Пожарского. Я ни капли не удивился, увидев рядом с собой призрачные фигуры. Предки рода, сегодня они откликнулись на зов своего потомка, пришли и встали рядом, чтобы вместе сразиться с вечным врагом. Именно они стали моими руками в этой битве!
Старик в старой кольчуге с узкими горящими глазами — при жизни он был невысоким, но сейчас сила превратила его в настоящего великана. Рядом еще один, в высокой боярской шапке, на теле раны от польских клинков — и откуда я это знаю? Вспомнил? Рядом канонир с покрытым гарью лицом, который умер рядом с князем Багратионом на Бородинском поле. Рядом вдруг оказалась женщина с обрезанными длинными волосами и огромными черными глазами.
Мама? Я видел ее только в воспоминаниях, снах. В чужой жизни, но здесь и сейчас она стала частью меня.
— Сашка… — мама коснулась меня.
— Я… — захотелось рассказать ей всю правду.
— Сашка… — рядом с ней встал мужчина. Отец, он совсем не походил на ту лощеную амебу из воспоминаний, что подарила мне тьма. И почему я раньше не думал, что она может обманывать меня и там?
— Я разберусь с ней! — ответил я всем, и до меня долетели смешки и одобрительное бурчание.
Предки были довольны своим потомком. Мы продолжали бороться, мы взяли за горло каждый кусочек тьмы, до которого смогли дотянуться. Хотелось продолжать, я точно захватил не всех — того же Курильщика так и не удалось ощутить — но предел моей силы был уже близко. Время пришло.
— Взрыв! — мои губы сложились в улыбку.
Мои сотни рук отпустили своих жертв, те дернулись, на мгновение поверив, что обрели свободу. Вот только моя искра уже запустила в них разрушительные изменения. Изменения, которые могли закончиться только одним!
— Это даже красиво, — Мак опустила взгляд вниз, где внутри нее разгорался огонек.
Не так эффектно, как могло быть. Я представил, что получилось бы, сумей я на самом деле всех взорвать… Впрочем, так даже лучше! Мак рухнула набок, и из ее рта хлынули потоки черной протухшей жижи. Она избавлялась от тьмы, где-то в стороне тошнило Комара. Я чувствовал, что достал не только их, но должен был убедиться. На дрожащих ногах я подошел к чудом уцелевшему ноутбуку и открыл еще идущие трансляции.
Скарабей и Гусеница тоже блевали, тени, удерживающие Муравья, пропали, и он бросился к товарищам, чтобы помочь им прийти в себя. Он еще верил, что они станут прежними, я — уже нет. Я перелистнул изображение — теперь на экране был мой дом. Дед, у него на коленях голова Ксюши, текущая по щеке тонкая струйка, и… Она открыла глаза.
У меня получилось! Я был не один и справился.
«Спасибо», — я тихо и про себя поблагодарил предков рода, которые пришли мне на помощь. Как, почему — с этим я еще разберусь, но позже.
 
— Пошла в задницу, тьма! Ты проиграла! — а это я уже прокричал, подняв голову куда-то в небеса. Почему-то я был уверен, что меня услышат.
— Счет три — три, — голос раздался у меня в голове. — Был…
  
Глава 7
 
Только тьма договорила, и изображение снова переключилось на Жуков. Я увидел, как Скарабей вытащил нож, а потом вонзил его прямо в сердце Муравья, когда тот повернулся к Гусенице.
— Это за то, что ты нарушил мои планы, Пожарский! — Скарабей посмотрел прямо в камеру, потом протянул руку Гусенице. Девушка словно мгновение сомневалась, но потом схватилась за нее, и они неспешно двинулись куда-то к выходу из ангара.
Я смотрел, как Муравей истекает кровью, как сталь, пытаясь остановить ее, покрывает его тело и мгновенно опадает. Металл не мог исцелить уже нанесенную рану.
«Я не буду плакать…» — я сжимал кулаки, а по щекам текли слезы.
Чертов Муравей, ну мы же почти справились! Зачем он полез к ним, зачем продолжал считать их друзьями?
Я попробовал обратиться к предкам, вдруг они смогут помочь, но нет. Моя новая сила пока отступила, ей нужно было время, чтобы восстановиться. Да и что могут духи против самой смерти?
Краем уха я слышал, как Ксюша на соседнем экране рассказывала, что видела меня… Она была жива, эта мысль помогала держаться, но лежащий без движения Муравей словно высасывал все силы. Почему я так к нему привязался? Стал считать здоровяка другом, а он теперь лежит там. Мертвый, один, в бесконечной тишине… Как я раньше, до того, как осознал себя Пожарским.
— Тик… так… тик… так… — неожиданно я осознал, что ошибся.
Тишины не было, был звук мерных механических ударов. Где-то я его уже слышал. Точно, так же стучало сердце Черномора, когда тот поддерживал в себе жизнь… Неужели?.. Я попробовал приблизить изображение и увидел, как в груди Муравья бьется стальное сердце. Кривое, словно нарисованное ребенком, но оно работало.
Муравей вспомнил, как наш враг сохранял в себе жизнь, и повторил это. Он был еще жив!
Слезы мгновенно высохли, я бросился к телу Мак… Осмотрел ее, нашел телефон и по памяти набрал номер, который с детства знает любой аристократ империи. Номер «Защиты».
— Прошу отправить ближайших игигов по координатам. Нужно спасти человека после нападения бандитов, — выпалил я, как только трубку взяли.
— Подтвердите, что имеете право обращаться в службу «Защиты», — голос на том конце был сух и спокоен. Представляю, сколько каждый день им звонит обычных людей, которым они говорят бесконечно тошнотворное «нет».
— Идентификация по голосу, я — князь Пожарский, старший в роду, глава сорок четвертой по рангу семьи империи!
— Выполняем. В десяти минутах находится столичная группа. Надеемся, ваш друг выживет, — в голос оператора «Защиты» добавились живые нотки.
— Спасибо, — я повесил трубку.
Теперь оставалось только ждать. Текли бесконечные минуты, до меня доносились звуки сердца Муравья — оно с каждым мгновением билось все тише и тише. Казалось, еще немного, и все, но тут стену вынесло, и прямо рядом с лежащим парнем приземлилась фигура в черном. С небольшим опозданием вслед за ней на склад влетели еще трое. Морана и главный отряд «Защиты» — правда, не в полном составе, но разве это важно. Главное, они оказались рядом, и теперь Муравей точно будет жить.
Ему вкололи сыворотку и начали готовить к эвакуации. Кавалерия пришла вовремя. Я, наконец, позволил себе расслабиться. Теперь можно было позвонить Урусову и разобраться со всем остальным.
*** 
Урусов не взял трубку, но его люди встретили меня и проводили до квартиры, что когда-то снимал Дмитрий. Тут меня осмотрел семейный врач, я смог помыться и переодеться, а когда, наконец, вышел в общий зал, там меня уже ждал Николай Дмитриевич. Князь сидел в одном из двух глубоких кресел, в руках у него был стакан с чем-то золотистым…