Искусство взрывать (СИ)

— Они ждали его. Ждали и готовились, — неожиданно понял я.
— Ждали, сможет ли он передумать, считая, что сила и контроль на его стороне, — спокойно пожал плечами Курильщик. Поражение бывшего ученика его словно ни капли не расстроило.
— То есть, если бы княжич одумался, его бы простили? — неожиданно тихо спросил Комар.
— Он — часть семьи, для Урусовых это много значит. И для старших, поставивших на этот шанс, — Курильщик увеличил изображение и показал тень самого князя Николая Дмитриевича. Именно он зашел в комнату сразу после Архимеда и взорвал камеру. — И для младших.
Последним кадром, на котором остановилась запись, было всклокоченное лицо Анны. Красивая, сильная… Готовая рискнуть собой ради семьи, ради рода… Я почему-то вспомнил слова деда, когда мы обсуждали мой титул. Что он — это не только мои родители, мои воспоминания о них, а нечто гораздо большее.
Если род — это такая сила, то могу ли я обратиться к силе своей семьи? К силе Пожарских?! Проклятье, возможно, стоило взять с собой свиток с прощением царя…
  
Глава 6
 
— Какой счет? Получается, три — два в пользу тьмы, — заговорил Курильщик. — Не так много, как она рассчитывала, но тебя же это совсем не утешит, если последнее очко уйдет в пользу черных.
Комар хихикнул.
— Ищешь выход? — Курильщик смерил меня взглядом. — Учитывая, что я тебя и учил, то считал бы позором, если бы ты этого не делал. Вот только иногда нужно просто признать, что есть силы выше тебя, признать, что тебе не победить, и молить о пощаде.
— А это сработает? — я задумался, чего стоит моя свобода.
— Нет, конечно, — Курильщик хохотнул. — Точно не сейчас, когда тьма и так рассчитывает получить все, везде и сразу.
— Начинай… — прошипела Мак голосом тьмы, и в тот же миг я увидел, как Павлик на экране дернулся.
— Еще чаю? — он поднялся из-за стола. — Ты сиди, я сделаю…
Ксюша, собравшаяся было тоже подняться, опустилась обратно. Ее взгляд скользнул по часам, и белые хвостики тревожно качнулись.
— Дед что-то задерживается. Он хотел сегодня вернуться пораньше…
— Хочешь?.. — Павлик как будто задумался. — Давай допьем чай и потом вместе сходим ему навстречу.
Ксюша успокоилась, а чайник тем временем уже почти закипел. Я понял, что больше тянуть нельзя — пусть я не уверен в успехе, но надо действовать!
Я потянулся к черной звездочке Комара. До этого, пока я работал с такой же внутри Мак, у меня ни разу не получалось ничего ей приказать, но раньше я так и не старался. Еще я боялся навредить девушке, с держащим же меня парнем о такой мелочи я просто не думал.
Мои руки были сжаты, но я вцепился в черную звездочку своей искрой. Растянул свою силу, обвил чужую, как змея, начал жечь — кажется, мои зубы скрежетали, так сильно я их сжал. Комар застонал и дернулся, ему пришлось несладко. Я мгновенно вывернулся из захвата, и теперь мои руки присоединились к хватке.
«Стой…» — Мак попробовала сбить меня с толку, но сейчас во мне жила только одна мысль. Довести дело до конца. Все остальное не имело смысла и сгорало дотла.
Я вкладывал всего себя и старался через тьму внутри Комара дотянуться до всех остальных, в ком она тоже жила. Если это смогла Мак, пусть и с помощью своей госпожи, то я тоже справлюсь. Я сжал чужую силу еще сильнее! Ну же, подчинись мне!
— Подчинись! — заорал я вслух.
Комар дернулся словно от удара, и его черная звездочка раскрылась передо мной. Вдали мелькнули чужие огоньки. Краем глаза я увидел, как Курильщик сделал шаг вперед — если он дойдет до меня, то точно сможет остановить. Надо было действовать прямо сейчас.
Взрыв!
Мои руки откинуло, как от настоящей отдачи.
Я смотрел на Комара, я смотрел на Курильщика и Мак, я смотрел на экран, сжимая кулаки…
— Взорвись… — я тихо прошептал.
И в этот момент в животе Комара словно появился огонек, на мгновение его как будто подсветило изнутри, а потом парень согнулся, извергая целые потоки чего-то черного, склизкого и очень вонючего.
— Как будто тухлятины поел, — сказал Курильщик и отодвинул парня в сторону. — Неплохо, Пустой, но, похоже, это все, на что ты способен.
 
Он был прав: я смог достать Комара, но все остальные до сих пор были под контролем тьмы и плевать они хотели на мое желание с ними покончить.
— Код «трес комас», — Мак включила рацию, и через мгновение в помещение ворвался отряд полосатых.
Тьма позаботилась о том, чтобы силы на стороне моих противников было с запасом. Не знаю, где они выцепили этот отряд из пробирок Морозова, но с ними мои шансы что-то сделать стали еще меньше. Только я все равно буду пытаться! Как меня учили. Как я сам этого хочу!
— Слоны идут на север! — я указал за спину Мак.
Та, естественно, не обернулась на такую глупую подначку, а зря. В этот же самый момент я взорвал провода у нее за спиной, вырубая всю надетую на девушку электронику и отбрасывая ее в стену. Полосатые разрядили в меня несколько очередей — я заранее успел уйти в сторону. Оценил звук ударов о стены — резиновые пули, меня хотят взять живьем. Это хорошо, потому что я-то сдерживаться не собираюсь.
Я снова бросился бежать по дуге, уходя от трех полосатых, прыгнувших на меня с дубинками-парализаторами. Слишком быстро, чтобы успеть понять, что я этого от них и ждал. Прямо под ними взорвались плитки пола, кроша ноги и выводя из игры! Я не видел этого: приходилось постоянно двигаться, чтобы не попасть под удар. Двигаться и все взрывать. Пол, стены, проводку, дубинку, что удачно подвернулась под руку.
«Замри!» — приказ Мак ворвался в голову, ломая рисунок боя.
Как же мне не нравится эта девчонка! Я поборол внушение, но слишком задержался на одном месте. В плечо ударила резиновая пуля, сбивая с ног. Сейчас на меня навалятся со всех сторон, и это конец… Нет, одного выстрела на меня мало! Я взорвал несколько плиток прямо под собой, повернувшись к ним самой крепкой лобовой частью брони. Это должно было выиграть мне пару мгновений, чтобы быстро вскочить на ноги.
Взрыв. Меня откинуло в сторону. Это в бой вмешался Курильщик: он не стал играть в поддавки и, когда я этого не ожидал, кинул мне под ноги настоящую гранату. Меня контузило, кажется, пришлось изобразить рвоту, чтобы избавиться от забившей горло крови, но я все равно поднялся. От комнаты не осталось живого места. Комар прятался за Мак, из полосатых на ногах не осталось никого — оказывается, пока я от них бегал, успел достать каждого. Не было только Курильщика.
Я почувствовал свет чужих звездочек у себя за спиной, попробовал обернуться, но не успел. Мой учитель оказался быстрее. Длинный тощий палец ударил куда-то в район ключицы, и тело парализовало.
— Если бы это был выпускной экзамен, ты бы получил незачет, — лицо Курильщика появилось передо мной сквозь клубы дыма. — Ты ведь сражался, просто чтобы не сдаваться. Без плана, как справиться с каждым из нас. Как справиться со мной. Это было жалко.
— Один против трех игигов, тьмы и двенадцати усиленных гвардейцев! — я не смог промолчать. — И я сделал четырнадцать из пятнадцати!
— Оставь эту математику для школьников. В жизни важно только одно: сделал или не сделал. Остальное — утешение для слабаков, — Курильщик махнул рукой Мак. — Иди сюда. Теперь наш дорогой Пустой не будет возражать, а тьма хотела бы, чтобы он увидел окончание представления из первых рядов.
Мне нечего было возразить Курильщику, он все правильно сказал: я проиграл, и теперь все остальное действительно не имело смысла. Я потерял возможность влиять на то, что будет дальше. Или нет? В голове начал складываться новый план. С каждым ударом каблучков Мак, когда она подходила ко мне. С каждым пройденным сантиметром ее руки, что протянулась ко мне и закрыла глаза.
Я старался бороться с ее внушением, но, похоже, оказался слишком слаб, чтобы даже его заметить. Вокруг заклубилась тьма. Я чувствовал ее присутствие и снова видел картинку из своего дома, только теперь не на экране, а словно объемное изображение из цветного дыма.