Искусство взрывать (СИ)

А помощник мне был очень нужен! Это только кажется просто: раскрыть звездочку, выбрать нужный вариант из списка, активировать и дождаться результата. А вот Кингу лысого!
Взять тот же кирпич. Если открыть его свойства и улучшить, например, прочность или огнестойкость, то придется ждать не меньше десяти секунд, пока моя безумная сила его все-таки не взорвет. А вот если выбрать плотность глины, заставив ее сжиматься, чтобы обеспечить нужный результат, то взрыв произойдет практически мгновенно. Вот это я и учился брать в расчет. Развернуть звездочку, попытаться понять, какие есть варианты, и только потом действовать.
Мои мозги от такого начинали плавиться уже через пять минут, а потом мне неожиданно помог Муравей. Он и просто так продолжал за мной присматривать, а тут я спросил, не знает ли кто способа прокачать мозги, чтобы быстрее ориентироваться в больших массивах данных. Стальной увалень тогда рассказал о младшем брате, который увлекался математикой, и была у него зарядка. Брать лист бумаги, исписанный цифрами и искать, есть ли там семерка. Потом, чтобы мозги учились чему-то большему, чем находить одну-единственную цифру, задание менялось. Я искал другую цифру, потом ноль среди множества букв «О», а в итоге и вовсе доработал схему. Брал книгу, придумывал слово, которое могло там быть, скользил взглядом по странице, а потом пытался сосчитать, сколько раз оно попадется.
С каждым днем попаданий в цель становилось все больше и больше. Была сначала мысль, что это просто удача, но не столько же раз подряд. Прогресс со звездочками тоже говорил в пользу того, что теория работает. На этой волне мы с Муравьем как раз и сдружились, начав чуть больше доверять друг другу. Я помогал ему тренировать ловкость, закидывая взрывающимися камнями. Сам тренировал при этом чувство времени, чтобы понимать, когда измененный мной предмет должен рвануть. Потом уже Муравей устраивал мне испытание: собирал несколько десятков самых разных предметов, а потом бросал мне.
— Кирпич! — он кинул в меня сухую горбушку хлеба.
Две секунды, чтобы проигнорировать сбивающие с толку слова, поймать, развернуть звездочку и отбросить полыхнувший кусок теста.
— Граната! — на этот раз Муравей не шутил и действительно сразу бросил гранату. Без чеки, что характерно, за эти дни мы научились верить в силы друг друга.
Одна секунда. С вещами из нашего арсенала, которые мы точно будем использовать в бою, я разбирался быстрее, чем со случайными предметами.
— Гранатомет, — сверху к нам подлетела Гусеница.
В первый день она меня так и подловила. Бросила с высоты эту трубу с гранатой, я увеличил ее массу, не глядя бахнув по первой попавшейся строчке звездочки, и тут же рухнул под в разы потяжелевшей железкой. Было обидно. Еще повезло, что Муравей среагировал и вытащил меня из ловушки до того, как она рванула. А вот Гусеница хохотала, летая между верхушками деревьев и хватаясь то за одно, то за другое.
Теперь я был готов к такому и даже больше. Я выделил сразу две звездочки. Одну в самой трубе гранатомета, добавив ей легкости — в итоге направить ее в нужную сторону получилось чуть быстрее, чем этого можно было ожидать. Вторую же звездочку я выделил в самом снаряде, который тут же и запустил в верхушку сосны рядом с Гусеницей.
— Бам! — Муравей озвучил, когда граната взорвалась в два раза сильнее, чем положено.
— Шмяк! — я включился в игру, изобразив, как не успевшую среагировать на резкий выстрел Гусеницу кувырнуло в воздухе, и она не смогла удержаться на лету.
Падение с высоты в четыре метра не смогло бы ей навредить, но я все равно поймал девушку перед самой землей, а потом аккуратно поставил на землю.
— Ничья? — я посмотрел в ее горящие яростью глаза.
— Пока да, — Гусеница все-таки смогла взять себя в руки. — А ты стал гораздо сильнее, чем когда мы начинали. То ли Муравей оказался настоящим сенсеем, то ли… Ты что, раньше вообще не занимался своей искрой?
— Не хотел связываться с игигами… И был прав, — ответил я. — Вот один раз нарушил правила, и куда меня это привело?
 
— В хорошую компанию, — Гусеница окончательно оттаяла. — Кстати, я смогла поднять свою грузоподъемность, так что теперь можно будет в случае чего использовать вариант «подкрепление».
— Круто, — Муравей зарядил девушке по плечу, но та даже не поморщилась. 
В отличие от меня Гусеницу искра сделала сильнее и крепче. Конечно, не как какого-нибудь крутого игига из столицы, который умеет летать, прикрыт защитным полем и жарит лазером из глаз, но тоже неплохо. И для дела, и чтобы пар спустить. Гусеница это не афишировала, но все знали, что она иногда по вечерам ходит в местные бары без маски. Знакомится с новичками, пьет с ними, задирает другие компании, а потом довольная и счастливая возвращается под утро с разбитыми в кровь костяшками.
Вот и сейчас у девушки на лице появилось мечтательное выражение.
— Скоро тебя все будут в лицо знать, не с кем будет драться, — сразу же сказал Муравей, который подумал о том же, о чем и я. Кстати, о Гусенице он тоже пытается заботиться, но в отличие от меня этим двоим так и не удалось найти общий язык.
— Это в Твери меня все знают, — отмахнулась девушка. — А тут, пока есть возможность, я буду отрываться. Не хотите, кстати, со мной?
Я на мгновение задумался. Никогда не устраивал гулянки в этом мире, и это могло бы быть интересно. Но сначала дело! В этот момент пиликнул мой телефон, а потом и у Гусеницы с Муравьем. Мы одновременно вытащили их и прочитали сообщения. Думаю, у всех было одно и то же. Скарабей сообщал, что сегодня вечером будет финальный инструктаж, прощальная вечеринка, а завтра утром мы вылетаем в Тверь.
Я почесал затылок. Все-таки от некоторых моментов не стоит зарекаться.
— Надо собрать вещи, — задумался Муравей.
— Надо купить выпивку, — подняла указательный палец Гусеница.
У каждого были свои приоритеты. Я вот еще думал про ночную тренировку во сне. Курильщик обещал на днях что-то особенное, и мне очень не хотелось, чтобы это совпало с нашей операцией.
Я как раз думал о своем учителе, когда мы зашли в квартиру. И каково же было мое удивление, когда и здесь, в реальности, я увидел его лицо. Скарабей вывел на экран большого телевизора несколько фотографий, и на одной из них как раз красовался Курильщик.
— Мы его хотим ограбить? — осторожно уточнил я.
— Нет, он всего лишь наставник цели, — Скарабей ответил спокойно, но его взгляд впился в меня, словно пытаясь понять, почему я задал этот вопрос.
— Знаешь его? — из-за моего плеча высунулась Гусеница и постаралась заглянуть мне в лицо. Вот серьезно, бары сделали ее слишком развязной, она совершенно не обращала внимание на чужие зоны комфорта.
— Просто показался знакомым, — я перевел взгляд на соседнее фото.
На нем был молодой парень примерно моего возраста. Только одет побогаче, а так у нас даже прически и телосложение были похожи. Дмитрий Урусов, прочитал я подписанное имя, и второй раз за минуту у меня чуть не дернулся глаз. Когда я думал, что помогу Жукам провернуть одно дело, то точно не рассчитывал на подобный размах. Сын приближенного к царю князя. Учитель, которого рекомендует сама тьма. Что еще можно ждать в таком деле? Настоящего дракона?
Я передернул плечами.
— Испугался? — Комар заметил, как я напрягся.
— Задумался. Стоит ли мой долг такого риска, — честно ответил я.
— Я рассматривал вариант, что ты начнешь сомневаться, — Скарабей перелистнул слайд, выводя на экран новые личные дела и старые черно-белые фотографии, — Поэтому помимо того, к кому мы хотим заглянуть, я хотел бы рассказать тебе, зачем мы это делаем.
Мне действительно было интересно. Вопрос «зачем» висел в воздухе все эти две недели, и не удивлюсь, если Скарабей так и задумал, чтобы подготовить меня и себя к этому разговору. Пусть! Но я бы выслушал его и без этих игр.
— Если ты рассчитываешь, что это все изменит… — мы со Скарабеем столкнулись взглядами.