Искусство взрывать (СИ)

Гудящая рама внушала невольный страх. Оно и понятно: если дотронуться без защиты, это гарантированная смерть.
— Будем проверять твою силу, — Скарабей тем временем принялся объяснять мне свою задумку. — Чтобы ты знал, аристократы учитывают в своей защите большинство стандартных сил игигов, и электричество в том числе. Поэтому, чтобы прикрыть систему безопасности, используются техно-артефакты, которые могут нейтрализовать любое внешнее воздействие. 
— Неподготовленный игиг просто сгорит, если залезет в такой, — добавил Комар. — Подготовленный выживет, но не сможет продавить. Вместо этого выдаст себя, и в дело вступит гвардия семьи, которая всегда неподалеку.
— Тебе не надо пытаться взять такой заряд на себя, для этого есть специальные артефакты, и мы купим все, что нужно, — пояснил Скарабей. — Просто я хотел, чтобы ты понимал, с чем столкнешься. А мы бы поняли уровень твоей силы и решили, насколько сильно придется потратиться.
Теперь все стало понятно. Что ж, от меня не ждут подвига, но лично я не видел причин, почему бы не попытаться справиться с этой рамкой самому. Пока Скарабей только собирал свою конструкцию, я видел перед собой просто потоки энергии и не мог на них влиять. Но как только он закончил, как только ток пошел по закрытому контуру и все обрело законченный вид, в то же мгновение я увидел звездочку. Самоделка была опознана как техника, а значит…
Я привычно развернул звездочку, осматривая возможные варианты изменения. На расстоянии их было немного, ничего интересного, если приблизить руку, может добавиться что-то еще. Возобновив тренировки со своей искрой, я успел выяснить некоторые закономерности при ее использовании… Ладонь потянулась вперед, и Муравей только в последний момент успел меня перехватить.
— Разряд достанет на расстоянии, — искра, которая могла прожечь мне ладонь, ударилась в его покрывшуюся сталью руку. 
Вовремя он. Конечно, рану можно было бы вылечить сывороткой, но это траты, время и не самые приятные ощущения.
— Спасибо, — я поблагодарил Муравья. Он прикрыл меня и напомнил, что передо мной не теоретическая задача в вакууме, а реальная опасность, и никогда не стоит об этом забывать. Да, мне определенно нужно больше практики и рефлексов именно как игигу.
Я снова выставил ладонь вперед, на этот раз строго выдерживая безопасное расстояние. Даже так пальцы закололо, волосы на руке встали дыбом, и я поспешил закончить с внесением изменений. На этот раз я не стал искать ничего особенного и просто увеличил проводимость тока — тут же упало сопротивление, и стальная решетка стала остывать.
Мелькнула мысль, а смог бы я так создать сверхпроводник или даже что-то еще серьезнее…
— Ее теперь можно трогать? — спросил Комар.
— Нет. Тоже сгоришь, только еще быстрее, — предупредил его Скарабей, который замерял изменения в решетке с помощью какого-то прибора.
— И нам лучше прикрыться, — предупредил я. — Муравей, ты не против?
Парень кивнул, и я отступил ему за спину. Скарабей спрятался туда же, а Комар поспешил отбежать подальше, и в этот момент стальная решетка бабахнула. Расплавившийся металл полетел во все стороны, электричество на мгновение собралось в маленький шарик, а потом полыхнуло, запустив невидимую волну в радиусе десятка метров.
— Дерьмо Кингу! — выругался вернувшийся Комар. — Это что за электромагнитная бомба? Он опять сжег мне телефон!
— Скарабей же говорил, чтобы мы оставили всю технику дома, — спокойно возразил Муравей, и я неожиданно осознал, что наш главарь смог довольно точно предсказать итог применения моей искры.
На душе неожиданно стало спокойнее. Если Скарабей смог понять мою силу, то, возможно, он и со всем остальным справится. Появилась уверенность, что наша авантюра закончится без последствий.
*** 
Возвращались мы уже совсем в другом настроении. Если до этого в отряде царило напряжение — никто не знал, чего от меня ожидать — то теперь не только я верил, что мы справимся. Я бросил взгляд на Скарабея. А ведь он специально мог устроить именно такую странную и не самую эффективную проверку, чтобы поднять дух остальным членам банды.
 
— Ты неплохо справился, — первым нарушил повисшее молчание Муравей и хлопнул меня по плечу.
— Я стараюсь, — я улыбнулся.
— Мы видели, как работает Замыкание. Это одна вредная училка из Твери, так вот она гораздо слабее, — Муравей продолжал.
— Учительница? — я удивился. — И она тоже в вашей банде?
— Не в нашей, — в разговор влез Комар. — Она из «Черной Скалы», это сильнейшая банда области. Скарабей с Гусеницей тоже какое-то время с ними работали, а мы с Муравьем — одиночки. Просто однажды узнали, что у нас совпадают цели, и с тех пор держимся вместе.
— Не стоит болтать лишнего, — Скарабей обернулся и сурово посмотрел на нас.
— Не поднимать тему того, что вы хотите взять у того аристократа и зачем вам это нужно? — я не стал молчать. Иногда лучше прямо оговорить правила, чем постоянно натыкаться на окрики и неловкое молчание.
— Пока да, — Скарабей буравил меня взглядом, а потом сделал неожиданный вывод. — Ты странный. Большинство старается обходить неудобные темы, а ты бьешь сразу в лоб.
— Нам работать вместе, — ответил я. — И мне нужно четко знать, где на первом месте будет дело, а где — тайны.
Некоторое время все молчали.
— Личные вопросы можно? — я заговорил, когда мы прошли половину пути.
— Что-то мы скрываем, что-то нет. Попробуй, — рядом ко мне тут же пристроился Комар. — Если что-то будет особенно интересно, можно обменяться информацией.
Вот ему было точно от меня что-то нужно.
— У меня вопрос про то, почему вы остались сражаться с черным, — я вернулся к бою с тварью из осколка. — Я помню слова про «свой» город. Вот только двое из вас не отсюда. Гусеница, как выдалась минутка, пошла не к семье, а к дворецкому. Скарабей и вовсе занялся мной…
Со стороны это, наверно, смотрелось странно. Тощий подросток, которому недавно исполнилось шестнадцать, с вызовом смотрит на парня, который точно раза в два больше, чем он.
— Почему Комар и Муравей пошли за нами, спроси у них сам, — Скарабей усмехнулся. — А что касается нас с Гусеницей, ты прав, тут не осталось людей, связями с которыми мы бы по-настоящему дорожили. Вот только свой город — это не только настоящее, это еще и память. Память о тех, кто ушел и кого мы любили. Память о себе, какими мы были раньше. И у меня, и у нее было то хорошее, за что стоило сражаться, вот и все.
Мы снова замолчали.
Комар с Муравьем, видимо, не собирались пока рассказывать о себе, я же думал о том, как эта банда с каждым днем, с каждым разговором все сильнее раскрывается с новой стороны.
Впереди показалась городская окраина.
— У нас есть полчаса на обед, — Скарабей посмотрел на часы. Я оценил, что из-за меня он на этот раз решил надеть механические. Наивный, думает, их я не смогу взорвать.
— А потом? — спросил я.
— Потом вернется Гусеница, и начинаем тренировки! Нам еще очень много нужно сделать!
*** 
Следующие две недели были одной большой тренировкой. Я сначала удивился, что банда совсем не спешит добраться до своей цели, но потом Скарабей все объяснил. Они знают, что нужный человек останется в Твери до конца лета, а с учетом того, что второго шанса не будет, Жуки планировали выжать из своей единственной возможности все, что только можно.
И мы продолжали работать. Скарабей с Комаром достали план здания и отрабатывали скоростной забег до цели. Я с Гусеницей и Муравьем учился быстро ломать любые электронные схемы. Как оказалось, мне было куда расти в этом направлении. Прежде всего, в плане того, на что действовала моя искра. С техникой было проще всего, ее я чувствовал на сотни метров вокруг себя — думаю, рано или поздно, смогу и касаться ее на расстоянии. Но ею же мир не ограничивается.
Началось с того, что я вспомнил про свои блины, которые у меня тоже бахали, хоть и не так активно. Потом начал экспериментировать, пытаясь увидеть звездочки во всем вокруг. В камнях, деревьях — они же все были по факту творениями кого-то или чего-то, и сработало. Звездочки «нетехники» появлялись, хоть и с некоторым запозданием, и только при касании, но это стало переломным этапом на моем пути познания своей силы. Я даже рассказал Муравью чуть больше о моих способностях, чтобы тот смог помогать мне двигаться дальше.