Люби меня (СИ)

– Правда. Свободны, – пригубляет.
Я – за ней.
– Как ощущение? – давлю, настойчиво пытаясь прощупать ее.
Блядь, хотя бы ментально. Если не дается физически.
– Мм-м… – задумавшись, прикрывает глаза. Вздыхает, облизывает губы и, пока меня очередной волной дрожи кроет, нереально чувственно выдает: – Это волнительно. Кровь бурлит. Иголки под кожей. Сердце барахлит. Пульс зашкаливает. И в солнечном сплетении…
Резко распахивая глаза, застает меня врасплох. С трудом подбираю челюсть. Чудо, что слюной закапать не успел.
Блядь… Я хочу ее трахнуть. Срочно. Мне нужно это сделать. Я должен. Иначе не будет мне покоя. Никогда.
– В солнечном сплетении… – повторяет она с выраженным придыханием.
Я суматошно пытаюсь понять, чем обоснована эта эротическая томность. Вроде как напиться с одного бокала не должна была. А если нет… Возбуждена ли она так же, как я?
– В солнечном сплетении…
– Солнышко? – с ухмылкой подсказываю я.
Хотя мне, блядь, конечно, совсем не до смеха. Мышцы сводит, так хочу опрокинуть, на хрен, разделяющий нас стол и наброситься на свою Богданову.
Она же моя? Будет моей. Точно.
В лепешку расшибусь, но без четких сдвигов ее из дома не выпущу.
– Что? – отзывается Соня растерянно.
Я прочищаю горло и откидываюсь на спинку кресла. С трудом дыхание перевожу. Особенно, когда замечаю, что стояк мой видно, блядь, издалека. И это при учете, что перед встречей я подрочил, чтобы якобы выпустить напряжение.
Не пора ли мне обратиться к врачу?
Мать вашу, знать бы еще, к какому именно. Сейчас кажется, что я достоин ярчайших диагнозов от целого ряда специалистов.
– Эти ощущения похожи на то, о чем ты читала в своих книгах? – выпаливаю первое, что зреет в мозгу.
Соня краснеет. Облизывает губы и начинает бегать взглядом, не давая мне зафиксировать зрительный контакт.
– Мм-м… Ну да, – признает, наконец.
И я застываю.
Снова приходится давить свои порочные желания. Впрочем, долго я им сопротивляться неспособен.
– Тогда… – сиплю, чувствуя, как этот хрип продирает не только горло, но и всю грудь, оставляя после себя ощутимое жжение. – Это точно не свобода, Соня.
Она так бурно вздыхает, что я могу наблюдать, как вздымаются и опускаются ее охуенные сиськи. Два слоя ткани – топ и лифчик от бикини, который она надела под низ – не могут скрыть то, как затвердели ее соски.
– А что же? – шепчет рвано.
– Пойдем в бассейн – покажу, – задвигаю самоуверенно в очередной надежде, что она дозрела и не станет ломаться.
Соня резко выпрямляется и напряженно застывает. Всем своим видом показывает, что мне при всех раскладах новый облом светит.
– Саша…
И тогда я иду на еще более смелый шаг.
Поднимаюсь, обхожу стол, осторожно беру ее за руку и, выдавая часть своих чувств, прошу ее:
– Пойди мне навстречу, – поглаживая большим пальцем ее запястье, с кайфом ловлю ее новые мурахи. – Я не буду наглеть. Ну, сильно не буду.
Соня вскидывает на меня взгляд и… Блядь, она поднимается. Позволяет мне сжать свою ладонь крепче и довести нас до бассейна. Пока мы ужинали, стемнело, и зажглись уличные фонари. Идеальная атмосфера для соблазнения. И, мать вашу, по Сониному очередному взгляду я понимаю, что так думаю не только я.
Она боится и сильно стесняется. Но хочет этого так же сильно, как и я.
Ну… Либо я пьян.
Я, блядь, пьян, конечно. Своею любовью. Эм-м… В смысле, тем видом похоти, который заставляет меня не просто стремиться вставить в Богданову член, а еще хотеть ее целовать и ласкать.
Блядь… Она раздевается.
Ау-ау-ау… Связь с мозгом утеряна.
Нет смысла рисоваться и идти переодевать плавательные шорты. Я не стилем и воспитанием Богданову сразить хочу.
Да, мать вашу… Выкачу-ка я сразу член.
Почему нет-то?
Она не возражает, когда стаскиваю все. Хотя, возможно, из-за шока просто не в состоянии говорить.
– Ты тоже можешь все снять, – хриплю, пытаясь казаться спокойным и адекватным. – Никого нет. Камеры я отключил.
– Спасибо, – быстро шепчет Соня. – Мне в купальнике вполне нормально.
 
– Ладно.
Я и так счастлив, конечно. Как никогда в своей гребаной жизни.
– Ты охуеть какая красивая, – выписываю, прежде чем успеваю прикусить свой блядский язык.
Она невинно хлопает глазами, словно не в курсе того, как у меня гудит член. Хотя, безусловно, не в курсе. Туда Богданова не смотрит.
– Ты тоже ничего… – бормочет чрезвычайно взволнованно. – А что мне делать с браслетом? – поднимает руку. Золотые звенья сверкают в свете фонарей. – Где его можно оставить?
Вчера, когда я нашел в песке свой злополучный подарок, пообещала беречь его всю жизнь.
– Ничего ему не будет. Плавай с ним.
– А если соскользнет?
– Далеко не уплывет.
– Но…
Едва она это выдавливает, обнимаю ее и сваливаю в бассейн. Под водой получаю то, о чем так долго мечтал – Соня обхватывает меня ногами и руками. Позволяю себе вытеснить всю воду между нами. Стискиваю сильнее, чем того требуют обстоятельства. Продвигаюсь до тех пор, пока член не вжимается в горячую впадину между Сониных идеальных ног. Только после этого устремляюсь на поверхность.
Вдыхая, смотрим друг другу в глаза. Тело отзывается мощной дрожью. И это не влияние перепада температур. Летний вечер, как обычно, жаркий. Вода приятно теплая.
Накал растет настолько, что в какой-то момент я понимаю: видимость плывет. Только желтые пятна фонарей в общей темноте остаются. Моргаю, вспоминая, что просто обязан это делать. Медленно тяну кислород. Но тело продолжает бомбить. Подталкиваю Соню к бортику. Фиксирую у стенки. И тупо роняю голову в изгиб ее шеи. Вдыхаю вовсе не так сдержанно, как бы мне хотелось. Да, блядь, я с трудом справляюсь со своими ощущениями.
Чувствую Сонины пальцы у себя в волосах. Содрогаюсь ярче. Цепенею. Контролирую новый вдох. Дрожь упорно сохраняется. Приходится тупо игнорировать это, когда заставляю себя отстраниться и посмотреть Соне в глаза.
– Рассказывай, – задаю тон.
Шепотом, конечно. Громче сейчас мог бы быть только крик. Ничего среднего.
– Что рассказывать?
– О чем ты мечтаешь, Соня? Что для тебя значат отношения? Что я должен буду делать?
– Я хочу… – теперь она прячет лицо. Притягивая меня ближе, касается губами виска. При этом гладит также пальцами мой затылок. – Хочу, чтобы ты звонил и писал мне каждый день… Хочу, чтобы мы везде ходили вместе – к твоим и моим друзьям… Хочу гулять, взявшись за руки… Хочу говорить о всякой ерунде… Хочу встречать рассветы так, как на том сеновале… Хочу танцевать так, как на том празднике… Хочу плавать так, как сейчас… Саш… Я хочу обниматься с тобой… Хочу целоваться… Хочу спать вместе… Хочу нежничать и ласкаться… Хочу смеяться с тобой… Хочу искренне тебе улыбаться… Хочу чувствовать себя счастливой… С тобой хочу, Саш… Очень сильно хочу… А ты? Чего хочешь ты?
Отстраняюсь, чтобы посмотреть в ее лицо и тут же рухнуть в сияющую бездну ее глаз.
Все, что она перечислила… Каждый фрагмент из будущего, что она создала, пронзил мое сердце огненной стрелой. И я вспыхнул. Самым ярким пламенем. Загорелся неистово.
– Я хочу тебя, – заявляю уверенно. Стыд успешно дожарился, ничего не мешает мне выпалить: – Хочу все это, Соня… Хочу быть твоим настоящим.
  
27
 
Только тебя хочу… 
© Александр Георгиев
– Ты согласна? – напряженно вглядываюсь Соне в глаза. Всегда был уверен в себе. Но сейчас, даже после того, что она озвучила, нутро раздирают сомнения и страх. Правильно ли я понял, что все это она хочет только со мной? Являюсь ли я для нее тем незыблемым приоритетом, которым для меня стала она? Точно меня хочет? Не просто свои мечты из книжек, а именно меня? В венах уже разносится горючий экстракт предвкушения. И я понимаю, что готов сделать что угодно, лишь бы Соня Богданова хотела меня. – Будешь моей? По-настоящему. Полностью. Будешь?