Дракон (ЛП)

— Да. Вот так. Я хочу, чтобы ты была очень влажной, когда я закончу.
Вскоре после этого он кончил.
Я почувствовала, как его свет сильнее открылся в этот момент.
Он издал протяжный крик, стискивая мои волосы обеими руками и толкаясь в мой рот. Он кончал довольно долго. Достаточно долго, что я снова затерялась в ощущениях, читая его, когда он на мгновение утратил контроль.
Едва закончив, он затащил меня на кровать.
Он снова перевернул меня, и прежде чем я успела перевести дух, он запустил в меня пальцы, но не в мою киску.
— Так нормально? — хрипло спросил он. — Тебя устраивает любой вариант? Оба?
Я лежала там, и смятение затопило мой свет. Я знала, о чём он спрашивает. Он хотел анального секса. И я по большей части не возражала, но не ожидала, что он начнёт с этого. Учитывая, что я только что ему отсосала.
— Ты не хочешь трахаться? — спросила я с непониманием. — …По-другому, имею в виду?
Он издал низкий смешок, шлёпнув меня по заднице тяжёлой рукой. Затем он медленно помассировал меня там. Признаюсь, это послало по моему телу и свету разряд, от которого боль ухудшилась в разы.
— Просто скажи мне, устраивает ли это тебя, — прямо сказал он.
— Да, — ответила я, но в это слово просочилось раздражение.
Я начинала думать, что он делает это только для себя.
Может, он недолюбливает меня больше, чем я осознавала. Или презирает меня сильнее, чем я осознавала. Или ему нравится трахать парней больше, чем я осознавала… или он делает это в большей степени из-за Ревика, чем я осознавала.
Он действительно будет как тот стереотипный дерьмовый парень? Он просто использует меня, чтобы спустить напряжение, а потом перекатится на бок и вырубится? Может, отправится на поиски пиццы в другой части лагеря?
Должно быть, Джем услышал часть этих мыслей, потому что он усмехнулся.
— У тебя есть что-нибудь? — спросил он снова прямолинейным и будничным тоном. Когда непонимание пронеслось по моему свету, он приласкал мою задницу, вложив больше света в свою ладонь. — Для этого, Элли. У тебя есть что-нибудь?
Я постаралась подумать. Смазка. Он ведь имел в виду смазку, верно? Я начала переворачиваться, чтобы встать с кровати и достать её, но его ладони крепче стиснули меня и удержали на месте.
— Нет, — усмехнувшись, он заговорил более твёрдым и приказным тоном. — Скажи мне. Или покажи. И не двигайся, бл*дь, пока я хожу туда.
Почувствовав, как мой свет реагирует на его тон, а лицо заливает жаром, я послала ему беглый снимок того, где смазка лежала в деревянном шкафу возле двери.
Постель скрипнула, когда он встал.
Я лежала на месте, борясь с разрядом, который змеился в моём свете. Это тоже из-за Дракона? Он пытался подготовить меня к другому виду секса? Или довести меня до такого чёртова неудовлетворения, чтобы я забыла? Я чувствовала в этом какое-то намерение, но понятия не имела, какое именно.
— Бл*дь, тогда просто перестань думать об этом, сестра, — посоветовал он от шкафа.
Я слегка подпрыгнула от его слов, но не ответила.
Когда он вернулся, движения его рук были методичными и размеренными. По-прежнему тёплыми, но он не колебался и не слишком деликатничал. Он наполнил меня холодным гелем, который заставил меня ахнуть. Затем я услышала, как он нанес ещё больше смазки на себя, и завиток тяжёлой боли выплеснулся из его света. Я чувствовала, что он смотрит на меня, глубже вплетается своим светом.
Затем он расположился за мной, массируя мою спину всё ещё скользкой ладонью.
— Откройся для меня, Элли, — мягко попросил он.
От его слов я запаниковала. Затем я осознала, что он имеет в виду моё тело, а не мой свет.
Заставив себя выдохнуть и расслабиться, я сделала так, как он просил, и толкнулась навстречу, когда он более настойчиво повторил просьбу своим светом.
Затем он очутился во мне. Это он тоже сделал умело.
Я знала, что меня ждёт, но ощущения всё равно застали меня врасплох. Хуже того, от этого мои защиты опустились как минимум на короткий промежуток времени. Я вскрикнула, невольно выгнувшись под ним. Он крепче стиснул меня, когда я отреагировала низким стоном и сжала покрывало в кулаках.
 
— Gaos, — пробормотал он, глубже входя в меня. — Gaos, да… мне тоже хорошо, Элли. Это так приятно, бл*дь…
Я не ответила, прикусив губу и отвернув от него лицо.
Казалось, он трахал меня довольно долго. Долго, медленно, жёстко… он был очень хорош в этом. Слишком хорош. Каждый глубокий толчок заставлял меня стонать и таять под ним. Я старалась не думать о Ревике на другом конце, старалась держать свой свет закрытым, отгораживать нас щитами, но моя боль продолжала усиливаться, когда он не дал мне кончить.
И да, может, это было бы неплохо… вроде как… если в итоге он сделает мне ещё лучше. Но он также не прикасался ко мне нигде, только стискивал мои бёдра.
Он не позволял мне прикасаться к себе.
Казалось, он вообще не был заинтересован в изучении моего тела.
Он также посылал мне свою боль и удовольствие интенсивными импульсами, от которых я извивалась под ним, потела, стонала, а потом и вовсе начала хныкать и умолять.
Кончив в этот раз, он издал надрывный крик.
Он оставался глубоко во мне, содрогаясь и удерживая мои бёдра мускулистыми ладонями. Я заскрежетала зубами, чувствуя, как он отпускает контроль, и та интенсивная боль струится по его свету.
В те несколько секунд его желание сделалось настолько мощным, что я застонала в голос, противясь ему.
Однако он лишь вошёл глубже, хватая воздух ртом, притягивая меня к себе, и боль струилась из его члена. К тому моменту я дошла до такого отчаяния, что подумывала использовать телекинез, но он вышел из меня прежде, чем я успела решить, погладил мою поясницу сильными пальцами и просто стоял там на коленях, тяжело дыша.
Несколько секунд он, казалось, просто пытался взять себя в руки и вернуть дыхание в норму.
— Мне нужно в душ, — объявил он после этого.
Изумившись, я начала переворачиваться, чтобы сердито посмотреть на него или, может, послать на три буквы, но он снова крепко шлёпнул меня по заднице.
Когда я встретилась с ним взглядом, его лицо сделалось напряжённым и серьёзным.
— Нет, — его тон зеркально вторил этому выражению. — Нет. Ты останешься здесь.
— Какого хера…
Он перебил меня так, словно я ничего не говорила.
— …Ты останешься здесь, — жёстче повторил он. — Прямо здесь, сестра. В этой самой позе. Ты будешь ждать меня здесь именно в таком положении. Ты поняла?
Его массирующие пальцы сильнее давили на моё бедро и спину, странно убаюкивая, пока он разминал линии мышц. Наклонившись, он подхватил с полу свою футболку и начал нежно вытирать меня.
— Если ты сдвинешься с этого места или сомкнёшь бедра, Элли… я не вернусь. Ты поняла? Тебе придётся просить кого-то из тех маленьких мальчиков подрочить тебе. Как ты и планировала.
Мои челюсти сжались от его слов. Однако я ничего не сказала.
Он бросил свою футболку обратно на пол.
— Ты будешь ждать меня? — спросил он.
Я мысленно поколебалась, чувствуя, как его свет притягивает мой.
Я чувствовала там желание, змеившееся в его aleimi вопреки тому факту, что он уже кончил — дважды — и вопреки тому факту, что в его голосе до сих пор не отражалось ни капли эмоций или боли. Однако я чувствовала там сильное желание, вопрос, который жил в его свете, пока он продолжал массировать мою спину и бедро.
— Элли? — сказал он.
— Да, — сердито ответила я. — Да. Я буду ждать.
Я услышала, как он улыбнулся.
— Ладно. Я позаимствую полотенце, ладно?
Я издала ещё более раздражённый звук.
 
— У тебя там есть мыло?
— Да, — прорычала я.
— А твоя ключ-карта? — невинно спросил он.
— Как скажешь, — отозвалась я.
В этот раз он усмехнулся.
Кровать скрипнула, когда он поднялся на ноги.
Я слышала, как он открывает шкаф, слушала шорох материала, пока он, должно быть, перебирал мою стопку чистых полотенец. Через несколько секунд дверь шкафа снова закрылась. Потом я услышала, как он возится с моей одеждой у стены, наверное, ища ключ-карту.