Отпусти меня (СИ)
«Смысл дожить до июля. Я туда поползу, даже если у меня откажут ноги!»
Заинтересовавшись, доктор углубился в чтение. Три дня в палатках на территории складов заброшенного военного аэродрома, костюмы в стиле «Безумного Макса», никакого интернета и мобильной связи, бои, чёрный рынок, концерты, поселения выживших после Апокалипсиса — да уж, там было, где разгуляться. Не удивительно, что Машу так сильно зацепило мероприятие — она из подобных сборищ черпала вдохновение.
Чуть подумав, Павлов усмехнулся и, достав телефон, набрал один из заученных наизусть номеров.
— Алло, Смык? — дождавшись ответа, бодро спросил мужчина, — Как ты относишься к палаткам, дракам и Апокалипсису?
Глава тринадцатая
Следующие пару недель прошли для меня относительно спокойно. На работе всё было ровно — никто никого не увольнял и, судя по всему, не собирался. Лёгкая алкогольная и эмоциональная встряска сделала своё дело — я перезагрузилась, настроила свой внутренний компас и могла снова двигаться в нужном мне направлении. Неприятный инцидент с Таней оказался позабыт и мы снова начали плодотворно трудиться на благо будущего нашего сайта.
Кроме того, я сдала все анализы, которые требовал от меня Миша. Да, для этого мне приходилось с ним видеться, но мы не вспоминали про ту наполненную событиями ночь и вообще сводили общение к минимуму. Точнее, так поступала я. Павлов же пребывал в удивительно бодром расположении духа — он был весел, постоянно шутил и то и дело пытался втянуть меня в диалог. Я отбрыкивалась, но док не унывал. Или — что лично меня невероятно раздражало — мужчина вел диалог от моего лица, когда сама я по тем или иным причинам, не могла говорить. А такое случалось — Михаил Олегович ведь решил, ни много ни мало, а прогнать меня по всем лабораториям, и в какие только места медики не заглядывали за те дни. Рот исключением не стал. Миша то и дело вставлял какую-то безобидную, но шпильку, а после с ангельской улыбкой спрашивал:
— Что такое, Мария Андреевна? Не можете мне ответить?
Я терпела, одаривая доктора лишь бесконечно недовольным взглядом. Но однажды не выдержала и показала ему средний палец — на глазах у малость изумлённой медсестры. Еще бы — такое поведение в приличных кругах считалось малость неприемлемым. Но он меня вынудил. И, что самое важное — после этого Миша всё вроде бы понял и отвалил от меня. Аллилуйя.
К счастью, всё имеет свойство заканчиваться. И даже многочисленные анализы, которые подразумевали под собой походы в клинику (читать — к Мише). Док был вынужден признать, что я крайне бережно относилась к своему телу, проставить штампы, что я здорова, и отпустить. Я же, с чувством небывалого облегчения, забросила все эти справки и бумажки куда подальше и забыла, как минимум, еще на полгода — до тех пор, пока мои родные не вспомнят, что мне снова стоит сходить провериться. З — забота.
Так что я снова смогла полноценно посвятить себя только работе — и своим друзьям, среди которых был и Денис. После того неожиданного отгула мы почти не виделись и не общались, но я была не расстроена — и без того дел хватало. Тем не менее, то утро просто обязано было стать исключением. Потому что у нашего любимого директора был день рождения.
Денис не любил всю эту суету — поздравления, дерганья за уши, проставы. Он каждый год пытался избежать этого, но всегда это заканчивалось одинаково — мы забивали на его пожелания и делали по-своему. Тот год исключением не стал. Поэтому, когда мужчина пришёл на работу — его уже ждали довольные и многочисленные мы.
— С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ! — прокричала хором новостная редакция, пока притворяющийся равнодушным Денис безуспешно прятал улыбку.
— Спасибо, коллеги, — сказал мужчина, когда мы притихли, после чего добавил, — Традиционной проставы в обед не будет.
Ребята начали гудеть, я же вопросительно приподняла бровь, ожидая продолжения. Денис, несмотря на все свои недостатки, жмотом никогда не был. Он в день, когда мы установили новый рекорд по статистике, такую поляну в редакции накрыл, что я не обедала и не ужинала. А тут как бы не рядовое событие. Значит, этот жук просто затеял что-то иное.
Конечно же, я оказалась права. Пока коллектив не начал вслух выражать своё недовольство, Денис продолжил:
— Простава будет вечером. Я заказал столик в одном ресторанчике. Так что, если у вас нет планов на вечер — всех приглашаю.
Ого. Такого я от него не ожидала. Да и другие, видимо тоже. Мы с Дашей переглянулись, и её лицо выдавало те же эмоции, которые испытывала я — удивление вперемешку с радостью. Халявный вечер в ресторане. Кто вообще отказывается от такого?
Меж тем, все начали по очереди обнимать Дениса, я же спокойно стояла в сторонке, ожидая своей очереди. Я-то друга уже поздравила — пока он ехал, черканула ему сообщение.
«Хозяин, с днём рождения! Я речь пока не придумала, но если что соображу — обязательно её озвучу)»
Это была наша старая шутка — когда я портачила или просто хотела вызвать у Дэна улыбку, называла его «Хозяин». Началось всё с того, как мы сидели под конец рабочего дня и правили мой текст. Денис терпеливо вычищал все ошибки, выбирал материалы для предыстории и прочее. Стрелки часов уже давно перевалили за отметку в шесть часов, когда мужчина остался доволен. Я спросила, можно ли Добби* идти домой, а когда получила положительный ответ, не удержалась и воскликнула:
— Спасибо, Хозяин!
Денис тогда только посмеялся и сказал, что ему нравится, какие обращения я выбираю. Постепенно такой позывной за ним закрепился. Правда, только среди нас двоих.
Когда все уже пожамкали именинника, я всё же решила не отваливаться от коллектива. Приблизившись к довольному директору, спросила:
— Обнять разрешишь?
Денис кивнул с лёгкой улыбкой, в которых читалась хитринка, свойственная мальчикам, а никак не взрослым мужчинам, занимающим руководящие должности. Я обхватила друг за плечи и, чмокнув в щеку, шепнула:
— С днём рождения, мой хороший.
— Спасибо, солнце, — ответил тот также негромко.
А когда я попыталась отстраниться, то поняла, что друг продолжал меня удерживать. Пришлось кашлянуть и усилить нажим, добавив:
— Денис, отпускай меня.
— А, что? — видимо, вспомнив, что мы не одни, поднял голову мужчина.
Я же, стремясь перевести всё в шутку, хлопнула его по плечу:
— Ну, ты чего. Это становилось уже почти неприлично!
Дэн усмехнулся:
— Ну да, точно. Тысяча извинений твоей добродетели. Итак, коллеги, — обратился он уже ко всей редакции, — Жду всех в восемь часов вечера. Адрес скину в общий чат.
Все вернулись к работе и спустя минуту ко мне прилетело сообщение от Даши:
«Ты идёшь?»
«Спрашиваешь? Когда я упускала возможность поужинать нахаляву в ресторане? Я еще и платье красивое надену по такому случаю!»
«Блин! А я не успею до дома и обратно. Буду как лох!»
Сообщение подруги было пропитано чисто женским горем. Решение в голову пришло моментально — честно говоря, тут даже далеко за ним ходить не пришлось.
«У нас один размер. А живу я, сама знаешь — ближе только если над редакцией комнату снять. Так что можем собраться у меня и поехать вместе».
«Ты — лучшая из людей, в курсе?»
Лично у меня были сомнения на этот счёт, но я решила о них Даше не говорить. Ни к чему ей мои душевные терзания выслушивать. Так что я ограничилась коротким «Вот и договорились», после чего вернулась к работе.
Вечером мы с Дашей, как и планировали, собрались у меня, прихватив с собой бутылочку шампанского. Под него вообще всё идет всегда куда веселее, наши сборы исключением не стали. В порядок мы себя привели довольно быстро — подруга заплела мои волосы в две французские косы, вытащив несколько прядок и заколов их шпильками. Макияж я выбрала самый что ни на есть вечерний — тёмный смоки айс, рубиновые губы, чуток румян и немного карандаша для бровей.
С нарядом возни тоже особой не было — в моём шкафу уже давно висело платье, дожидаясь своего часа. Черное, из тонкой ткани, на ладонь выше колена, с низким вырезом, который был полностью задрапирован кружевом, создавая ощущение, что всё вроде бы прикрыто. Из того же материала были сделаны рукава. Футляр плотно обтянул мою фигуру, и чёрные босоножки на тонком каблуке чуть удлинили мои ноги. В целом получилось неплохо.