Сделка с профессором (СИ)

– Теперь покажите, как вы будете работать с накопителем, – попросил главный экзаменатор.
Бетти поднялась и прошла к отдельному столу, где лежали несколько толстых металлических пластин разной формы. На них были выгравированы замысловатые символы, но только на двух артефактах знаки точно совпадали с теми, что Беатрис не раз видела на уроках манологии.
– Выбирайте накопитель, который вам нравится, и вливайте ману, – распорядился главный мэтр.
– Простите, но здесь какая-то ошибка, – сказала Бетти, стараясь, чтобы ее голос звучал уверенно и не дрожал. – На столе всего два накопителя, а остальные артефакты непригодны для вливания маны. Их нужно срочно заменить, иначе кто-нибудь может случайно перепутать и получить увечья при работе с ними.
– Не волнуйтесь, – усмехнулся он, и в его ничего не выражающем взгляде вдруг мелькнул хитрый огонек, – мы всегда успеем прийти на помощь тем, кто не соблюдает технику безопасности при работе с накопителями. Продолжайте. Покажите нам, как вы управляетесь с внутренней энергией.
После подобного разъяснения Беатрис ничего не оставалось, как положить ладонь на выбранный артефакт, открыть резервуар и направить поток своей маны к накопителю. Но она вдруг ощутила, что энергия никуда не переходит, а, наоборот, скапливается вокруг металлической пластины и внутрь не затягивается.
– Извините меня, пожалуйста, – не выдержала она, – но, кажется, здесь один из двух накопителей неисправен.
– Почему вы так решили? – спросил все тот же главный экзаменатор. – Мы все проверили перед началом испытания.
– Я понимаю, – ответила Беатрис стушевавшись. Она утянула выпущенную ману обратно и убрала руку. – Но я уверена, что накопитель испорчен, поскольку он не собирает ту энергию, которую я ему пытаюсь передать.
– Допустим, – с сомнением посмотрел на нее мэтр. – Раз так выберете другой и попробуйте снова.
Она кивнула, положила руку на второй артефакт с нужным знаком, и на этот раз все прошло без особых усилий с ее стороны.
– Готово, – сказала Бетти.
– Хорошо, – ответил глава комиссии. – Вы можете быть свободны. О результатах экзамена вам сообщат отдельно.
– Благодарю.
Беатрис сделала реверанс и довольная собой покинула зал.
«После такой заминки и путаницы с накопителями они точно не поставят мне хороший балл, – ликуя, думала она. – И даже действие проклятого браслета здесь бессильно!»
Но когда на другой день все выпускницы собрались в парадном зале, чтобы узнать результаты экзамена и имена тех, кто пожелал заключить с ними контракты, Бетти ждал сюрприз.
– Адептки, – обратилась к ним директриса Гризар с довольной улыбкой, – вы все прошли финальное испытание и получили звание дайны! Мои поздравления!
Все зааплодировали, раздались радостные возгласы, и девушки принялись обнимать друг друга, делясь счастьем и облегчением.
– Кроме того, – повысила голос директриса, и выпускницы вновь притихли, – одна адептка получила высший балл и вправе рассчитывать на особые привилегии. Магическая комиссия гарантирует ей уменьшение размера долга за обучение и после службы по контракту у одного из максисов получение работы в одном из крупнейших государственных учреждений с повышенным окладом. И это Беатрис Сонар!
Все снова захлопали в ладоши, а у Бетти в душе разлилась невыносимая тоска.
«Как же так? – удивилась она. – Я ведь плохо справилась с практикой. Неужели Пекиш все-таки добился своего?»
Директриса принялась зачитывать имена тех адепток, которым посчастливилось найти себе хозяев на ближайшие десять лет, но Беатрис настолько была поглощена своими переживаниями, что все пропустила и очнулась, только когда услышала:
– Контракты адепток Беатрис Сонар и Гренды Фулн выставлены на торги. Аукционы пройдут в конце этой недели. Все свободны.
«Теперь все зависит от того, кто сможет назначить самую высокую цену», – с горечью подумала Бетти и почувствовала себя совершенно беспомощной и бесправной от того, что ее судьбу предстояло решать чужим, не имевшим к ней никакого отношения людям.
 
Глава 33
Несколько дней до аукциона Беатрис провела словно в полузабытьи, постоянное гнетущее чувство беспокойства не давало ей связно думать и в полной мере реагировать на происходящее вокруг.
В это время среди выпускниц можно было заметить как исключительно счастливых девушек, так и бесконечно печальных. Первые радовались тому, что самый главный в их жизни экзамен позади, и что им есть, с кем заключить контракт, а вторые были огорчены тем, что никто не захотел, взять их к себе, и перед ними встал вопрос об устройстве на государственную службу.
Ученицы теперь много времени проводили в кабинете рукоделия и занимались подготовкой своего небольшого приданного. Им предстояло сшить для себя необходимые на первое время сорочки, постельное белье и мелкие предметы гардероба. Никто не знал, куда им придется отправиться и в каких условиях проживать, и школа обязана была подготовить выпускниц для самостоятельной жизни даже в доме богатого господина на полном иждивении.
Пока они старательно кроили, Хельга уже в сотый раз принималась рассказывать Бетти о выпавшей на ее долю удаче:
– Нет, ты представляешь, какой максис Мензир молодец! Он мне еще на смотринах сказал, что обязательно подаст прошение о заключении со мной контракта. И таки взял и получил разрешение! Просто чудо какое-то!
Беатрис рассеянно кивала, но из-за своих переживаний сил радоваться за подругу у нее попросту не осталось.
– Он обещал устроить мне конную прогулку по всем окрестным селениям, как только мы доберемся до его имения. Представляешь? Я уже жду не дождусь, когда пройдет выпускной, и мы наконец отправиться с ним в путешествие.
– Тебе легко говорить, – вмешалась в разговор последка Фиби, сидевшая за соседним столом и делавшая небрежные стежки, подрубая простыню. – Твой максис пришелся тебе по душе, ну а я как подумаю о красной физиономии этого Шнелера, так мне дурно становится.
– Не понимаю, чего ты нос воротишь, – напустилась на нее Хельга. – В твоем случае вообще грех жаловаться. У тебя самый маленький резервуар. Удивительно, что вообще кто-то захотел с тобой контракт заключить. Вон в классе куча норм осталось без хозяев, а ты еще и причитаешь. Радовалась бы лучше, что не нужно в какую-нибудь богами забытую дыру отправляться служить.
Фиби не нашлась, что ответить, и лишь горестно вздохнула. Беатрис посмотрела на нее и подумала о том, что Эфрад должно быть в таком же положении, как и она сама. Со стороны кажется, что все прекрасно, а на самом деле до того тошно, что хоть в петлю лезь.
– Не понимаю я этого, – возмущалась Хельга, когда они с Бетти шли по коридору в мастерскую мединны Замас, где адепткам предстояло приготовить себе снадобья в дорогу и про запас на всякий случай, – последке достался вполне себе обеспеченный господин, а она все равно ноет. Хаксли тоже чуть в обморок не бухнулась, когда объявили, что с ней контракт заключит тот молоденький максис со светлыми волосенками. Помнишь? Ты еще с ним танцевала, да и я тоже.
– Да, кажется, он еще на смотринах все решил, – отозвалась Беатрис.
– Ага, – кивнула Хельга. – Только Элиза, наверное, рассчитывала на кого-то поинтереснее.
Бетти уловила ее намек на профессора, но сделала вид, что не понимает, о чем речь. Несмотря ни на что, ей было жалко Хаксли. Она слишком хорошо помнила, что значит быть отвергнутой, и сочувствовала бывшей подруге.
В день аукциона Беатрис не находила себе места, у нее все валилось из рук, и в конце концов мединна Стуорд усадила ее распутывать старые клубки ниток, лишь бы отвлечь от тревожных мыслей. Гренда Фулн тоже выглядела взволнованной, она время от времени посматривала на Бетти, будто искала в ней тайную союзницу, но подойти и обсудить свои домыслы о торгах, не захотела. Обе девушки знали, что пока они сидят в кабинете рукоделия, внизу в парадном зале решается их будущее, и обе жаждали, чтобы все поскорее закончилось.