Куда идем мы… - 4 (СИ)

– Да ладно тебе, папа, – с места вдруг встал енот средних лет, сидевший рядом с патриархом. Судя по всему – наследник престола. – Не жести. Праздник же сегодня.
– Дедуль, ну правда, – поддержал наследника жених. – Отпустил бы ты его. Ну селянин, ну дурак. Что его, сразу убивать за это?
– Пожалуйста, – добавила явно робевшая невеста.
– Ладно, уговорили, – проворчал предводитель тюменских енотов. – Эй вы там! Этого дурня гнать в шею. Денег не платить. Выведите его на улицу, дайте пинка хорошего для ускорения, да и будет с него. Добрее надо быть, праздник все-таки. Хе-хе. Не каждый день внука женим.
Психа, радующегося, что Князь его личину не срисовал, заломив руки, вытолкали из зала. В полном соответствии с распоряжением начальства пинок ему отвесили более чем весомый, Псих даже пролетел пару метров, прежде чем пошел на ускорение свободного падения.
«Это мне воздаяние за поджопник Яшме, – думал он за воротами, потирая тощий зад. – Надо потихоньку завязывать женщин бить».
Придя к этому глубокомысленному выводу, Псих быстренько устроил сам с собой совещание по разработке плана дальнейших действий.
«Князь здесь, похоже, надолго завис. – размышлял он. – Дедуля-енот не производит впечатление демона, от которого можно смыться через часик. Так… Как я ему сказал? «Не все решает сила»? А он меня к бабе отправил? Ну, к бабе так к бабе. Так тому и быть».
И Псих, обернувшись птичкой, залетел обратно в здание.
Через минуту оттуда вышел быкоголовый Князь с чрезвычайно озабоченным видом.
– Черепаха моя где? – жестко спросил он у кинувшихся навстречу охранников. – Мне лететь надо, только что сообщили.
– Мы ее уже в стойло отвели и корм задали, – ответил пинавший Психа охранник.
– Выводите, – коротко распорядился Князь. – И пошевеливайтесь, дело срочное.
Когда привели черепаху с золотистыми глазами, принявший облик Князя Псих быстро прыгнул на сидение и подумал: «Заклинание, «Человек собаке друг», эксклюзив… Да зачем мне твой эксклюзив, дурачина, если у тебя система «свой-чужой» работает на визуальном принципе? И как только у вас всех их не угнали…».
Подключившись к черепахе, он скомандовал мысленно: «В Надеждинку. И побыстрее».
А про себя добавил: «Пора Князю навестить брошенную жену».
  
Глава восемьдесят восьмая. Надеждинка, Тюмень
 
(где все делают то, что им не хочется делать)
дер. Надеждинка
Муромцевский сектор
Омской локации.
56°24′ с. ш. 75°39′ в. д.
К усадьбе Дьяволицы Псих в облике Князя подкатил с шиком – подлетел на невероятной скорости, бросил черепаху в пике, практически коршуном упал с небес, но с невероятной точностью остановился буквально в паре сантиметров от ворот.
– Открывай ворота, – вальяжно бросил он выбежавшему заполошному стражнику. – Хозяин вернулся.
Лоча встречала мужа во дворе, стоя в обманчиво-расслабленной позе, но почему-то было сразу понятно, что она напряжена, как тетива натянутого лука.
– Ну вот ты и вернулся, – выдохнула она и с деланным безразличием спросила. – Ты насовсем?
Псих лихо спрыгнул с черепахи, вразвалочку подошел с бывшей жене Князя и только после этого покачал головой.
– Нет. Только я тебя умоляю – давай без сцен.
Дьяволица кивнула, держа лицо, и вдруг одним движением качнулась вперед, обвила руками, обняла, прилипла – не оторвешь!
– Ну и пусть! – жарко и торопливо зашептала она на ухо мужу. – Пусть! Господи, знал бы ты, дурак, сколько раз я эту встречу себе представляла, сколько в голове прокручивала. Сколько раз репетировала, как я тебе ледяным тоном отвечать буду, как я тебя гордо и безразлично отвергну, и ты поймешь – кого ты потерял! Кого ты променял на эту дуру!
Она и плакала и смеялась одновременно, уткнувшись Психу в плечо и говорила, говорила, говорила…
– А вот увидела тебя и что-то порвалось внутри, как струна лопнула. Как будто глаза открылись. Поняла, что не могу без тебя – каким бы ты не был. Плевать на гордость, на все плевать – лишь бы видеть тебя, лишь бы на шее у тебя виснуть, лишь бы запах твой на себе чуять. Не бросай меня, хотя бы насовсем не бросай, пожалуйста. Я ведь тебя знаю – ты не зверь, ты даже не злой, у тебя сердце нежное. Я ведь сдохну без тебя, я зачахну, я высохну, как старая вишня. Хоть иногда приходи – на денек, на часок, на минутку… – тараторила она, стремясь выговориться, выплеснуть все то, что накопилось у нее внутри за эти бесконечные тягучие свинцово-мерзкие месяцы.
 
«Блин, вот это я попал! – отчаянно запаниковал Псих, почувствовавший себя последней сволочью. – Она, похоже, его по-настоящему любит».
Но он задавил в себе инстинктивное желание прижать ушки и бежать без оглядки, не разбирая дороги, пока никто не догадался об обмане. Псих собрал все свое мужество и напомнил себе, что в этот раз в живых останется либо он, либо Князь, а козырей у него не так много.
После этого он мягко отстранил от себя женщину и добродушно пробасил:
– Ты бы хоть покормила мужа с дороги, прежде чем сырость разводить.
На слове «муж» она вспыхнула радостью, как фонарик.
– Ой, и правда, что это я! Прости, родной, прости дуру соскучившуюся. Пойдем, конечно, столы слуги накрывают уже, пока сполоснешься с дороги – все готово будет!
За столом стало немного полегче.
Лоча оказалась примерной супругой, и, пока супруг ел, не мешала ему. Она сидела, подперев щеку рукой, и молча смотрела влюбленными глазами на мужа. Лишь подливала ему водки в пустевшую рюмку.
«Блин, вот это я попал. Капец как стремно! – меж тем думал усердно жующий Псих. – Ладно, ничего, выпью водки – разойдусь». И вновь опрокидывал рюмку.
– А ты что не пьешь? – поинтересовался он примерно после пятой, когда ледяной страх внутри немножко отпустил.
– Да я водку как-то… – замялась Лоча.
– А то я не помню? – хмыкнул Псих. – У тебя что, вина в доме нет? Обнищала вконец?
– Да есть, как не быть…
– А раз есть, то скажи – пусть принесут. – наставительно объяснил захмелевший с непривычки Псих. – Я, может, с женой выпить желаю!
Дьяволица на слове «жена» опять как будто изнутри осветилась. Повернувшись, она отдала распоряжение слугам.
Пока слуги расставляли перед Лочей бутылку, рюмку, тарелку и приборы, пока пили первую, и, чтобы не загубить первую – быстро налитую вторую, Псих наконец-то придумал, как начать разговор.
– Я чо сказать хотел… Ты это, поосторожнее будь. Тут Псих объявился, шарится по округе, может и к тебе заявиться.
– Ой, да он уже два раза приходил, – махнула рукой захмелевшая Лоча и захихикала. – Наглый такой. Меня «невесткой» называл и хвастался, что вы с ним побратались.
– Да это было четыреста лет назад! – открестился от самого себя Псих и тут же поменял тему, разливая еще по одной. – Ну-ну, и что? Что дальше было? Зачем он вообще приперся?
– Да веер ему мой нужен был, – хихикнула жена. – На неделю, говорит, дай.
– А ты?
– А я его послала, конечно.
– Это ты правильно. Это я одобряю. Молодец! – кивнул головой Псих. – Если каждому давать, то сломается… Э-э-э, это не то. А он что?
– А он в драку полез, – Лоча как-то странно посмотрела на Психа. – Дерется хорошо, сволочь. Хотя до тебя ему, конечно, как до неба.
– Так ты его побила или как? – обеспокоено поинтересовался псевдо-муж.
– Не совсем, – поколебавшись, честно ответила Лоча. – Он сильнее меня, пришлось веер использовать. Махнула на него, его и сдуло куда-то к чертям собачьим.
– Там ему и место, – успокоено кивнул Псих. – Давай еще по одной.
Выпили, закусили.
– Так это еще не все! – улыбнулась Лоча, прожевав. – Там еще продолжение было. Этот придурок вернулся.
– Он всегда дураком был, даже в молодости, – согласно кивнул Псих. – И чо?
– Ну я на него, конечно, опять веером махнула, а он какие-то пилюли ветроустойчивые раздобыл – и ему хоть бы что, стоит как стоял.