Любить не страшно (СИ)

Но у меня же есть гордость! Есть? Он прогнал меня. Он не стал даже слушать! Никогда не была нужна ему…
Не смей даже смотреть! Приказывала себе мысленно, но взгляд то и дело предательски полз по столу в его сторону.
Морщинок в уголках глаз стало больше… И глаза другие — смотрит как-то… ласково, что ли! Из-за Дани, наверное. Умирала от желания подойти к нему поближе, обнять за плечи, прижаться к спине и стоять так хоть до вечера, только чтобы знать, вот он — рядом, со мной, никуда не уйдет больше…
А когда мне удавалось взять себя в руки и я смотрела куда-нибудь не на Матвея, я остро чувствовала его присутствие — всей кожей, всем телом…
Сколько я смогу так протянуть? Мне казалось, что разумнее всего сейчас было бы уйти. Дать Матвею возможность обжиться, прийти в себя, вернуться к нормальной жизни. Да только как же я уйду, если Даню завтра к логопеду везти, она задание даст. Кто будет с ним делать? Да и просто оставить его не могла — ребенок же скучать по мне будет. А я как без него? Прикипела к малышу, полюбила его, дурочка! А что если этот непредсказуемый мужчина вдруг выдумает что-то оригинальное, касаемо нашей дальнейшей судьбы?. Он вполне в силах испортить нашу с Даней устоявшуюся жизнь!
И хотела поговорить с ним и боялась этого разговора, как огня…
… Но разговор все-таки состоялся. Правда, уже поздно вечером, перед сном.
После ужина Даня с Матвеем играли в машинку. Я иногда заглядывала в зал, чтобы насладиться этой замечательно картиной. А когда вновь уходила на кухню, представляла себе, что они — мои… Что это — мой муж и сын сейчас играют там в комнате, а я, как примерная хозяйка, навожу порядок, посуду мою…
 23 
— Лиза, я не знаю, как тебя благодарить. Правда, спасибо тебе! Даня… он совсем другой, он… нормальный. Благодаря тебе… — я не договорил, Лиза перебила:
— Матвей, не нужно. Он мне не чужой, понимаешь? Я не для благодарности…
— Если честно, я не понимаю, зачем тебе это все? Два года жизни потеряла из-за меня…
Она обиженно вскинула глаза.
— Потеряла? Зачем ты так? Наоборот… Я об этом и хотела с тобой поговорить. Я понимаю — ты вернулся, и я, вроде как, не нужна здесь больше. Но Даня… он ко мне привязался. И я к нему тоже. Может быть, как-то постепенно отучать его будем? Чтобы травму не нанести? Я бы пока пожила здесь, хотя бы недолго, чтобы он к тебе привык снова.
Похоже, я разучился понимать людей и, в принципе, разговаривать с ними. Ее слова казались мне разумными — она же не могла жить здесь вечно? У нее своя личная жизнь — я буду мешать. Да, была влюблена в меня, но эта детская влюбленность не может продолжаться вечно. Два года прошло — могла за это время в этого… влюбиться! Но почему-то меня ее слова довели до бешенства — уйти хочет и побыстрее! Уйти, потому что ее этот долбоеб ждет, а я — мешаю их свиданиям! Просто чувствовала свою вину за то, что тогда в деревне произошло, поэтому и возилась с Данькой!
Усидеть за столом не смог — начал шагать, по старой привычке — размер кухни примерно соответствовал размеру моих недавних "апартаментов" — четыре шага туда и столько же обратно.
— Понимаю… согласен. Живи, если считаешь нужным.
Поймал ее странный, расстроенный, разочарованный какой-то взгляд — надеялась пораньше от нас избавиться? Думала, что скажу ей: "Лиза, мы сами справимся — ты свободна!" Хотел, но не мог произнести — уйдет и все, и никаких шансов… Стоп! О каких-таких шансах думаешь? Не лезь к ней, сволочь, ты ей и так всю жизнь испортил!
Как говорится, на том и порешили — она поживет с нами, пока Даня не привыкнет ко мне. А потом… об этом ни она, ни я не заговорили.
Я думал, что она начнет спрашивать о моей жизни в тюрьме, но Лиза ушла в зал, расстелила диван для меня и закрылась в спальне. Побродив по комнате, я тоже улегся. Долго крутился, представляя себе ее в своей кровати и борясь с желанием пойти туда.
***
 
Невыносимо. Просто невыносимо было слушать этот бред! Где-то в глубине души я ждала, что он скажет: "Лиза, я очень по тебе скучал. Ты так хорошо справляешься с Даней, с домом — оставайся с нами!" Но никак не: "Живи, если считаешь нужным!" Получается, что он вроде бы и не приглашал меня, не хотел, чтобы я осталась. Так, разрешение свое только дал.
Пол-ночи об этом думала. И сейчас, накрывая у Али стол в столовой, не могла выбросить мысли о вчерашнем разговоре с из головы.
Роман и Аля решили устроить праздник по поводу возвращения Матвея. Помимо родственников были приглашены коллеги по компьютерной фирме, владельцами которой были братья Аверины. Гости постепенно подтягивались. Правда, в дом заходили пока только женщины, ну и дети. Мужчины предпочитали оставаться с Романом возле большого мангала, где помимо мяса, запекались овощи.
Когда я подходила к холодильнику, могла посмотреть, что происходит на улице. Я старалась приближаться к нему пореже, но то и дело неожиданно для себя оказывалась там. Впрочем, Аля на это не обращала внимания, скорее всего потому, что и сама частенько выглядывала в окно — как же, на Ромочку же нужно посмотреть! Она и не скрывала своей зависимости от мужа. И я завидовала ей — он посматривал в окно и радостно махал, если замечал устремленный на него взгляд жены.
— Лиза, что он тебе рассказывал? Как ему там было? Хотя, нет, расскажи лучше, он тебя хоть поцеловал при встрече?
Ага, поцеловал. Дождешься от Матвея!
— Хочешь спросить, в моей ли постели он провел ночь?
Да, Аля — моя тетя, но разница в возрасте у нас с ней меньше, чем, например, у меня и Матвея. Мы всегда общались, как подружки, да и вообще, у нас в семье на подобные темы разговаривали открыто, даже, в разумных пределах, с детьми.
— О-о, да-а! А что, что-то было у вас?
Это она еще не знает, что у меня с ним тогда, два года назад случилось — иначе пришлось бы рассказывать в подробностях…
— Нет. Ничего не было. Он спал на диване.
— А ты?
— В смысле? Я — в спальне, на кровати.
— Лизка, ты какая-то странная! Ты же его любишь! Ночью взяла бы и к нему…
Вот легко ей говорить! Откуда мне знать, как он отреагирует? Этот гад и выкинуть с дивана может!
Выглянула снова в окошко и замерла. Меня словно по голове ударили — так неприятно было видеть то, что там происходило. Возле Матвея и Ромы стояли трое мужчин и две женщины. Ну, как стояли. Одна из них, скорее висела… На Матвее. Так и подмывало подумать — на моем Матвее.
Я вгляделась в нее — красивая, зараза! Стрижка короткая модная, личико симпатичное, сапожки на высоких каблучках и торчащее из-под короткого пальто облегающее красное платье. И он улыбается ей — в глазки заглядывает. Кобель! О-о, он ещё и за талию ее обнимает!
— Лиза, штору оборвешь! Что ты там такое увидела? — Аля заглянула через мое плечо и продолжила, как ни в чем не бывало. — А! Рома же коллег с работы позвал, чтобы Матвею легче в фирму вернуться было.
— А это кто?
Алька делала вид, что ничего сверхъестественного не происходит — подумаешь, какая-то красотка повисла на моем Матвее! Ну да, когда это он "моим" стал?
— Кто? С Матвеем рядом?
Я кивнула.
— Это — Саша, администратор их. Они с Матвеем встречались раньше.
Что? Встречались? Зачем, зачем ее позвали? Хотя, ее отсутствие все равно ничем бы мне не помогло — Матвей даже не смотрел в мою сторону. Эх, нужно было хотя бы платье надеть! А то, на фоне этой… Саши, я в своих джинсах совсем плохонько смотрюсь!
— Лиз, ну чего ты расстроилась? Насколько я знаю, они уже давно расстались…
***
 
Давно не пил. Буквально нескольких стопок возле мангала хватило, чтобы начало развозить. А Ромка — гад, еще подливает! Когда пришли ребята из нашей фирмы, я уже хотел прекратить процесс распития спиртных напитков для себя. Саша шла последней и, увидев меня, с радостным воплем бросилась на шею.