Сидящее в нас. Книга третья (СИ)
– Кажется, стрляслась беда, – досадливо пробурчала Аки, зыркнув на так же выжидательно замершего мужа. – В княжестве Герлн-Морлские скалы два рлыбака видели на берлегу девчонку. С чёрлными глазами. Горлящую огнём. Рлыбаки брлосились к ней, чтобы спасти. Пока огибали валуны, потерляли девчонку из виду. А потом на её месте обнарлужили пустоту. И никаких следов огня.
– Лиата? – выпалила вздорная, капризная, но неподражаемо догадливая рыжая Двуликая.
– Челия! – прямо-таки простонал Лис, схватившись за голову.
– Так я и думала, – покивала Алава каким-то своим мыслям.
– Иначе и быть не могло, – раздражённо фыркнула Нанти. – Знали ведь, что тем всё и кончится. А всё потому что...
– Заткнись! – резко оборвал Лис глупость, готовую сорваться с губ Двуликой. – Высокочтимая Таилия чётко обозначила: первым был ритуал с Дэграном. Ритуал с малюткой Челией так, пустячок вдогонку. И никто старую Лиату за язык не тянул: сама это признала. Первой. Так что маленькая паршивка сунулась на землю Раанов не с подачи старухи. И отнюдь неспроста. Не оттого, что соскучилась по Таюли. Глупости всё это. У неё сейчас аж парочка Двуликих: Каюри и Баюли. Да ещё подходящая по возрасту подружка. Тоже будущая Двуликая. Даже представить не могу, с чего бы ей там заскучать. Ухран! – поддел он ногой младшего демонёныша, и тот мигом вылетел из-под стола. – Сгоняй-ка, найди Трёхликую. Надо бы с ней поговорить.
– Не стоит, – подозрительно участливо отсоветовала Нанти.
А её ХАТ поймал в дверях вылетающего прочь мальчишку и притащил обратно. При этом УХ абсолютно безучастно летел рядом с перевёрнутым вверх тормашками демонёнышем, и не думая вступиться.
– Где Таюли? – холодно осведомился Лис, поочерёдно оглядывая обеих Двуликих.
– Ещё утром уехала с Риндой в её Риннон, – невозмутимо оповестила Алава, возвращаясь в покинутое кресло.
– Зачем?
– Проведать сестричек Ринды, – кусая губы, пробормотала Рыжая, глядя в окно на тяжёлые морские волны, грызущие берег.
Глава 14
Ну, отправились в гости и отправились – никому не повредит развеяться. Особенно Двуликим: жизнь у них, признаться, скучновата. Вольности в виде поездки в гости бедолажки могут себе позволить лишь в отсутствие их демонов.
Рааны не великие домоседы. Во-первых, у них охота, что заставляет мужиков вечно кочевать в поисках еды. Правда, охота на собственной территории не требует затяжных путешествий: не верхами скачут. Мгновенно перемещаются между веками изведанными местечками. А с охоты они стремятся побыстрей вернуться к подругам, словно подозревают тех в неверности. И этих кратких передышек девкам не хватает, чтобы предпринять собственные путешествия. Блуждания «холостяков» в поисках новых Двуликих не в счёт – до них хозяйкам крепости дела нету.
Во-вторых, Рааны время от времени уносятся куда-то далеко в океанские дебри – как нынче. И это уже куда более многообещающие отлучки. Мужики уплывают не на день и не на пару – могут пропадать до десятка дней. Как тут бедным затворницам не воспользоваться невольно предоставленной свободой? Пользуются и ещё как.
Кто-то навещает родню, как, к примеру, Герни. Нынче княжеством Герн-Морские скалы правит её внучатый праправнук. Парень – по словам прапрабабки – умный и рачительный. Хотя и совсем ещё зелёный: только-только четверть века отметил. У князя с легендарной бабушкой весьма тёплые дружеские отношения, вот Герни и старается улучить момент. Правда, в этот раз её визит был краток: молодой князь решил отличиться на поприще ловли имперских пиратом с последующим их изничтожением. Бабушка от приглашения повоевать вежливо отказалась и вернулась домой.
Кто-то – Алава с Вайби – любят проехаться по скитам и навестить подружек настоятельниц. Беседы там у них книжные, раздача хлеба нуждающимся и прочая дребедень. К тому же более трёх сотен лет назад тогдашние Двуликие создали несколько приютов для подкидышей. Тоже пригляда требуют.
Лис не мог наудивляться вывихнутой логике северян. Если сиротой останется кто-то из своих деревенских-городских, его никогда не бросят на произвол судьбы. Тотчас пристроят в добрую семью. И станут кормить всем миром, покуда не вырастет и не обзаведётся ремеслом. Которое, кстати, ему тоже обеспечат – на выбор.
Если же беспечная мамаша нагуляет пузо незаконным образом на стороне да подкинет кому-то на крыльцо, такому младенчику не жить. Никто не примет сиротку в семью. Даже с земли мёрзлой не подберёт.
Кровь, кровь, кровь. Северянам до нелепости насущно знать, чья кровушка бежит по жилам ребёнка. И жутких баек по этому прискорбному поводу не счесть. Кого только не приплетают в отцы подкидышей: и лешаков, и водяных и прочую всякую нечисть, которую если кто и видал, так лишь с пьяных глаз. Но верят все поголовно. Как и в то, что опоганенный подкидыш, вырастая, непременно загубит всех поголовно, до кого дотянется. Обычаи кромешные, но соблюдаемые со всей твёрдостью духа.
Ту же Аки-Ри-То-Буа-Ных – привезённую невесть откуда – не загубили только благодаря отважному капитану подобравшего её корабля. Да мудрой настоятельнице, принявшей иноземку в скит. А в скитах – известно всякому – нечисть не приживается. Создатель шельму метит. И собственноручно спроваживает в подземные пределы, где ей самое место.
– Значит, в гости укатили, – собрался, было, подняться Лис. – Видать, и мне придётся проведать княгиню Риннона-Синие горы. Не было печали.
– Не думаю, что это хорошая затея, – небрежно заметила Алава, вновь разворачивая на коленях шитьё. – А вот что тебе точно стоит, почтенный Ашбек, так это сопроводить свою жену в тепло. Аки, голубушка, я понимаю твои тревоги. Однако же и ты нам тревог не добавляй. Теперь тебе особо стоит поберечься.
– Тебе нездоровится? – встревожился Лис.
И тотчас проблема появления на севере легкомысленной Лиаты вылетела у него из головы. Двуликие с их вечными проблемами как-нибудь сами выкрутятся: им о здоровье беспокоиться не приходится. А вот его теплолюбивой жене весьма непросто в этих пределах вечного холода – он сам тут всё никак не приживётся.
– Почтенный Ашбек, – укоризненно посмотрела на него Алава и даже головой покачала: – Ты человек с большим сердцем. Но всякое сердце не бездонно. Понятно, что за демонами нужно приглядывать. На то ты и Трёхликий. Однако и о себе не след забывать.
– А можно без этих ваших изысканных пустых витиеватостей? – поморщился Трёхликий. – Почему бы не сказать прямо: Лис, ты балбес.
– Лис, ты балбес, – охотно последовала совету Нанти, подмигнув Аки.
Та пространно и многозначительно вздохнула.
– Что происходит? – проигнорировав Рыжую, раздражённо спросил у жены Лис.
– Ребёнок у тебя будет, сокровище ты наше, – с неизъяснимым удовольствием промурлыкала Нанти, присев на подлокотник его кресла в томной позе. – Наследник, как ты и хотел.
Опешив, Лис провёл рукой по лицу. Затем откашлялся и промямлил, недоверчиво глядя на жену:
– Это правда?
– Будет, – простецки кивнула Аки, будто с ней это происходит по сто раз на дню.
– Тогда, что, скажи на милость, ты тут делаешь? – посуровел почтенный Ашбек, окончательно поверив, что его не разыгрывают.
Поднялся, обогнул стол и выдернул жену из кресла:
– А ну, марш в тепло!
– Иду я, иду, – проворчала та и посеменила к дверям.
– А вы…, – не нашёлся, что сказать Лиатам, Трёхликий и погрозил пальцем: – Ну, смотрите у меня. Допрыгаетесь. Алава, я никуда не еду! Прости, но своя рубашка ближе к телу. Вам же нужно срочно вернуть Таюли. Без неё к Челии лучше не соваться. Не советую.
– А без тебя? – вкрадчиво переспросила Нанти, вновь заняв освободившееся кресло.
– Обойдётесь! – рявкнул Лис, направляясь вслед за женой. – Мне некогда. У меня будет ребёнок. И без того Эгуаран каждый день наседает: когда да когда станешь моим персональным Двуликим? Не терпится ему сунуть в меня своё охвостье, – ворчал он, протискиваясь в дверь пухлым стогом сена, стронувшимся с места и решившим посмотреть мир.