Аксерион: сага первая (СИ)

«И самое обидное, что стрелять мне нечем. Оставшись в полном одиночестве и при одном только холодном оружии, любой бы запаниковал, даже если убрать красный свет».
— Ты на верном пути.
Его передернуло. Невозможно было понять, в голове ли слышался этот голос или наяву. Одно он знал точно — этот голос был слышан и ранее. Только не наяву.
Он почти сразу же вспомнил мнимое сражение в «Девяти кругах», только под красным небом. Тогда он видел и носителя этого голоса — сгусток тьмы, внушающий животный ужас. Бессмертное и чёрное, хоть оно и отступило, парня до сих пор не отпускало чувство, что оно добилось, чего хотело.
В этот раз девушка сидела, обхватив колени. А ещё её окружали кости обглоданных трупов. Волосы ниспадали на окровавленный пол, и намокшие их кончики волочились туда-сюда, сопровождаемые плачем. Понимая, что это очередная иллюзия, парень прошел мимо и сделал вид, что не заметил её. Боковым зрением он увидел, что исчезать девушка не спешила, и почувствовал нарастающее напряжение.
— Алан, остановись… Не иди туда, пожалуйста…
«Алан. Это она меня так назвала? А вдруг не иллюзия»?
Но его первые подозрения оказались верны, и её образ через секунду рассеялся.
Встретил его округлой формы забой, сходящийся конусом к верху. Центр пещеры украшала некая рукодельная арка, окруженная пятью столбами. Когда парень к ним приблизился, то увидел проступившие письмена на непонятном языке. Они были высечены на камне.
Это натолкнуло его на мысль, что помимо видений в этих пещерах кто-то, да обитал. Пусть это и было очень давно. Раздавшийся резкий звон вновь его передернул, и заставил обернуться назад.
Обнаружилось, что ранее преодоленный им проход канул в небытие, и теперь то место пересекала ничем не отличающаяся от остальных, каменная стена.
«Отлично. Я закрыт в ловушке. Только несколько странных столбов с письменами, каменная арка и красные, светящиеся в стенах камни — мои спутники, подобные похоронным подношениям к гробнице».
Почему проход сперва открылся, а затем закрылся, Хэлу собственно, было уже наплевать. Сонливость навалилась на него тяжелым грузом с особой силой, и он, опершись спиной на один из столбов, съехал вниз и сел на мшистый мягкий пол, попутно закрывая глаза.
А черная, сжигающая изнутри кровь, тем временем продолжала медленно убивать его.
«Я снова один».
— Долго собрался тут просиживать?
Отец садится рядом со мной, опершись о торец колонны.
— А сколько потребуется для того, чтобы чудным образом оказаться на поверхности? — Отвечаю я вопросом.
— Не советовал бы я тебе вот так опрометчиво на поверхность выходить. Ведь ты в северном полушарии.
— Тоже мне, напугал какой-то там зимой… Хоть я её и в жизни не видел, только на картинках.
— Возвращается, значит, память? — Спрашивает он очень серьёзно.
— Понемногу.
— Это хорошо.
— Что за рыжая девка? — Задаю вопрос, понимая, что сглупил.
Хотя, вдруг он и знает.
— Прости, Алан, но я боюсь здесь нужно более детальное описание. — Улыбаясь, уклоняется он от ответа.
Сплевываю в душе. Можно подумать, он знал много рыжих девок. И когда он уже перестанет ко мне приходить?
— Кто такой Хоуст?
— Смотря зачем интересуешься, и что хочешь узнать.
— И что это значит? Отвечай нормально.
— Это значит то, что тот, кем знал его я, может оказаться не совсем тем, кем являет себя он сейчас.
Я закрыл рукой лицо.
— Кем его знал ты?
— Он был весьма молод для своей должности в «Сайлайне». Помню его молодым и веселым гайзером с огнём во взгляде, гениальный был программист. За полторы минуты взламывал сервера армейской техподдержки, а однажды ему даже ящик красного батрийского проспорили.
— Видимо, время не всегда лечит. — Иронизирую я.
Сайбрит и сейчас скромностью намерений не блещет.
— Ты это к чему спросил? — Удивляется отец.
— Да так… Как отсюда выбраться? — Перевожу тему.
— Не знаю.
— Тьфу, помощник. Думал, хоть какой-то толк будет. — Запрокидываю голову и смотрю на светящиеся кровавым камни.
— Есть идея. Ты представь, что вон та арка… — Указывает отец взглядом в сторону странной конструкции и продолжает. — Портал в другое измерение.
 
— Источник офигительных идей у тебя смотрю не иссякает.
— Кто знает, вдруг оно и так?
Подскакивая от испуга, он едва не ударился головой об один из рунических столбов. Рядом с Хэлом уже никого не было — оно и понятно, что с отцом он мог говорить только во сне. Но оно в сон парня пробралось впервые.
Ужасающая сущность, преследующая его с момента пробуждения. Иногда голос был похож на Олдена, а иногда — на его собственный. Но нечто объединяющее в нем было всегда, эта холодная жуть, пробирающая до самых костей. Нависший и жуткий сгусток тьмы, не имеющий ни форм, ни очертаний. Плод воображения, или некая мистическая энергия. Хэл знал лишь то, что оно чего-то добивалось от него.
Последняя фраза во сне заставила его оглядеться, а затем вновь взглянуть на арку. Обратил ли он внимание в прошлый раз на увенчавшую её черную сферу, или же она появилась только сейчас, для него тоже осталось загадкой. В последнее время с ним происходило слишком много странного.
Вспомнив о странном, он огляделся по сторонам, в поисках женских персон. После чего убедился, что они в действительности были следствием недосыпа. Но выход, к сожалению, был все также перекрыт.
«И кто это сделал»?
— Отсюда есть только один выход.
Оно вновь прочитало мысли парня, проникнув в сознание.
— Что ты такое? — Спросил он. — Что тебе от меня нужно?
Но в ответ была лишь тишина.
«Ну ладно, поступим по-другому».
С расстояния десяти метров арка казалась не такой крупной. Подойдя, он обнаружил спиральную резьбу, вздымающуюся к навершию, в котором красовался черный матовый шар. Что с этим делать, ему было не понятно, и он решил просто пройти под аркой.
Ничего не произошло. В освещении красных рубинов Хэлу вспомнилось видение, где он пытался пронзить его множество раз оружием из собственных рук. Были ли боевые нарукавники его даром? Парень открыл глаза и посмотрел на свое единственное оружие, и через мгновение уловил красноватое сияние у оснований арки, по обеим сторонам.
Он почти не удивился, рассмотрев их источник подробнее. Гнездо знакомого рельефа начало светиться тем ярче, когда он к нему подходил, и ему в голову пришла мысль, что боевые нарукавники могли являть собой ключ к проходу.
— Ну спасибо тебе, добрая сущность. — Поблагодарил он с насмешкой.
Надеяться на ответ было бы глупо, оно говорило с Хэлом только когда заблагорассудится.
С потугами, парень в черном стянул орудие, попутно ловя себя на мысли о том, что не сиди оно так плотно, то непременно потерялись бы, как и все остальное оружие. Еще он сказал себе спасибо, что решил нырнуть за телом Айзека.
Хэл вложил нарукавник в гнездо лезвием вверх. Он ожидал тряски, взрывов, грохота и чего-либо еще, но никак не едва слышного гула, сигнализирующего о запуске таинственного механизма. Насторожившись и отойдя, он взял отрубленную руку, и зажал её между колен. Извлек нарукавник, и повторил операцию под второй колонной арки. Последняя, благополучно поглотив наживу, не подала никакой реакции.
После этого она начала издавать вибрационный звук, от которого у парня пошла кругом голова. Толи от помутнения восприятия, толи взаправду — проход арки начал светиться голубоватым светом, похожим на водную гладь. Это создавало очень сильный контраст в сочетании с красным светом минералов пещеры.
Шум затих, и в проходе возникла голубая светящаяся пелена, похожая на спокойную воду. Делать было нечего — оставалось пробовать взаимодействовать с ней. Сперва парень осторожно прикоснулся, после чего стало ясно, что для здоровья это совсем не опасно. Удивительным было, что на другой стороне не видно просунутых в арку пальцев. От прикосновения, вокруг руки возникал контур-оболочка, аномально размывающий пространство вокруг тела.