Аксерион: сага первая (СИ)

«Айзек и Тирг вряд ли выжили бы при таком падении. Интересно, сложись обстоятельства несколько иначе, кто бы из них мог оказаться на моем месте»?
Адель, Лите, Маркус и Сайбрит были взяты в плен.
«Думаю, про них можно забыть, как и про мои несчастные „магма-клинки“. С учетом того, что скоро они все будут проданы, смысла в их поиске нет. Разве что это будет значить идти по следам Олдена. Холодная вода уже остудила мою горячую голову, взбунтовавшуюся при его виде, и сейчас я могу мыслить трезво. Потому что только я один, злой или доброй волей случая оказываюсь жив, в глубоких недрах Аксериона. Да еще и с одной рукой. Долбаный Зеттер! Недооценил я этих эллемов. Вот бы имплант найти… Да уж, нехилая перспектива».
Он ощупал свою грудь. На месте, где должна была зиять дыра, был широкий шрам. В его памяти было то, что лезвие прошло насквозь, сломав и ребра, и хребет. За сердце можно было и вовсе забыть. Те еще впечатления, но после опытов Тектора Хэла было нечем пронять. Сейчас-же, по ощущениям, все органы были на месте.
Он присвистнул. Теперь становилось понятно, откуда появлялась новая кожа и органы, еще в пыточной камере доктора-психа.
«А вдруг и рука отрастет»?
Полежав недолго, он сел и вытянул ноги. Вытер воду с лица. По привычке рука потянулась назад, к ножнам, но в последний момент он вспомнил, что почти все оружие покоилось где-то на дне реки. Из разряда верных спутников, в его распоряжении остался только боевой нарукавник, аномальным образом раздобытый непонятно откуда.
«Спасибо и на этом».
Его глаза уже почти привыкли к кромешной темноте, и практически отчетливо было видно все детали пещеры. Удобных лазеек и ответвлений не наблюдалось, так что пришлось бы нырять еще раз. Но это после того, как он отдохнет.
«И все-таки, что же у меня имеется? Маркус — имперский беглый принц, это было слышно отчетливо. Да и сам товарищ этого здорово не отрицал. Молчал выходит, жук. Сайбрит — в те же ворота, оказался знакомым Олдена, и похоже даже бывшим его коллегой. Как там его? Хоуст. Где-то я слышал эту фамилию. Адель — понятно, бывшая сотрудница „Сайлайн“. Ценный кадр. И Лите — нетронутая девочка. Вот почему мальчики не ценятся? Может, и летел бы сейчас где-нибудь в теплой и уютной каюте. Пусть в кандалах, и за решеткой, но все лучше же, чем валяться на холодном камне в глубокой пещере, подле подземной реки».
На мгновение в его памяти откуда-то всплыла стоящая спиной рыжеволосая девочка. Она была полностью обнажена. Но ничего ниже лопаток не было видно, из-за укутавшей её оранжевой и непроглядной пелены. Она светилась огнем, и парень даже почувствовал воображаемое тепло.
Он одернулся от наваждения и посмотрел на противоположный берег.
«Вроде бы раньше того прохода между камнями не было…»
Он отдохнул и снова нырнул в воду, на этот раз пересекая поток поперек, к другому берегу. Оказавшись там, он жадно хватался рукой за камень. Сделал зверское усилия, после чего таки у него получилось выбраться на сушу. Краем глаза он заметил движущийся в воде объект, который прибило к тому же берегу. Парень аккуратно, на трех конечностях, подполз до края, и ухватил тело за кусок одежды. Перевалившись всей массой назад, он вытащил его.
Это оказался бездыханный Тирг. В его лбу зияла дыра от пули.
«Не помогло тебе ясновиденье, кариец. Знал ли ты о своей судьбе заранее»?
Но в ответ донеслась лишь тишина и шум водной массы, который эхом отражался от влажных стен пещеры.
Позже нашелся и мертвый Айзек. Ему повезло меньше — за его телом Хэлу пришлось нырять. С адской натугой ему удалось против течения вытащить покойное тело спутника. Но игра стоила свеч. Помимо мертвого товарища, на сушу парень вытащил и собственную руку.
«И нарукавник не стали снимать. Щедрые ребята».
Развернуться было особо негде, поэтому Хэл провел импровизированный обряд погребения. Он обложил едва добытыми камнями тела Тирга и Айзека, и посидел над могилками несколько минут на коленях, молча. Собственную руку он согнул в локте и закинул себе на шею. Не мог он её бросить, к тому же с таким ценным оружием.
 
Дальше ему нужно было протиснуться в узкую щель. Хэлу повезло с атлетичными габаритами тела. С ощутимым сквозняком — тоже. Пропихиваясь между камней, в голову ему пришло воспоминание о том, что раньше он был полным.
Судя по тому мальчишке из его видений.
«Вот после всего случившегося застряну тут и помру от голода. Вот потеха будет».
При упоминании пресловутого слова в животе впервые за все время заурчало. Питался он уже давненько, а спал еще раньше.
Как назло, слипаться начали и веки.
«Вот опустить руки и уснуть так, меж двух камней… Которые потом шевельнутся и превратят меня в кашу».
В противоположном конце лаза виднелось даже нечто похожее на свет, и это его обрадовало. Есть свет — есть тепло, хоть и к последнему он порой перестал чувствовать тягу. Во всяком случае ему хотелось посмотреть, что там.
Продираться сквозь шкуродер пришлось еще совсем немного, когда в наличии освещения Хэл убедился окончательно. Чтобы пройти последнее препятствие ему пришлось выдохнуть.
Вывалившись, он неуклюже упал на каменистый пол, который в свою очередь был устлан приятной шероховатостью. Такое Хэлу встретилось впервые, но тем не менее он наблюдал в себе желание погладить приятную на ощупь материю.
Полежав еще секунд пять и сопровождая это глубоким дыханием, он поднялся в поисках источника света. Который нашел почти сразу же, поодаль. Свисающий с потолка большой камень светил умеренным желтым светом. Он был обвит лианами зеленых растений, цветки которых, в свою очередь, отдавали голубым. При виде этого, в памяти парня всплыли разные породы деревьев, листья которых переливались в ночи разными цветами — от голубого до оранжевого. Воспоминания по-прежнему приходили в голову урывками, и на фоне этих деревьев в воображении вновь возникла отвернутая рыжеволосая голова.
«Да что это со мной»?
— Алан… — Позвал нежный девичий голосок.
Новым глюкам в этот момент Хэл был не слишком рад, но все физиологические процессы в его организме, вызванные геномом нейронного заместителя «Р1А1» контролировать он по-прежнему был неспособен. А поехавшая крыша стала ему трофеем знакомства с доктором Тектором.
Вот только из какого ресурса брались все эти образы, ему интересно было узнать. Заляпанные кровью стены объяснялись легче всего — этого добра он уже навидался до отвала. Толстый пацан тоже был вполне объясним, видимо таким он, Хэл, когда-то был.
«Но рыжеволосая девчонка причём? Скорее всего, она тоже была когда-то мне знакома, но при виде этого образа у меня то и дело возникает уж совсем необычное чувство».
Даже каменистый пол полпещеры, по которому он шагал, отзывался одобрительным эхом, будто подтверждая его мысли.
А ещё Хэлу интересно было выяснить, откуда берётся жёлтый свет в этих камнях, равномерно расположенных по потолку. Тепло будто исходило изнутри, откуда-то далеко из недр масс. Иногда шероховатость на полу «кажется, её называли мхом» сменяли причудливые лианы странных растений, и парень старался ступать так, чтобы их не касаться.
«Кто их знает».
Пространство вокруг стоящей возле стены девушки было искажено, и заметив это боковым зрением, Хэл отскочил в сторону, попутно выдвигая клинок из своего нарукавника. Но когда оружие оказалось в боевой готовности, её уже и след простыл.
«Все же я сумасшедший».
Об этом свидетельствовал женский плач и покрасневшие камни на потолке.
С трудом отличая реальность от галлюцинаций, парень в черном продолжил своё путешествие по освещённой красным пещере. На сей раз с клинками наголо. Ещё через десяток метров этот красный свет начал нравиться ему, но собственного пульса он по-прежнему не слышал. И доносящийся издали женский плач, радости в его мысли не привносил.
Никто не знал, что он мог увидеть, зайдя за поворот. А может его вновь кто-то дурманил, зовя к себе посредством видений?