Извращенное Притяжение (ЛП)

 Кейджей заметила, что я наблюдаю за ней. В конце концов я спросил ее, можем ли мы провести некоторое время вместе. Сначала мы только разговаривали, но потом я просто захотел большего. Поэтому настоял, чтобы она показала мне, как довести девушку до пика, и это единственное, чем мы занимались первые несколько недель, пока наконец не переспали. Несколько месяцев после я определенно не был хорошим партнёром, а Кейджей вероятно наслаждалась только половиной времени, которое мы проводили вместе, но я быстро учился и был полон решимости подарить ей хорошее время.
 Я не сводил глаз с Кейджей, пока она отсасывала мне, боясь, что снова увижу другое лицо, если закрою глаза или отвернусь. После того, как я кончил ей в рот, она выпрямилась и провела руками по моим волосам, выражение ее лица было полным желания. Мы разговаривали и трахались. Так было всегда. Мы не были вместе, но нас связывали особые узы. Быть может, именно эта связь заставила меня задуматься, смогу ли я продолжать дальше, если присоединится Динара. Между мной и Динарой ничего не было, кроме соперничества, очарования и насмешек, но я хотел большего, и у меня было чувство, что она не полностью отвергла данную идею.
 — Что-то случилось? — осторожно спросила Кейджей.
 Она была сексуальна, и у нее была тяжелая неделя. И у меня тоже. Мы оба нуждались в этом. От нее пахло ванильным гелем для душа, которым Динара никогда не пользовалась.
 — Я в порядке.
 Я снова поцеловал ее, и она, как и прежде, ответила со страстью и желанием. Мы на ощупь добрались до ее дивана, уже сбросив по пути остальную одежду.
 Я запустил руку в ее волосы и мягко отстранился, решив все-таки прекратить это. Ее взгляд резко поднялся, а губы растянулись в жалкой улыбке. Дерьмо. Я схватил ее за руки и толкнул на диван.
 По сей день Кейджей была лучшей любовницей в моей жизни, и даже больше, но в последние несколько недель все мои фантазии вращались вокруг рыжеволосой. Я опустился перед ней на колени и положил ее пятки себе на плечи, прежде чем погрузиться в нее. Как всегда, когда мы встречались после долгого времени, мы трахались всю ночь, пока не кончали. Именно тогда мы начали говорить обо всем, что нас беспокоило, но на этот раз у меня была более важная тема для обсуждения, чем гонка.
 — Что ты знаешь об Иден?
 Кейджей удивленно подняла голову с моего плеча.
 — Иден? Почему ты интересуешься ею?
 — Мне интересна ее предыстория. Римо не хочет делиться со мной подробностями, но у меня такое чувство, что произошло что-то важное. Это может быть полезно для нашей войны с Братвой.
 Лгать Кейджей не то, что мне нравилось делать, и обычно я просто уклонялся от тем, о которых ей не разрешалось ничего знать.
 Кейджей медленно села, задумавшись.
 — Большинство других девушек и я держались на расстоянии от Иден. Сначала потому, что твой брат приказал нам сторониться ее, а потом потому, что она действительно предпочитала быть сама по себе. Я уже давно не работаю с ней. Думаю, что сейчас она работает в маленьком грязном клубе за пределами Вегаса.
 — Вы, девочки, разговариваете. Вы никогда не задумывались о причинах ее особого отношения?
 — Донна одна из немногих девушек, которая была там, когда Иден впервые появилась в Вегасе. Она всегда говорила, что Иден сильно разозлила Римо.
 Вот что я понял. На самом деле никакой новой информации.
 Кейджей виновато улыбнулась.
 — Прости. Жаль, что я не могу тебе помочь. Может, тебе стоит поговорить с Донной? Она обслуживает столики в Красном Фонаре, если ты отправишься на ее поиски.
 Разговаривать с Кейджей одно дело, но расспрашивать других шлюх об Иден определенно приведут Римо в ярость. Чем больше я злил его сейчас, тем меньше вероятность, что он послушает меня, если я замолвлю словечко за Динару на случай, если она когда-нибудь появится в Вегасе, чтобы совершить задуманное.
 
 
 
 На следующий день я решил дать Римо еще одну попытку. Я присоединился к своим братьям в нашем спортзале в заброшенном казино для тренировки. Савио удивился, когда я спросил, могу ли поехать с ним. Нино и Римо уже тренировались в клетке, когда мы с Савио вошли в огромный зал.
 Большинство людей, входили в наш зал, но лишь немногие допускались, и они не могли оторвать глаз от люстры, свисающей с потолка над клеткой. Заметив нас, Римо и Нино перестали биться. Мы с Савио подошли к клетке. Фабиано ждал своей очереди и отжимался.
 Он сел.
 — Привет, незнакомец.
 Я коротко кивнул ему. Нино уже выходил из клетки, освобождая место для следующего противника Римо. Фабиано поднялся со скамейки, но я схватил его за плечо.
 — Теперь моя очередь, — сказал я. Он приподнял бровь, затем пожал плечами и снова сел. — Отдохни пока.
 — Верно, — согласился Савио, посмеиваясь.
 Я не отреагировал. Мне нужны ответы, а Римо избегал их давать. В прошлом мы проводили некоторые из самых честных разговоров в клетке. Я надеялся, что сегодня произойдёт то же самое.
 Улыбка Римо стала понимающей, когда я вошел в клетку. Трудно было заставить Римо что-либо сделать. Он сам был ловкачом. Но на этот раз я не отступлю. Мне надоело ловить рыбу в темноте.
 — Этот взгляд в твоих глазах хорошее начало для боя, — произнёс Римо.
 Я не стал заматывать руки, вместо этого поднял их.
 — Ты готов?
 — Всегда.
 Обычно я осторожный боец, долго держу оборону и не склонен к рискованным шагам, но сегодня я сразу перешел в режим атаки. Римо принял это, и наши следующие несколько ударов отражались от защиты, прежде чем Римо начал атаковать меня, врезав два раза в живот и в почки. И тут настала моя очередь. Я больше бегал, чем сражался, и Римо по-прежнему был лучшим бойцом, потому что он старался как можно чаще участвовать в боях в клетке, а не только тренироваться. Он сражался с реальными противниками за деньги. Если я хочу, чтобы эта борьба продолжалась достаточно долго ради получения ответов, мне нужно было принести свою игру.
 Спустя десять минут и он, и я были покрыты потом и кровью. Кровь текла из пореза на моей нижней губе, а у Римо из пореза на брови, где я вскрыл часть его шрама, портившего одну сторону лица. Мы сделали перерыв, прислонившись к сетке клетки рядом друг с другом.
 — Спрашивай, — пробормотал Римо между глотками воды.
 — Почему Динара думает, что ее мать мертва?
 — Отдых окончен, — объявил он, и я едва успел убрать бутылку, когда он направил кулак в сторону моего лица, но я увернулся. — Потому что он думает, что сможет защитить ее, — проворчал Римо, избегая моего удара сверху.
 — Защитить ее от чего?
 — От нее самой, я полагаю. — Римо послал мне кривую улыбку. — Но мы оба знаем, что защитить кого-то от самих себя чертовски невозможно, верно?
 Я увернулся от него на расстояние вытянутой руки. Римо пытался спасти меня от наркотиков и неверных друзей, когда я был моложе. Он преуспел только тогда, когда отправил меня в Нью-Йорк, подальше от его защиты. Иногда риск падения без страховочной сетки был необходим, вот что Римо узнал из этого опыта.
 — Блядь, почему ты не можешь сказать мне, что, черт возьми, происходит? — прорычал я, направляя кулак в его лицо, который он блокировал.
 Римо с мрачной улыбкой наклонил голову.
 — Между тобой и Динарой что-то происходит.
 Я зарычал. Римо всегда знал больше, чем следовало, и ему это доставляло удовольствие.
 
 — Это не твое дело, но абсолютно ничего не происходит.
 Пока. Не то чтобы я этого не представлял...
 — Некоторые могут с тобой не согласиться. В конце концов Динара часть Братвы. Ты связываешься с врагом.
 — Как я уже сказал, ничего нет, и не прикидывайся святее, чем ты есть на самом деле. Фина тоже была врагом, а теперь твоя жена.
 Улыбка Римо стала еще опаснее.
 — Ты прав. Но именно я дергал за ниточки, когда встретил ее. Убедись, что ты тоже делаешь это.